Поворот судьбы - Рамона Анка

Надеваю форму черлидера, которую мне дала Мелисса, хотя официально я еще не в команде. Не понимаю, зачем она передала её мне заранее. Ого, а она почти такая же, как в моей прошлой школе. Экстремально короткая юбка с вшитыми шортиками, топ с чашечками и короткая курточка, заканчивающаяся под грудью. Зеленый и белый — цвета Дирфилда. Кстати, их команда сейчас одна из сильнейших в чемпионате. Когда я жила в Бостоне, часто видела их в деле, они были очень недурны.

— Джун, ты там? — Мел стучит в дверь. Я всё еще не понимаю, почему в «Мертвой обезьяне» она впала в ступор и молчала. Это меня озадачило. У Мелиссы боевой характер, и она вполне может дать отпор Томасу. Неужели он так сильно разозлился на неё за то, что она привела меня в тот стейк-хаус? Неужели мы действительно так сильно рисковали? Понятно, что достаточно, чтобы разыграть целый спектакль, но… неужели настолько, чтобы Мелисса не проронила ни слова?

— Я готова, — когда я открываю дверь, с удовольствием замечаю, что она тоже в форме. Так я буду чувствовать себя менее нелепо.

Руки в боки, длинные светлые волосы собраны в высокий хвост — она дарит мне сияющую улыбку.

— Значит, ты решилась. Знай, я навела справки: ты была капитаном своей команды. Ты мне нужна, так и знай! Никаких просмотров не нужно, я тебя беру.

Я стою в оцепенении.

— В каком смысле «в свою»?

— Я капитан «Бостон Хилл» в Дирфилде, Джун, — говорит она с плохо скрываемой ноткой гордости и удовлетворения. Я невольно приоткрываю рот.

Мел… Мелисса Джексон… капитан черлидеров? Та самая, что заправляет бандой наркоторговцев?

— Да, эта академия действительно не такая, как все, — выпаливаю я, не подумав, пока мы идем к спортзалу. В коридорах стоит гробовая тишина.

— Почему ты так говоришь? Разве я не примерная студентка с высшими баллами?

— Не знаю, Мел. Примерная или нет? Я слишком мало тебя знаю, чтобы судить. Просто, видя твою бунтарскую натуру и антиконформизм³, я этого не ожидала.

Как всегда, мой острый язык движется быстрее мыслей. Боже, прикусить бы его. Иногда я обижаю людей, сама того не замечая.

— Мел, прости. Я…

Мы останавливаемся. Я хочу убедиться, что она не приняла это на свой счет, но она лишь улыбается и продолжает идти.

— Да за что прощать? Я торгую дурью, я плохая девчонка. Но я хочу сохранить хоть каплю нормальности в своей жизни. Поэтому я делаю всё то же, что и обычные студенты, понимаешь? Я слишком быстро повзрослела. Не хочу лишать себя абсолютно всего.

На миг её взгляд становится отсутствующим. Грусть и страдание живут рука об руку в этих огромных голубых глазах. Не заметить этого невозможно — стоит лишь присмотреться на мгновение. Она сломлена изнутри. Как и я. Наверное, поэтому между нами возникла такая симпатия.

Наши души обречены на одиночество, но вместе мы можем сделать так, чтобы это было не так больно.

— Фигура у тебя для черлидера сказочная, тут без вопросов. Ты самая красивая в академии! — подавляя инстинкт, который обычно заставляет меня прятаться в берлоге, как бурый медведь, я обнимаю её. Мелисса обнимает меня в ответ, и это… здорово.

Приятно иметь кого-то, с кем можно обменяться физическим теплом без всяких задних мыслей. Мать обнимала меня редко, у неё были другие способы проявлять любовь. И я её понимала, каждый устроен по-своему. Но объятие лечит сердце. И это был именно такой случай. Я прижимаю её к себе. Это было нужно мне, и, думаю, Мелиссе тоже.

МЕЛИССА

Шум черлидерш, готовящихся к матчу, наполняет воздух энергией и азартом.

Возможно, я сваляла дурака: не сказала Джун, что в её первый же день в команде будет игра. Я хочу, чтобы она выступила с соло — хочу, чтобы она была свободна и танцевала на пределе своих возможностей. Она не знает связок, и остальные вступят сразу после неё, но есть ли способ лучше представить миру ту, кого я хочу сделать капитаном? Как только девчонки её увидят, они со мной согласятся.

Я улыбаюсь, когда мы выходим на поле. Джун оглядывает трибуны, центр поля, а затем испепеляет меня взглядом. Поняла.

— Выдай сольную хореографию, Джун, считай это ознакомительным интервью. Это твой шанс показать, кто ты есть, детка, — я усмехаюсь и подаю знак девчонкам. — Вы начинаете танец вокруг неё, пока она делает центральное соло.

— Черт, Мел, ты уверена? — Джун вовсю ругается.

Я чешу затылок. Была уверена, что она сразу согласится, но она выглядит напуганной. Кажется такой беззащитной, маленькой и слабой, но внутри неё скрыт стальной стержень. Как тогда, когда она противостояла Томасу на байке. Я знаю, что Джун нужно бросить вызов самой себе, утвердиться в этом мире, прокричать о своей силе. И я это вижу, вижу, потому что мы очень похожи.

Она поднимает на меня глаза, и тревога исчезает. С улыбкой она кивает мне и начинает выходить вперед, пробираясь сквозь шепчущихся девчонок.

— Это та самая, с тройным сальто.

— Та из «Джексонли»?

— Да.

— Вау.

Мне хочется прыгать от радости прямо на месте. Джун уже знаменита своим мастерством, и я знаю, что здесь она покорит всю команду. Даже без лишних слов понятно — их одобрение уже у неё в кармане. Она уверенно идет мимо остальных девчонок с сияющей улыбкой и решительным шагом. Она даже не смотрит по сторонам, её взгляд прикован только ко мне. Словно ей нужна точка опоры, чтобы сосредоточиться. Сегодня я побуду зрителем и позволю ей занять сцену. Это её момент.

Я подхожу к микрофонной стойке, беру микрофон и, когда наступает наш черед, начинаю речь.

— Доброе утро, Дирфилд! Вы заряжены? — я вскидываю сжатый кулак вверх. Трибуны взрываются восторженным ревом. — Отлично! Знайте, что сегодня в нашей команде черлидеров пополнение — Джун! — я указываю на неё открытой ладонью. — С сегодняшнего дня эта фантастическая девушка станет моей правой рукой. Многие из вас уже знают её, и те чудеса, что она творила в «Джексонли», теперь станут силой Дирфилда!

Толпа ликует, но она, кажется, их не слышит, и, возможно, так даже лучше. Она улыбается мне, смотрит на меня. Она сосредоточена на мне. Думаю, фиксация на одной точке — это её метод избегать любого