Дом у моря в Корнуолле - Нэнси Барон

Когда, нагруженная пакетами, я вышла на главную улицу, мне показалось, что меня кто-то преследует. Мысль о том, что Уилл как-то нашел меня, маячила на краю сознания, и я задумалась, сколько же должно пройти времени, прежде чем я перестану оглядываться на каждом шагу. Нас разделяли часы езды и множество миль, так почему же я не могу почувствовать себя в безопасности?

Рядом я заметила кафе-пекарню под названием «Бисквитлс». Бисквит? Дайте два. В предвкушении я потерла руки и зашла внутрь, где меня немедленно окутал аромат свежей выпечки и молотого кофе.

В дальнем углу рядом с окном стояло старое пианино. Я уже много лет не была в одной комнате с пианино. Не знаю даже, не растеряла ли все навыки.

Я села за столик вдали от окон и сунула свои покупки под стул. Пожилой мужчина, вероятно, хозяин, улыбнулся мне и принес меню.

– Доброе утро, мисс, – пропел он. – Чего ваша душенька желает? Может, вы сможете польститься на большой кусок морковного торта?

– О да, пожалуйста, – невольно вырвалось у меня. Знаю, что не должна так бездумно тратить деньги, но устоять тяжело. Стеклянная витрина ломилась от изобилия вкусностей, и, кто знает, может быть, торт и чашечка чая помогут мне успокоиться.

– Прекрасная пекарня. Под стать Старри-Коув.

Он кивнул.

– Спасибо. Мы очень любим нашу деревню. Мало кто знает об этом сокровище в сердце Корнуолла. Но мы не хотим, чтобы здесь что-то менялось.

– Согласна. Тут так спокойно и уютно. И люди очень приветливые!

Тут он засмеялся.

– Ну, по крайней мере, большинство из нас.

– Я приезжала сюда ребенком, и деревня такая же чудесная, какой я ее запомнила: с насыпью и островком у побережья. Кажется, он называется островом Морвен?

– Некоторые теперь зовут его островом Бурь, но, по-моему, звучит ужасно. Зачем менять то, что и так хорошо?

– Да и кому захочется? – протянула я. – Прежнее название словно из сказки.

– Так и есть. Многие теперь приезжают, чтобы найти здесь убежище.

Я резко вскинула голову, чувствуя, как меня переполняет паника.

– П-простите, что?

– Знаменитости облюбовали это место. Сценаристка Нина Конте, а еще журналистка Натали Амор с сестрой Иоландой.

– Тот самый шеф-повар?

– Да. А также архитектор Генри Тернер и дизайнер интерьеров Фейт Хадсон и еще многие другие. Они все живут на побережье.

– Боже мой, во что же превратилась деревня?

– В тщательно оберегаемую тайну. Надеюсь, вы отнесетесь к этому с уважением.

– О да, конечно, – пообещала я.

Никто не хотел спокойной жизни больше меня. У всех есть право на частную жизнь и свободу передвижения. Хоть и не у всех от этого зависело будущее. Они-то легко смогут переехать, а мне что делать?

– Вот, я всегда дарю маффины[6] новым посетителям в надежде, что вы вернетесь за добавкой, – сказал он с улыбкой, упаковывая в пакет четыре маффина. – Идеально для долгих вечеров перед телевизором.

– Спасибо, но не нужно. Давайте я заплачу.

– Глупости! Просто зайдите как-нибудь потом за морковным тортом.

Я пообещала, что зайду, хотя с моим ограниченным бюджетом кто знает, когда получится. До рождения малышки нужно подкопить денег, да и на телевизор с ноутбуком тоже, хоть я пока и не собиралась их покупать – боялась, что так Уилл сможет меня вычислить. Не знаю, возможно ли это, но если да, то у Уилла наверняка есть знакомые, которые смогут. У него полно должников.

До конца дня я успела заглянуть в винтажную кондитерскую, антикварную лавку, магазинчик корабельных макетов, мастерскую корзинщика и даже попала на выставку изделий из выброшенного на берег стекла. Как приятно, что люди до сих пор создают что-то прекрасное своими руками, и их труд ценится и позволяет хорошо зарабатывать; даже если я и считаю, что настоящая красота бесценна.

Когда я шла по гавани, то и дело оглядываясь, чтобы убедиться, что за мной на самом деле никого нет, то увидела насыпь, с которой мы с папой ныряли в море. Взявшись за руки, мы с восторженным визгом прыгали в воду, а потом медленно всплывали и заливались смехом, наслаждаясь жизнью. Вместе мы возвращались на берег и шли обедать, после чего папа покупал мне леденец на палочке, а себе – вафельный стаканчик. Только теперь я понимаю, что это было за чувство. Счастье. Когда я испытывала его в последний раз? Здесь, в Корнуолле, я оставила свои лучшие воспоминания и теперь вернулась, чтобы вновь стать счастливой.

От резкого ветра защипало в глазах, и я смахнула слезы со щек.

В самом конце набережной, прямо перед следующей бухтой, я остановилась, внезапно переполненная восторгом. На увитой гирляндами барже висела вывеска:

Книги? Еще больше пирожных? Неужели я умерла и попала в рай? Надо было прийти сюда раньше. Надо было бросить Уилла много лет назад и вернуться в Старри-Коув, а не оставаться в безликом Лондоне, где, за исключением Тамсин и ее семьи, я была совершенно одна. Здесь бы я жила в тишине и спокойствии,

– Здравствуйте! Хотите зайти? – тепло спросили меня с порога. Голос принадлежал хорошенькой девушке с лучистыми глазами и добрым лицом.

– О! Да, спасибо, я…

– Проходите-проходите! – позвала она, и я оказалась внутри баржи, со всех сторон окруженная книгами. Рядом с лампами повсюду стояли кресла. Так тепло и уютно, что хватило бы и на десять гостиных! В воздухе витал аромат свежесваренного кофе.

– Садитесь скорее, вы наверняка замерзли! Заварить вам чего-нибудь согревающего? У меня есть потрясающие сконы, Ральф испек их всего час назад.

– А, вы говорите про владельца «Бисквитлс»? Он только что подарил мне маффины…

– Ничего, оставите их на потом! Я – Эмми, – сказала она, протягивая мне руку. – А вот это, – она обернулась к люльке в углу, – Фелиция.

Я вскочила с места, чтобы взглянуть на личико, спрятавшееся под крошечным розовым чепчиком. Я никогда особо не любила детей, да и не знала ни одного ребенка, кроме моего крестника Джейка, сына Тамсин.

– Боже мой, какая красавица! – умилилась я, хоть и пообещала себе, что не буду одной из тех женщин, что сходят с ума при виде младенца. Но вот я стою, готовая расплакаться от красоты этого маленького чуда. Наверное, виноваты гормоны. Я читала об этом, но никогда не думала, что такое может случиться со мной. И вдруг в эту секунду я с поразительной четкостью осознала: скоро и у меня будет ребенок. Отец которого с