СССР 2061 - СССР-2061. Том 9

В наушниках тонко пискнуло.

— Есть захват навигационного луча, — произнес Маринев, — Старт.

За спиной капитана вспыхнуло короткое пламя и, словно выброшенный из катапульты снаряд, он по крутой параболе помчался к тускло блестевшей металлическим светом поблизости от серпа Каллисто точке станции. Полминуты спустя включились двигатели Драйда, а следом в полет отправилась Тамара. Игорь стартовал последним. Перегрузка навалилась плавно, но мощно. Привычно. Непросто должно быть приходится неопытным профессору и доктору. Впрочем, если они работают в космосе, то специальную подготовку проходили и в советском центре она весьма серьезная. Допуск к работе в космосе, подразумевает готовность к подобным испытаниям.

Полет в бездне над Юпитером завораживал, но довольно быстро закончился. Минуты через три едва отпустило ускорение, началось торможение. Из невзрачной точки станция превратилась в полновесный заслонивший все бублик, покрытый изъеденным космическими частицами слоем отражателя. На далеко выступающем кронштейне крепился к корпусу тупорылый шаттл. Выверенная компьютером траектория закончилась точно у площадки шлюза с крупно нанесенным белой краской номером 01. Возле ворот стояли все три фигурки в скафандрах. Маринев уже нашел консоль ручного ввода и открыл внешний створ.

— Как вы, Тамара? — заботливо поинтересовался Игорь, очутившись на площадке перед воротами.

— Игорь Александрович, у меня все в порядке. Вот на станции случилась беда.

Ах ты зазубренный кусок астероида! Ну погоди, оботрешься вдали от Земли, станешь помягче. После завершения процедуры выравнивания внутренний затвор шлюза открылся в темноту.

— Похоже, нам тут не рады, — заметил Маринев, включая фонари ближнего света. Мягкий рассеянный свет залил пространство вокруг скафандра. Мгновение спустя густой мрак рассек луч поискового прожектора, который тут же выхватил из темноты мерно покачивающуюся в воздухе фигуру. Тамара вскрикнула и попятилась.

— Не бойтесь это всего лишь скафандр на стойке, — втайне упиваясь злорадным торжеством, произнес Игорь, — Но почему не работает аварийное освещение? Мне казалось оно как раз и предназначено для таких случаев. Впрочем, судя по показаниям анализаторов не работают и системы жизнеобеспечения. Воздушная смесь крайне разряжена, да и по составу для дыхания непригодна.

— Выводить людей из анабиоза в таких условиях нельзя, — заволновалась Тамара.

— Для начала их нужно найти, — заметил Маринев, он к тому времени уже закончил осмотр ближайшего пространства, — Шлюзовой узел и выход в двух направлениях, все как на модели. Сбросим здесь ранцы с двигателями и двинемся, как намеревались к ближней капсуле. Посмотрим сначала, что там.

Игорь вспомнил досконально изученную ими за время полета компьютерную модель станции. Внутри тора по двум параллельным уровням тянулись четыре жилы коридоров, а в пространстве между ними находились жилые помещения, технические узлы, исследовательские лаборатории. В шести местах в тело станции были, как бы вшиты особо прочные капсулы, аварийные отсеки в которых стояли гипотермические саркофаги для погружения персонала в анабиоз.

Маринев выплыл в коридор, и некоторое время шарил лучом, всматривался.

— Проходы местами загромождены, но соблюдая осторожность можно двигаться. В том же порядке, — в голосе капитана слышалось напряжение, и Игорь понимал, он боялся, что коридоры станции окажутся забиты плавающими телами и поход к капсуле станет не только бессмысленным, но и ужасным.

Но проходы оказались не столь сильно замусоренными, как опасался того капитан. Наоборот, коридоры станции вызывали ощущение давнишнего запустения. В иных местах действительно попадались беспомощно кружившие в воздухе обесточенные – будто мертвые – бытовые и административные роботы, плавали кресла, одежда мелкие предметы обихода. Однако никакой угрозы для космонавтов этот беспорядок в себе не нес и особых трудностей не создавал. Не без тревоги заглядывали в распахнутые отсеки и помещения, но к счастью никого в них не находили и по мере приближения к ближней капсуле нарастало и возбуждение.

— Здесь, — остановился Маринев возле выступающего, словно врезанного снаружи в стену эллипса, на которой было крупно выведено Life saving module -1, - Должны открываться.

Многослойная дверь скользнула в сторону, пропуская спасателей в камеру шлюза. Здесь уже работало штатное освещение. После завершения процедуры выравнивания открылся внутренний затвор шлюза, за которым открылось помещение, уставленное продолговатыми саркофагами с прозрачными крышками массой идущих к каждому из пола трубок и кабелей. На бортах жизнерадостно мигали расцвеченные столбиками данных и диаграмм экраны. Эпизод фантастической саги.

Драйд и Тамара кинулись к саркофагам, вглядываясь в застывшие под прозрачными крышками лица и вчитываясь в показания датчиков.

— Они все живые! — оглушительно звонко крикнула Тамара.

— Живые! — эхом отозвался профессор, — И, по крайней мере, в этой капсуле заняты все саркофаги. Наверное, все спаслись.

— А здесь вообще хорошо, — заметил Игорь, отключая систему жизнеобеспечения скафандра и поднимая визор, — Посмотрите на данные анализатора. Норма.

— Все же не стоило вам так опрометчиво рисковать, — пробурчал капитан, но мгновение спустя и сам уже открыл визор.

— Дмитрий Юрьевчи, но это значит, что здесь мы можем вывести людей из анабиоза, — сказала Тамара, — Продолжительное пребывание в анабиозе может сильно сказаться на здоровье.

— Выведем, а что дальше? Мы не разместим у себя на «Академике» и десятой части. Нужно осмотреть другие капсулы, снять показания медицинских датчиков, выяснить, возможно, кому-то нужна срочная помощь и затем ждать подхода других кораблей, чтобы на них эвакуировать персонал станции. Профессор вы согласны со мной?

Драйд энергично закивал. Худая шея смешно дергалась.

— Благодарение всевышнему, что все они живы и вам за эту поистине неоценимую помощь…

— Постойте, — перебил Игорь и сказал, обращаясь уже к капитану, — Дмитрий Юрьевич, а что если нам вернуть в реальность, хотя бы главного координатора станции и выяснить у него что произошло? Патрик Легвард, так, кажется, его зовут?

Маринев согласился. Координатора нашли в третьей по счету спасательной капсуле. Даже в анабиозе он сохранял серьезный начальственный вид. Тонкие губы были поджаты, на лбу пролегла заботная складка. Выбритая голова и щеки совершенно сохраняли гладкий блестящий вид.

— Не перепутаешь, — пошутил Игорь, — И будить-то жалко, спит хорошо.