Лишняя невеста Волка - Марьяна Снежинская

Лоранс я видел вчера, сегодня даже не пытался к ней зайти и поговорить. Мы находились под одной крышей, но по мимолетным ощущениям словно за тридевять земель.

Перед сном, когда мир затихал, я лежал на постели за стеной от нее и думал. Много думал, старался услышать себя, волка, но слышал лишь пустоту, словно все, что мне было важно внезапно стало пылью. Но я еще по привычке цеплялся. Наверное, так работало присутствие истинной.

И вообще почему я изначально решил, что она — это Лоранс? Просто понравилась, да? А теперь, как чемодан без ручки… подумал и испугался на мгновение самого себя.

Ник, ты что? Откуда это, черт подери!

Тряхнул головой, уставившись в окно.

Я сегодня добирался на автобусе, потому что у волка словно зарядка закончилась, и он отказался двигать пешком, а ведь любил ветер и свободу.

Эти метаморфозы немного сбивали с толку, но испарялись также быстро, как и ощущения. Вот есть и вдруг нет!

— Ничего не удалось узнать насчет Алекса? — Макс увидел меня в коридоре, скользнул ко мне тенью, ухватив за рукав ветровки.

Я замер на миг, смотря на него точно на незнакомца. На лице приятеля волнение. Неподдельное, искреннее. И вчера еще бы мне захотелось расспросить, сегодня — пройти мимо почему-то.

Наверное, усталость. Слишком много событий, которые кружили голову, по крайней мере, так я себе объяснил. Потому что снова внутри вспыхнула борьба между долгом и… безразличием? Холодным таким, злым даже, которое напоминало змею, и от этого леденели пальцы рук.

— Нет! — сухо бросил я, спеша вперед.

— Я места себе не нахожу.

— Успокойся, не маленький, найдется наверняка, — фыркнул я немного с раздражением.

— Он не чужой нам все-таки, Ник.

— Ну и не семья.

Макс хлопнул глазами, сбившись с фразы.

— Что-то стряслось?

— У меня? Нет. Просто некогда заниматься всем этим, — обвел я пространство рукой, поспешив вперед. Макс так и остался позади, прожигая мою спину взглядом. Ему многое хотелось спросить, но он промолчал. Так, наверное, и лучше даже.

Мне было не до бесед, тем более не до решения чужих проблем. В голове все больше места занимал образ Вероники. Ее глаза зачаровывали, они были полны магнетизма, и я ничего вокруг не видел, кажется, кроме нее.

Меня тянуло к ней… но я сопротивлялся. Отголоски разума еще присутствовали, чтобы не сорваться с места, вызвав гнев преподавателя.

Макс еще несколько раз пытался заговорить со мной, но я отнекивался, стараясь избегать его общества.

Волк внутри только иногда выл, совсем тихо, слабо так, что его почти не было слышно.

Зато голос Вероники, ее сладкая улыбка и манящие движения стояли перед глазами, будто она сама была вот здесь, стоило лишь руку протянуть и коснуться. Моргал, чтобы прогнать видение, но сам одновременно с жадностью хотел, чтобы она не исчезала, а зазывно улыбалась, проверяя меня на прочность.

Еле дождался окончания пар и, выскочив в коридор, обегая толпу ленивых студентов, я чуть не столкнулся с ректором.

Волк попытался рыкнуть, но я почти его не слышал.

— Ее нет практически неделю, — говорил он какой-то женщине.

Мне показалось, или я видел ее ранее? В принципе имело ли это значение в ту минуту!

— Но это ваша дочь! — продолжил он, пока незнакомка темными глазами сканировала его образ.

Обычная… только волк тихо ощетинился.

— Что значит сбежала? — он обернулся, нервно дернув плечом.

Всем было плевать. Народ спешил смыться из этих стен, а я замер возле какого-то плаката на стенде.

Зачем тебе это, Ник?

Но волка что-то держало. Слабо, с легкостью можно было сдвинуться с места и уйти, но тот внутри меня боролся, стараясь победить человека.

Мы стали порознь с ним словно внезапно. И я на мгновение подумал, а как мы уживемся в одном теле теперь? Эти ощущения были мне незнакомы, и на миг я испугался, а потом… снова пелена какая-то, отгораживающая меня от мыслей ненужных.

— Она нездорова, — произнесла та, — может быть, опасна. Если появится, сообщите.

— Вы подали заявление?

— Нет, нельзя. Это напугает ее.

Я уверен был, что речь шла о Лоранс.

Стало не по себе, только вместо желания защитить, проснулось совершенно другое. Однако, волк не оценил его… он оскалился, будто кто-то неосторожно наступил тому на хвост… Но человеку во мне было уже плевать!

Он знал наверняка, чего хотел. И желания волка учитывать не собирался, кажется.

С каждым днем я видела в глазах Ника, как медленно угасало пламя. Вместе с ним из него выходила и сама жизнь. Он не понимал, не видел, не замечал, как вокруг все менялось. Его реальность искажалась, она становилась другой, но мы оба были слишком беспомощны, чтобы перевернуть этот мир. Я не имела права, он, наверное, желания.

Знала лишь одно — все поменялось после того вечера. Смотр, кажется.

У его мамы я не решалась спрашивать. Достаточно того, что она проводила со мной много времени, будто себя виноватой в чем-то чувствовала. И мне от этого было неловко.

Я здесь лишняя, ненужная, чужая. И самое разумное — уйти.

Только как? В этом месте даже деревья за окном казались живыми.

Да и идти мне некуда. Домой нельзя. Точно.

От одной мысли волоски на коже вставали дыбом, страх обжигал, и я готова была, уткнувшись в подушку, разреветься. Она еще хранила запах Ника, это и удерживало, наверное. Спасало, когда становилось совсем не по себе.

— Помогите мне, — я попросила нерешительно, когда мы брели по дорожке в лесу.

В небе солнышко, лучи играли на прядях волос и на сочной листве бликами. И погода такая, что самое время любоваться природой, вдыхая ароматы луговых цветов.

— Помочь, Лоранс? — мама Ника замерла, оглянулась на меня.

Она — единственная, кому я могла доверять сейчас.

— Пожалуйста, Жозефин… У нее было двойное имя, но мне почему-то очень нравилось его вторая часть.

— В чем? — улыбнулась нежно она. — Если ты боишься, что тебя обнаружат. Поверь, здесь не найдут. Я знаю, что вопросов много, у меня было бы их не меньше, но, к сожалению, открыться до конца я не могу. Просто доверься, — протянула она мне руку.

Я переминалась с ноги на ногу, сжимая в руках корзинку.

— Я очень благодарна Вам, — поправляя прядь волос, опустила я взгляд на свои ноги.

Ветер раздувал подол платья, трава касалась кожи ног, слегка щекоча ее.

— Думаю, что загостилась и приношу вам неудобства.

— Брось. Ерунда. Не переживай.

— Но Ник… —