Корона войны и тени - Дж. Р. Уорд

Люди пригибаются, когда он размахивает кровавыми потрохами и спотыкается по пути к столу. В желтом свете масляных ламп его лицо выглядит гротескной маской… но ещё хуже то, что он говорит, наши общие невысказанные страхи становятся явными.

— Рыщут в сумерках, преследуют нас по ночам! Её вырвали из стада, вспороли живот…

Деревенские жители с оханьем дергаются назад, когда он орошает кровью их лица, и молочник поворачивается к другой группе, которая уже сменила радость на чистый ужас, который все тайно испытывали в последнее время.

— Демоны вырвались из Фулкрума, они охотятся на нас… Тёмный Король возвращается! Это его звезда загорелась на небе!

Я спотыкаюсь на ступенях, услышав подтверждение тому, о чём мы все беспокоились с тех пор, как убили первую корову из его стада. Но я стараюсь держаться на периферии, пока тревожная тишина не прерывается чьим-то голосом.

— В лесу есть дикие животные. Многое может напасть на…

— Труп нашли на юге, — выплевывает мистер Кэвениш. — Какое животное убивает коров на севере, востоке… и теперь на юге! Я предупреждал вас, когда это началось две недели назад! Я всем вам говорил! Стена, что окружает нас, не устоит…

— Хватит! — грубо перебивает его мистер Льюис.

В тишине догадки связываются в реальность, которая, безусловно, погубит нас — убитые коровы, странные следы… мрак, окутавший нашу деревню. Остальные думают о том же, я вижу это по сгорбленным плечам и опущенным головам.

Наверное, это единственное, в чём я могу с ними согласиться, хотя им нет дела до того, что я тоже напугана. Наверняка больше, чем они.

— Магия в ходу, — заявляет мистер Кэвениш. — Из-за этого ослабел Фулкрум, демоны — предвестники грядущего! Тёмный Король восстанет!

Сжимаясь под своим плащом, я выхожу из света фонаря. Не то чтобы кто-то заметил меня.

Не то чтобы кто-то из них мог указать на меня пальцем, не подставив себя под удар.

— Выведите его отсюда, — устало говорит мистер Льюис.

Когда он машет рукой в сторону двери, двое мужчин вскакивают из оцепенения, а мистер Кэвениш продолжает свой бред, когда его берут за локти и тащат обратно под холодный дождь.

— Магия была использована с нарушением закона, из-за этого погибнет весь Анатос! Вы это знаете…

Сам мистер Льюис закрывает дверь, прижимаясь к полотну огромным телом. Хотя я стараюсь держаться вне поля зрения, ясно, что он что-то ищет. Я молю, чтобы сия ночь не стала той, которую я всегда боялась, ночью, когда меня наконец изгонят.

— Мы могли бы пойти к Провидицам, — предлагает кто-то. — Они знают…

— Я уже ходил, — перебивает другой. — Они не говорят о…

— Давайте, — прерывает мистер Льюис. — Допивайте свой эль. Следующий заказ — за счет заведения.

Заявление немного поднимает настроение, но ему нужно сохранить посетителей, иначе он потеряет прибыль на остаток вечера… если они рванут домой к женам и детям, запирая окна и двери. Пока мистер Льюис, как утка, ходит от стола к столу, успокаивая нервные разговоры, я пользуюсь возможностью. Я быстро ускользаю, засовываю метлу в чулан и исчезаю через пустую кухню и чёрный вход.

Снаружи дождь льет с бурлящего, беспокойного неба, и кажется, ночь не просто рано пришла в этот вечер, она словно стала целым сезоном сама по себе. Когда я слышу разговоры и звон колокольчика, я крадусь вдоль задней части «Перчатки» и заглядываю за угол.

Мистера Кэвениша ведут по главной улице, и мужчины с ним не проявляют грубости. В мужской руке больше нет коровьих внутренностей, но колокольчик остаётся. Его душевный звук словно ведёт отсчет времени, и я думаю о ветхой стене, что окружает нашу деревню. Даже в своём упадке этот каменный вал высок, как крыша «Перчатки», и толщиной с бочку медовухи. Тем не менее, мне становится интересно, могут ли существа, чьи морды и зубы ещё не видели света, взобраться на него. Или летать как драконы.

Может, баласы в нашем рве дадут нам какую-то защиту.

За свои два десятка лет я оставалась затворницей внутри стен Гринсварда, лишь иногда выходя за пределы в поисках растений и корешков, которые мне так нужны. В остальном я не покидаю таверну без крайней необходимости. Я никогда не чувствовала себя в безопасности даже внутри нашей деревни, и когда я думаю о том, что на нас охотятся? Новости с других территорий Анатоса кажутся лесными пожарами, готовыми поглотить меня: слухи о животных и даже людях, которые подверглись нападению в поселениях вокруг королевских дворов. Я слышала столько испуганных шепотков в конце ночи, путешественники делятся тем, что отказываются признавать при свете дня.

Молочник прав. На нас открыта охота, стена, что защищает деревню, одновременно является и защитой, и мишенью. Но он ошибается, полагая, что Фулкрум ослаблен из-за магии. Я всю свою жизнь владею крошечным запасом этой священной энергии и отказываюсь верить, что магия плохо отразилось на нас… и все в этой таверне, кто игнорирует меня, думают так же. Даже мистер Кэвениш.

Односельчанам ненавистно то, что им пришлось полагаться на меня, но хоть я и отвергнутая сирота, я усвоила одну важную истину: нет ничего, что люди не сделают ради своей семьи.

Нет, причина кроется в чём-то другом.

И именно этого нам нужно бояться, даже больше, чем демонов, которые лишь предвосхищают гораздо более смертоносного врага.

Я жду, пока троица удалится подальше, и затем тихонько следую за ними, прислушиваясь к зловещему звону коровьего колокольчика. Плащ впитывает ледяной дождь, как будто жаждет холодной воды, а под моими потрепанными кожаными подошвами брусчатая мостовая скользит, как покрытое мхом русло реки. В рядах домов, сжимающих нас с обеих сторон главной улицы, ставни и двери были плотно закрыты не только из-за плохой погоды; дымовые трубы их открыты, а струйки дыма уносятся ветром.

Когда до моих ушей доносится далекий скрип, я оборачиваюсь. Мост, пересекающий наш ров, поднимается, и когда доски фиксируются на низких башнях, пара часовых спускается со своего поста. Неудивительно, что мужчины направляются в «Перчатку», но я жалею, что они покидают свой пост.

Но сколько пользы они могли бы принести своими вилами?

Они — всего лишь гражданские, как и все мы. Наша деревня находится на самом краю Просперитуса, здесь нет королевских стражей, ведь мы — всего лишь никчемное торговое поселение. Вот почему наша стена не отремонтирована, и у нас нет защитников.

Мы вынуждены сами заботиться о себе.

Я фокусируюсь на своем пути, улица предо