Будь со мной до заката - Анастасия Сергеевна Кольцова

Не тут-то было.

— А ну брысь отсюда, лысая башка, — пренебрежительно бросает Макар Глебу. — Я сын мэра, только попробуй что-нибудь мне сделать, пожалеешь!

— Такой большой мальчик, а за папочкину спину прячешься, — Глеб быстрым шагом подходит ко мне и Макару. — Ещё раз по-хорошему говорю — отпусти мою девушку!

— Иди отсюда, — Макар ещё сильнее сжимает руку, которой держит меня за шкирку. — Найди себе другую девчонку, эта мне самому пригодится.

Не проходит и доли секунды, как кулак Глеба впечатывается в квадратную челюсть Макара. Макар пошатывается от неожиданного удара, отпускает меня, и я мгновенно прячусь за спасительной спиной Глеба.

— Ах ты тварь! — разгневанно ревёт Макар, и накидывается на Глеба.

Бьёт его по голове, Глеб покачивается, облокачивается о стену, и начинает медленно скользить вниз. Он же сознание теряет!

— Помогите! — кричу я, и бегу в сторону спортзала, откуда на мой крик выбегают учителя и ученики.

— Ляшенко, а ну-ка отпустите его! — кричит Макару директор, но тот как будто никого не слышит, и продолжает избивать моего теряющего сознание парня.

— Глеб! — испуганно кричу я, кидаясь на помощь однокласснику.

Пара крепких старшеклассников скручивают Макара, и держат его, чтобы он не бросился добивать Глеба. Наверное, Макар и правда под чем-то, иначе я никак не могу объяснить то, что он орёт, рычит, и пытается вырваться из рук держащих его крепких парней на глазах у директора и всего педагогического коллектива.

Я хватаю Глеба за плечи, пытаюсь удержать в вертикальном положении, но Глеб оказывается тяжелее, чем я предполагала, и только подоспевшие мне на помощь Лёша и Саша не дают ему упасть.

Пока мы усаживаем Глеба на диванчик, директор разбирается с Макаром.

— Вызывайте его родителей, — приказывает Олег Викторович классной Макара, нашей математичке, — скажите, что, скорее всего, имеет место употребление запрещённых веществ, ну и про драку, конечно, расскажите.

Математичка начинает звонить родителям Макара, а я пытаюсь привести в чувство Глеба.

— Глеб, очнись, — я легонько хлопаю одноклассника по щекам. — Приди в себя, ты же сильный!

— И его родителей тоже вызовите, — директор подходит к потерявшему сознание Глебу. — А сейчас медсестру вызывайте, пусть скажет, нужна ли скорая.

— Не надо родителей, не надо медсестру, не надо скорую, — Глеб с трудом разлепляет веки, и слегка приподнимается на диванчике. — Я в полном порядке, просто нужно немного посидеть.

— Уверен? — тревожно интересуется директор. — Точно ничего не болит?

— Нет, порядок, просто испугался, вот и в обморок грохнулся, — широко улыбается Глеб. — Не переживайте, Олег Викторович, ничего со мной не случилось.

— Ну хорошо, но медсестра пусть тебя всё же осмотрит, — строго говорит директор, и уходит в свой кабинет — песочить Макара и ждать приезда его родителей.

— Спасибо за помощь, можете идти развлекаться, — говорю я Саше и Лёшке, и они, вслед за учителями и учениками нашей гимназии, возвращаются в спортзал, откуда звучит мелодия очередного медляка.

К нам подходит встревоженная медсестра, убеждается, что с Глебом всё в порядке, уходит, и мы с моим парнем остаёмся вдвоём.

— Почему ты тогда упал в обморок, если с тобой всё в порядке? У тебя точно нет сотрясения? — встревоженно спрашиваю я, когда медсестра уходит.

— Нет, никакого сотрясения нет. А упал потому что у меня рак, Русалочка, и после химии у меня почти нет ни на что сил.

— Прости, — виновато извиняюсь я.

— Видишь, какой я слабак, даже постоять за тебя нормально не смог, — криво усмехается Глеб. — Наверное прав я был, когда бросил тебя. Ты заслуживаешь лучшего.

— Глеб, давай не начинай, — я кладу руку на его плечо. — Ты спас меня от этого урода, и я тебе за это очень благодарна! Ты для меня самый лучший, и я не могу представить на твоём месте никого другого!

— Даже этого шкафоподобного сыночка мэра? — ехидно улыбается Глеб. — Правда же он такой няшка…

— А ну-ка замолчи, придурок, — я залепляю губы Глеба поцелуем.

— Ну правда же, присмотрись к нему, он ничего такой, накачанный, — продолжает прикалываться Глеб, когда наши губы разъединяются. — Правда, веществами злоупотребляет, но с этим справиться проще, чем с раком.

— Ой, всё, хватит, — я встаю с диванчика. — Если у тебя есть силы на приколы, пойдём на танцпол, судя по всему, там сейчас заключительный медляк.

— Пойдём, такое я не могу пропустить, — Глеб встаёт, подаёт мне руку, и мы с ним идём в спортзал.

Глеб обнимает меня за талию, и, в компании других пар, освещённые мерцающим светом диско-шара, мы начинаем кружиться под нежную и немного печальную мелодию. Прижавшись к плечу Глеба, я думаю о том, что могу во всё положиться на этого парня, ведь он сделает всё возможное и невозможное для того, чтобы меня защитить.

И я благодарна судьбе, что моей первой любовью стал именно он.

Утро на следующий день после дискотеки начинается громко и шумно. Мы, как обычно, ждём возле кабинета, пока его нам откроют, когда в коридоре появляется чей-то недовольный отец.

— А ну-ка позовите мне урода, который тронул моего сына! — по школьному коридору быстрыми шагами идёт высокий темноглазый мужчина в синем костюме, а за ним испуганно семенит наш директор. — И родителей его, хочу им сказать всё, что думаю об их выродке!

— Андрей Васильевич, не беспокойтесь, я сразу после инцидента вызвал его родителей, и мы обо всём с ними поговорили, — пытается спустить всё на тормозах Олег Викторович. — Давайте не будем шуметь…

— Не будем шуметь? Какой-то урод накинулся в здании гимназии на моего сына, а вы даже не удосужились мне об этом сообщить! — тёмные глаза Андрея Васильевича метают громы и молнии. — Благо я хорошо общаюсь с Любовью Антоновной, и она рассказала мне о том, что случилось. А так бы вообще не знал, мой же мне ничего не рассказывает, а вы, как я понял, покрываете сыночка мэра! Где тут у вас одиннадцатый класс? Сейчас я с ним поговорю как следует!

— Андрей Васильевич, нельзя говорить с ребёнком без присутствия его родителей! — к директору присоединяется наша завуч, Ольга Семёновна. — Давайте пройдём в кабинет директора и спокойно всё обсудим…

— Нельзя говорить без родителей? Так позовите его родителей! — грозно сверкает глазами Андрей Васильевич. — Их приезд будет очень кстати, потому что я уже вызвал сотрудников полиции! Пусть они разберутся, что у вас тут творится! Это надо же такое учудить — пытаться скрыть, что на моего сына напали! Я вообще-то в городе тоже не последний