Замужество в подарок, или Дебют попаданки - Джулия Поздно

— Ваше имя, леди?

— Леди Тревор, — проговорила я как можно громче, потому что, несмотря на все старания уже прибывших гостей, не удавалось создать атмосферу спокойствия и умиротворения.

Шелест юбок шикарных женских нарядов. Разговоры. Смех. Разве можно людям запретить быть в хорошем настроении на новогоднем балу? Мужчина в белоснежном парике приставил монокль к одному глазу и бегло просмотрел список. Судя по всему, имена и фамилии там располагались в алфавитном порядке.

— Дебютантка! — выкрикнул мужчина, и его помощник, что стоял по правую руку, вложил в мои трясущиеся ладони белую маску. — Надевайте, леди. Никто из находящихся внутри не должен видеть ваше лицо до появления королевы и официального открытия бала.

Ну что же, маска в мой образ прекрасно вписывалась. Поэтому мне быстро помогли ее закрепить сзади.

— Тронный зал точно прямо. Никуда не сворачивайте, если не хотите заблудиться. Но если вдруг надумаете, справа выход к дворцовому парку.

Я кивнула и неуверенно прошла внутрь. Высокие потолки позволяли чувствовать себя свободно, когда находишься в дворцовых коридорах. Я решила не блуждать нигде и даже пренебрегла прогулкой по дивному парку. Честно признаться, совсем одной мне было немного неуютно, но решительность моя от этого не убавилась, а наоборот.

Я поскорее хотела обрести понимание, кто же все-таки мой избранник не только на этот вечер, но и на остаток жизни. И только я об этом подумала, как главный распорядитель бала объявил общий сбор дебютанток для представления их кандидатур королеве.

Зал был полон!

Белые маски сновали повсюду. И, к моему ужасу, мне предстояло нырнуть в эту толпу, пробиваться ерез бесчисленное количество придворных дам, шелка, парчи...Я даже растерялась на мгновение. Попробуй отыщи в этом всем Даньелзов. Как бы мне ни хотелось, но саму себя представлять я не имела права. Увы, придется потерпеть родство с ними еще совсем немного.

Только сейчас, в этот момент, я поблагодарила мысленно своего неизвестного, жениха за то, что позволил мне побыть несколько дней без дядюшки Рубена и его жены Тресси. Об Анжел и вовсе не хотелось думать. Кузина вызывала много противоречивых чувств в моем сердце.

— Корова! — я услышала слева знакомый голос.

Две девицы в белоснежных масках зацепились языками, потому что одна из них наступила другой на ногу. Присмотревшись повнимательнее, я узнала в девушке, стоявшей у портрета королевы, Анжел. Ее ангельский облик никак не вязался с той грубостью, которая так легко слетала с ее языка. А уж то, что кузина упоминала животное, и вовсе ее характеризовало деревенщиной и простолюдинкой.

Как тетушка Тресси ни старалась привить ей королевские манеры, получалось из рук вон. Вернее, совсем не получалось. Анжел была ярким примером избалованного ребенка, залюбленного и эгоистичного. Я тяжело вздохнула и двинулась именно в том направлении, где стояла ругающаяся парочка, но окликать их в мои планы не входило. Главным было заприметить дядюшку и дождаться момента, когда Даньелзов пригласят на представление королеве в числе прочих родственников дебютанток.

Искать дядю долго не пришлось. Он стоял там, где и должен был стоять. У небольшого фуршетного столика, где подавались отменные закуски и бесплатное горячительное. Я подошла и дотронулась до его локтя. Нехотя. Испытывая большое чувство неловкости. За него и за себя. Если все гости замерли в ожидании появления королевы, то Рубен Даньелз, отвернувшись от всех, наслаждался личным уединением.

— Дядя, — потянула его за рукав темно-бордового фрака.

Мужчина дернулся и только затем нашел в себе силы повернуться и посмотреть, кто это осмелился его тронуть, да еще обратиться. Мне показалось, что ‘родственного обращения он не слышал и вовсе. Обернувшись, он мазнул по мне бесцветным взглядом, а затем, недовольно фыркнув, протяжно выдал:

— А-а-а, это ты... Что, твой любезный сЮпруг не соблаговолил тебя сопровождать?

Или он притомился после брачной ночи? — Рубен расхохотался мне в лицо, а затем добавил: — Прости, вы же еще не женаты.

От такого наглого, своевольного обращения и высказывания в мой адрес у меня все заклокотало внутри.

— Не судите по себе, — оборвала я сбивчивую речь родственника. —Формальности должны быть соблюдены, — я гордо вскинула голову.

Уж Рубен Даньелз всенепременно бы воспользовался положением и спросил с леди все, что причитается за сапфиры и рубины, в первую же ночь. И, честно признаться, я подобного очень боялась. Но мне предоставили комнату, прислуга ничем не посмела обидеть, а сам жених так и не появился для того, чтобы взять то, за что он внес свою часть драгоценных камней. Хотелось верить, что мой жених — человек чести. И он не посмеет запятнать мое имя позором.

— Сейчас вы оставите свой бокал, возьмете себя в руки и представите меня в качестве дебютантки леди Тревор королеве, и по-другому не будет. Поверьте, мне не составит труда убедить мужа, что вы плохо о нем говорили. И, не ровен час, он может потребовать свой задаток обратно, с процентами, — добавила я для еще большего устрашения.

На мгновение мне показалась, что дядя внял моим угрозам. Потому что он приступил к выполнению моих требований. Распорядитель бала громко объявил о появлении вдовствующей королевы Агнессы лие Антроль Второй. Огромные двери тронного зала распахнулись, и в создавшийся живой коридор из подданных Аксарии вошла королева в окружении своей свиты. Величественной и медленной походкой она двинулась по направлению к трону, мужчины склоняли головы, леди приседали в книксене.

Я тоже присела, улыбаясь. Дядюшка же, складывалось впечатление, как будто стоя спал. И когда все отвлеченно залюбовались данной процессией, на мое плечо легла рука в черной перчатке с рубиновым перстнем.

— Не оборачивайтесь, — тихо проговорил мужской голос, отдаленно показавшийся очень знакомым. — Леди Тревор, моя золотая ветвь принадлежит вам.

— Кто вы? И почему ваш выбор пал именно на меня?

— Сегодня вы не получите на все ваши вопросы ответы... Но у нас будет достаточно времени, чтобы узнать друг друга поближе.

На этой фразе я жутко покраснела, как хорошо, что часть моего лица скрывала маска.

— Не поймите меня неправильно, но как я должна буду узнать, что вы — это вы, принимая золотую ветвь.

— Вам подскажет сердце и память...

На этом его рука соскользнула с моего плеча, а когда я уже обернулась, мужчины и след простыл.

Когда я обернулась лицом к королевской процессии, уже никого не было.

— Ваше Величество,