Сергей Калашников - Клан Мамонта
Русскую речь понимал с грехом пополам, и не всегда верно — Вячик быстрее осваивал язык древних охотников, чем этот немолодой мужчина постигал незнакомые для себя слова. Но нрава он был весёлого, и многое передавал пантомимой или знаками. Если где ржут — значит, беседуют с Кыпом.
* * *Октябрь катился мирно и без особых происшествий. Холодало, слой листьев под ногами становился всё толще, а ветки деревьев оголялись. К летнему дому пристроили тамбур, чтобы холодный воздух не врывался в него при каждом открытии двери. Потом все девять парней, а также, примкнувший к ним Кып погрузились в лодки — большую и маленькую, и отбыли к верхнему броду. Дорога заняла всё светлое время — дни стали короткими. Там, на пересечении мамонтовой тропы с всё той же их речкой построили обещанную ушедшим за солью парням землянку. В расчёте на четверых она была невелика, да и опыт сказывался — справились быстро. Даже печку сложили с трубой и запас дровец оставили.
Брод здесь тоже проходил по перекату, поэтому не забыли поискать камней, но ничего особенного не нашли. Гранит, полевой шпат и другие окатыши, ничуть не прочнее. А, между тем, топазовые рубила окончательно сработались — они ломались, время от времени, после чего их приводили в порядок, откалывая кусочки, чтобы снова добиться остроты. Так они и таяли в размерах от одного ремонта к другому.
Держался только кремневый топор — работники были с ним неизменно аккуратны.
Словом, инструмент в клане применялся, в основном, не самого лучшего даже для каменного века качества.
Саня сделал последний нож — отлил лезвие из нескольких бережно сохраняемых монет непонятного сплава. Сказал, что это мельхиор — мещанское серебро. То есть, заточку держать будет плохо. Досталось это изделие Кыпу — он чаще других снимает шкурки с мелких лесных хищников — ему действительно нужно.
А потом тот же Саня сказал, что без болотной руды ему на этом свете больше не прожить, а клюква растёт именно на болотах. И пускай ему покажут дорогу туда, откуда принесли ягоды.
В путь с ним отправился Вячик, который там уже бывал. За ребятами увязался и Кып — его всё время тянуло в дорогу — сказывалась многолетняя привычка к кочевой жизни.
Руды они не нашли, зато набрали клюквы. Оказывается, в прошлый раз Ленка с Вячиком не всё отыскали — прошли только одним рукавчиком, и до основного кочкарника не добрались. А ведь эта ягода — сплошные витамины. Это же какое подспорье зимой! И был новый массовый выход на этот раз, преимущественно, девочек с большим количеством горшков.
Очередной раз пройдясь по кладовке, Шеф окончательно успокоился и отправился проверять, как готовятся лыжи для зимней охоты и снасти для подлёдного лова — раскрутили пружинку с Любашиного драгоценного блокнота, и теперь делали из неё крючки. Клан готовился ко входу в зиму.
* * *— Галя, готова?
— Да, Вень.
— Тогда слушаем доклад о международном положении. То есть о племени, которое бродит туда-сюда по тропе, рядом с которой мы живём. Прошу, — кивнув девочке, Веник задвинулся обратно на своё место на нарах.
— Начну, наверное, с языка этих людей. В нем нет ни склонений, ни спряжений. Даже имена существительные на слух не отличаются от глаголов. Например: Пыт, это и удар, и ударить, и ударивший и ударенный. То есть — язык-мысль, язык-образ. Дополнение к пантомиме или жестикуляции. Наш русский безумно труден для этих людей — они думают значительно проще.
— Типа сигнального языка? Как у дельфинов? — уточнила Ленка.
— Нет. Не совсем. Проблему бедности этого средства общения люди пытаются преодолевать за счёт устойчивых словосочетаний — идёт процесс образования длинных слов, в которых слоги со временем потеряют самостоятельный смысл. Например, слова «Бо» — большой, и «Тан» — вождь уже на наших глазах трансформируются в понятие «Ботан» — уважаемый, главный.
— Напоминает обращение «Батоно» у грузин. Тоже означает «Уважаемый», — вспомнила Светка.
— Вполне возможно, что мы имеем дело как раз с протогрузинами, — кивнула Галочка. — Что же касается материальной культуры, то обработка камней ими освоена — наконечники копий сформированы в соответствии со своим назначением — это не просто случайные обломки подходящей формы. Их ножи, так же как и наши, — пластинки с острыми краями. Ни они, ни мы не снабжаем их рукоятками по одной и той же причине — это не рационально, потому что режущие кромки нередко ломаются. Возиться с прилаживание новой ручки к другому острому обломку — неразумная трата сил и времени. Так что уровни развития у них и у нас в этой области совпадают.
Несомненное преимущество этих людей заключается в прекрасном знании местных условий — все помнят, сколько полезных растений показала Пуночка. И именно опыт преодоления здешних трудностей составляет основу их культуры. Передача знаний происходит при обучении в процессе совместного труда. Их устное творчество — тематические спектакли со сценками охоты, быта и вообще всего что случается.
— То есть, скудоязычие является серьёзным препятствием на пути их развития, как общества… И как личностей… И вообще всякого развития… — озарило Вячика.
— У них много препятствий, — рокотнул Саня. — Причем, даже более существенных. Начиная с отсутствия медицины, заканчивая плохой погодой.
— Про медицину я бы так решительно не утверждал, — отметил Веник. — Травки от простуды и от зубной боли они мне показали. Вернее, отсыпали. Сказали, что растёт не здесь. Я им под такое дело туесков подарил, чтобы не в свои вонючие шкуры заворачивали, а более-менее чисто хранили.
— А почему они туда шли вслед за мамонтами, а обратно — впереди? — донесся вопрос Пашки. — Чтобы заранее подготовить ловушки?
— На мамонтов они не охотятся, — объяснила Галочка. — Следуют за ними, потому что по дороге много готовых дров. Ну и момент выхода с юга тоже определяют по движению стад. Толян знает, что там творится в засуху — сущий ад. Поэтому, нужно вовремя уйти на север, в леса. А обратно возвращаются с наступлением прохладной погоды. Хоботастые так не спешат — у них вон, какие тёплые шкуры! Они уходят на юг с наступлением серьёзной зимы, чтобы не раскапывать толстый слой снега. Да и питательность веток, когда те без листьев, должна быть ниже. Ну, мне так кажется.
Что-то на своём языке начал объяснить Кып. Он тоже сидел и внимательно слушал. Речь его перевёл Веник:
— Навоз мамонтов служит топливом в безлесной местности.
Пуночка добавила: — Трава пых, — выбросила она пальчики в разные стороны. — А дерьмо жжи лоо.
— Гори Шён, — поправил Кып.