Бабник. Назад в СССР 4 - Роман Фабров
Зато мне прибавилось хлопот. Помимо подготовки к школьному концерту, теперь приходилось ломать черепушку над тем, что исполнить на танцах в заводском Доме культуры. На концерте люди приходят послушать музыку, а на танцах им хочется двигаться. На репетиции я поднял этот вопрос перед ребятами. Мы обсудили разные варианты, прикинули, какие песни подошли бы лучше всего, и в итоге остановились на том, что нам нужны пара быстрых танцевальных композиций и один медляк. Для первого выступления этого было вполне достаточно: сначала немного расшевелить публику, а потом сыграть что-нибудь медленное — тот самый белый танец, когда дамы приглашают кавалеров.
Самым приятным сюрпризом стало то, что за нами пообещали прислать заводскую машину. Евгений Владленович, видимо, понимал, что тащить через полгорода инструменты — удовольствие сомнительное, а заводской транспорт здорово облегчал нам эту задачу. Казалось бы, мелочь, а приятно.
Кстати, я ведь ещё забыл рассказать, как мучился перед сном, подбирая песни для заводских танцев. Весь вечер ворочался в кровати, перебирал в голове одну мелодию за другой и никак не мог решить, что же нам сыграть, чтобы не ударить в грязь лицом перед людьми. Хотелось найти что-нибудь ритмичное, такое, подо что народ непременно пустится в пляс, но при этом не слишком сложное для ребят, ведь им и без того хватало забот с разучиванием программы для школьного концерта.
И вот во время этих раздумий меня вдруг осенило. Конечно же! Группа «Браво»! Вот что нам нужно! В памяти сразу всплыли знакомые песни этой группы. Бодрый ритм, цепляющие мелодии, настоящий рок-н-ролльный драйв — всё как раз подходило для танцев. Под такую музыку и двигаться одно удовольствие, и просто послушать приятно. К тому же ничего необычного для того времени в этом стиле не было: твист, бит и рок-н-ролл давно уже перестали быть чем-то диковинным для советской молодёжи.
Оставалось только выбрать из знакомого мне репертуара пару-тройку подходящих композиций и прикинуть, потянут ли их мои пацаны. Впрочем, в них я почти не сомневался: пацаны схватывали всё буквально на лету, так что должны были справиться.
На следующий день я решил порадовать парней новыми песнями, которые собирался предложить им сыграть в Доме культуры через неделю. Когда ребята после уроков подтянулись в актовый зал и настроили аппаратуру, я взял у Серёги гитару и принялся напевать им новый материал. Однако прежнего огонька в их глазах не увидел. Ещё вчера вечером мне казалось, что парни по одному щелчку пальцев выучат эти три песни, а сейчас по их озадаченным физиономиям было ясно: нам придётся очень непросто, и мою уверенность в них как ветром сдуло.
Сначала я даже растерялся. Песни-то вроде несложные, ритмический рисунок простейший, да и пацаны у меня толковые. Но вскоре и до меня дошло, где собака зарыта: нам позарез не хватало второго инструмента — то есть ещё одной электрогитары. Только так можно было добиться нужного звучания: одна гитара держит ритм, а вторая вытягивает соляки.
Я повернулся к Сергею, который с задумчивым видом гипнотизировал окно:
— Слышь, Серый, а где бы нам ещё одну гитару скоммуниздить? Есть варианты?
— Секунду, — бросил он и растворился за кулисами.
Через минуту оттуда донёсся грохот, будто он в одиночку ворочал какую-то мебель.
— Так, погнали, парни, глянем, что он там крушит, — кивнул я пацанам и первым двинул за кулисы.
А там, оказывается, пряталась тесная каморка, до потолка заваленная всяким школьным хламом, который давно пора было бы выкинуть, да всё руки у кого-то не доходили. Серёга уверенно продирался сквозь эти баррикады, явно нацелившись на что-то конкретное. Мы с парнями тоже не стали медлить — дружно принялись оттаскивать ящики и разный мусор в стороны, освобождая проход. Немного попотев, мы расчистили путь, и Серёга победно вытащил из недр старого шкафа, лежавшего от чего-то на боку, ещё одну электрогитару. Инструмент зарос вековой пылью, а первая струна вообще лопнула — от неё остался лишь сиротливый огрызок, свисающий с колка.
Пока парни гоняли по кругу школьную программу, я вплотную занялся находкой. Первым делом стёр с неё пыль. Гитара оказалась простенькой советской электроакустикой, но для наших целей — в самый раз. Струны у Серёги, на моё счастье, тоже нашлись в запасе: новенький, ещё не распечатанный комплект в шуршащей бумажной обёртке. Я аккуратно натянул их, подкрутил колки, а затем протёр деку фланелевой тряпкой.
Когда с внешним видом было покончено, а пацаны как раз доиграли финальный аккорд очередной песни, я переглянулся с Серым, кивнул ему и с лёгким волнением вставил толстый штекер в гнездо усилителя. Аппарат отозвался глухим, утробным гулом. Сейчас мне, можно сказать, подфартило: инструмент оказался живой, и даже звукосниматели не испорчены.
Быстро проверив строй, я ударил по струнам. Гитара выдала сочный, слегка грязноватый, но вполне бодрый звук.
— Так, пацаны, хорош прохлаждаться, — скомандовал я. — Давайте сейчас я сыграю вам новую песню, а вы попробуйте прямо на ходу подхватить. Лучше облажаться тут, чем всё бросить, даже не попробовав сыграть. Ну что, погнали?
Я взял уверенный аккорд и запел, задавая на своей гитаре темп:
В самый полный штиль
И в самый сильный ураган
Ходят в синем море корабли.
Может, потому-то
И понятно морякам,
Что такое океан любви…
Пацаны на секунду замешкались, прислушиваясь к новой песне, но Серёга довольно быстро уловил ритм и уверенно подхватил за мной. Барабанщик и басист подключились следом, отбивая такт. Постепенно музыка обрела хоть какое-то подобие звучания. До того, что я слышал у группы «Браво», было ещё далеко, но сейчас это не имело особого значения. Главное, что ребята постепенно втягивались, и я запел увереннее, с удовольствием наблюдая, как у них загораются глаза:
Этим смелым парням
И беда не беда,
Путеводная им
Помогает звезда!
И тут к нам наконец присоединился Яшка. До этого он сидел за пианино и что-то увлечённо строчил в своей нотной тетрадке, а теперь вдруг ка-а-ак вдарил по клавишам! Димка Ремизов тоже решил не отставать: пристроился