Дом у моря в Корнуолле - Нэнси Барон

– Я ведь не требую от вас невозможного, правда? Просто придите на осмотр, и тогда… можете остаться в доме. Договорились?

Я пристально посмотрела на него. Я знала, что предложения лучше уже не будет, – это читалось у него во взгляде. И мне так не хотелось никуда уезжать. Кроме того, ради малышки нужно быть здоровой.

– По рукам? – Он протянул руку, и я пожала его большую ладонь. Такая теплая. И надежная.

– Хорошо, – согласилась я. – Спасибо.

Не пойму как, но, несмотря на все что случилось и на мое обещание быть осмотрительнее, я почему-то доверяла ему.

– У вас ледяные руки, – сказал он, придерживая для меня входную дверь. – Давайте разожжем камин. И, может, поставите чайник? Имейте в виду, я кофеман.

– Эм, боюсь, пока у меня нет чайника, – сказала я.

– Есть, – ответил он, выметая пепел из камина. – В коробке на столе.

Я заглянула внутрь. Там лежали тостер, буханка хлеба, кофе, чай, масло, сыр, чатни, какие-то фрукты и банка арахисовой пасты.

– Арахисовая паста! Моя любимая! Но к чему все это? – спросила я, мучительно медленно наполняя чайник водой из скрипящего крана. Я не нуждаюсь в благотворительности, хотелось сказать мне, но горячий чай манил меня после часа на холоде.

Он улыбнулся, заглядывая в печную трубу.

– У бабушки на такое шестое чувство. Это ее версия подарка на новоселье. Добро пожаловать к нам, Софи. Если вы подружились с бабулей, то считайте, что подружились со всей деревней.

Как раз чтобы держаться подальше от всей деревни, я и выбрала жить в глуши. Одного не в меру любопытного человека хватит, чтобы раскрыть меня.

Раздался громкий треск, и я вздрогнула от неожиданности, осознав, что доктор Армитидж уже успел разжечь огонь. Инстинктивно я потянулась к теплу, чтобы отогреть замерзшие руки. Повисла гнетущая тишина. Очевидно, что у него миллион вопросов, почему молодая женщина умоляет позволить ей жить в таком доме. Вопросов, на которые я не хотела отвечать.

Когда он ушел, пообещав вскоре прислать мастера, я поднялась наверх и с помощью ржавых ножниц, лежавших в шкафчике под раковиной, отхватила добрых десять дюймов своих красивых длинных волос. Стрижка получилась по-мальчишески короткая. Если Демельза[3] смогла выдать себя за мальчика, надев одежду брата, то и меня короткие волосы сделают неузнаваемой.

Этим вечером, успешно изменив свой образ, я вышла на прогулку. Домик «Тюльпан» был последним на окраине деревни, и слева от него простирался огромный лес. Вековые деревья, щебетание птиц, приветствующих закат. Красота.

Подняв воротник, чтобы защититься от холодного ветра, я успела сделать всего пару шагов, как вдруг ко мне выбежал самый забавный пес, какого я только видела. Он был всех мыслимых цветов – настоящий калейдоскоп из кремового, рыжего, серого и коричневого; уши торчком и большие темные глаза. Казалось, будто в фотошопе из множества разных собак сделали одну, а потом подстригли ее кривыми ножницами. Этот большой разношерстный коллаж выглядел устрашающе, но он подбежал ко мне, виляя кривым хвостом, и принялся обнюхивать мою протянутую ладонь. Какой необычный пес.

– Привет, и кто же ты такой? – проворковала я. – Тебя что, забыли в стиральной машинке? Какой же ты миленький!

В эту же секунду я почувствовала, что за мной наблюдают. Я выпрямилась, напрягая глаза и уши. Мне не показалось. Кто-то следил за мной. Я была уверена в этом, потому что волосы на затылке у меня встали дыбом.

– Волк! – прогремел чей-то голос, и пес замер, прислушиваясь. – Ко мне!

Услышав это, Волк мгновенно потерял ко мне интерес и побежал туда же, откуда пришел. Я недолго постояла, пытаясь собраться с мыслями, как вдруг тот же голос раздался снова, напугав меня:

– Эй! Это частная собственность. Вали отсюда!

– Ой! И-извините! – крикнула я в сторону деревьев.

Этого хватило, чтобы я бросилась обратно под защиту своего дома. Не переводя дыхания, я закрыла и заперла дверь и выглянула наружу сквозь занавески. Он не побежал за мной. Очевидно, что он, как и я, просто хотел, чтобы его оставили в покое. Это можно понять. А вот его грубости я понять не могу. Я всего-то поздоровалась с его псом.

Все утро я провела за уборкой и даже помыла окна, которые, как оказалось при ближайшем рассмотрении, не разваливались лишь благодаря толстому слою облупившейся краски. Зато теперь из дома открывался вид на заросший сорняками двор, некогда бывший садом.

Но под серыми кустами уже можно было разглядеть яркие пятнышки. Наступил апрель, и цветы потянулись к солнцу. Бедные мои цветочки! Я обошла дом и взяла из сарая для инструментов крошечную тяпку. Похоже, раньше она принадлежала ребенку, но другой у меня не было. Я принялась вырывать и выкапывать все, что разрослось и засохло.

Когда я расчистила большую часть кустов, снова расцарапав себе лицо и руки, то обнаружила, что под сорняками скрывался великолепный сад, отчаянно стремящийся к жизни. Нарциссы, тюльпаны, рудбекии, колокольчики, георгины, агапантусы, незабудки – все в разной стадии цветения. Даже плодовые деревья! Груша, яблоня, вишня, а также пара зеленых кустиков ревеня. Если все это распускается уже в апреле, то не терпится увидеть, каким сад будет летом.

Вытерев лоб после тяжелой работы, я нашла в сарае мешки для мусора и наполнила по меньшей мере три из них. Закончив, я села на ступеньках у стеклянной двери, ведущей из кухни в сад. Всю эту красоту будет видно из комнаты! Как же мне повезло найти этот дом. Мой сад станет моим убежищем. Не могу дождаться!

Немного передохнув, я достала шланг, надеясь, что он будет подключен к основному водопроводу, а не к той загадочной системе, что была в доме. И… да! Победа! Вода бежала свободно, так что я хорошенько полила все живое. Очень жаль, что в самом доме вода едва текла; я перепачкалась в земле с головы до ног, а мыться на улице было холодно. Я наполнила несколько ведер из шланга, но была уже слишком уставшая, поэтому вылила их в раковину на кухне, а не в ванну на втором этаже.

После этого я помыла и продезинфицировала ящики комода в своей новой спальне и разложила по ним вещи Софи. Интересно, как Уилл объяснит, почему вор взял только ее одежду, а не драгоценности? Наверняка у Софи возникнут вопросы.

Думаю, Уилл был просто в бешенстве, когда я не приехала на работу, где меня поджидали сотрудники Скотленд-Ярда. Несомненно, он уже позвонил Тамсин, но та с чистой совестью могла сказать, что понятия не имеет,