Выбор - Сергей Баранников

В голове кружилось огромное количество мыслей, отчего развилась мигрень. Сказывалась и бессонная ночь, проведённая в попытках разрешить проблему. У нас образовалось несколько теорий, в пользу которых говорили факты. Первая версия — проклятие, насланное заклинателем. Второй вариант — нахождение какого-то древнего артефакта, спровоцировавшего болезнь. Последнее предположение — это аномалия, возникшая из-за неправильной работы ядра, которая и спровоцировала появление болезни. Правда, последняя версия была слабовата и откровенно притянута за уши, потому как не объясняла почему «пятна» передаются другому одарённому. Была ещё и мысль, связанная с духами — существами, обитающими на энергетическом уровне и не имеющих физического тела, но Мокроусов встретил эту версию в штыки, и мы её пока не рассматривали. Лично я не видел ничего предосудительного — природа человека такова, что встретившись с необъяснимым, он всегда приписывает находке какие-то магические свойства.

— Погоди, мы поворот на Яшмань проскочили! — неожиданно встрепенулся Мефодий, давно потерявший интерес к нашим спорам, и молча следивший за дорогой.

— Так быстрее будет, — отозвался водитель. — Если в посёлок заедем, проторчим там до самых сумерек, и тогда уже точно не успеем засветло до Новомихайловска.

— А мы и так не успеем, — заспорил егерь. — Так хотя бы спокойно заночуем в безопасности, а если ехать дальше, то ночь нас застанет посреди тундры.

— Если ускоримся, успеем, — отозвался упрямец, заёрзав на месте.

Разумеется, мы никуда не успели и более того, застряли в дороге. Как назло, до самых сумерек никто не ехал мимо, и нам пришлось разбираться с проблемой самостоятельно. Водитель ушёл на поиски питьевой воды и чего-нибудь, что бы могло помочь нам выбраться из ямы, а мы высыпали наружу, чтобы размяться. Если не выберемся в ближайшее время, придётся провести ночь в салоне автомобиля, а это ощущения не из приятных.

— Не похож он на егеря, — заметил Мефодий, когда наш водитель отошёл достаточно далеко, чтобы не слышать нас. — Я нашего брата знаю, и никто не будет вести себя так на открытой местности. Он постоянно оглядывается, но не видит того, что нужно, слушает каждое слово, но сам ничего не предлагает. Одним словом, странный тип. И потом, я отлично знаю где ближайшие ручьи в этой местности. Там, куда он направился, их отродясь не было.

— А вы разве не знакомы? — удивилась Лера. — Я думала, вас вместе прислали.

— Мне казалось, его прислали с вами, — парировал Кузьмичёв.

Когда водитель вернулся с пустыми руками, в салоне автомобиля повисла неловкая тишина. От этого странного типа не укрылись изменения, но он решил не развивать тему. А когда через пару минут машина выбралась из ямы, мы окончательно убедились, что с этой ситуацией явно что-то не так.

Около полуночи мы заметили огни Новомихайловска, но попасть туда нам не вышло.

— Значит, слушайте меня внимательно, — сурово произнёс водитель, остановив машину. — Мы все — контактные с серьёзным больным. Диагноза не знаем, как лечить эту болезнь неизвестно. До тех пор, пока мы не убедимся, что все присутствующие здесь безопасны, придётся оставаться на карантине.

— О каком карантине речь, если можно лично убедиться, что ни у кого из нас нет этих пятен? — возмутился Артём.

— Как это сделать? Я лично не могу быть уверен, — упёрся водитель. — Как никто из вас не может быть уверен в том, что эти пятна не появятся через пять минут, или позже.

— У Федотова пятна появились сразу, — заметил Мокроусов.

— А вы и не сможете ничего увидеть, потому как не владеете даром исцеления, — объяснил я.

— А с какой стати какой-то егерь решает что нам делать? — возмутился Артём.

— С той самой, что я не егерь, — мужчина полез во внутренний карман пиджака и выудил оттуда удостоверение бойца службы имперской безопасности. — С самого начала я курировал эту поездку, следил за действиями всех участников и анализировал ситуацию в поселении. У меня не было повода вмешиваться раньше, но теперь он появился, и пришлось раскрыть себя.

— И долго нам сидеть в изоляции? — сменил тон Мокроусов, решив не идти против системы.

— Пока целители не убедятся, что вы безопасны для общества. И потом, вы должны рассказать о том, что произошло в поселении.

— А что будет с теми, кто остался?

— Я передал информацию своему начальству, оно оценит риски и примет решение. Честно говоря, я бы вообще стёр с лица земли эту деревеньку со всеми жителями, чтобы избежать рисков заражения остального государства, но решать не мне.

— И нас бы тоже стёрли с лица земли? Так, на всякий случай? — задал я логичный вопрос. Мне ответом послужил долгий строгий взгляд, который говорил лучше любых слов. Будь это самым простым и надёжным решением проблемы, этот человек не стал бы сомневаться.

— Мы поедем прямо до Градовца, там уже готовят изолятор, — сообщил имперский ищейка. — Чуть позже вас вызовут на допрос. Ситуация крайне опасная, и я советую вам отнестись к ней со всей серьёзностью.

Я прокручивал в голове варианты как выбраться из ситуации. Предположим, общими усилиями мы можем одолеть этого типа. Три разряда энергии, выпущенные одновременно, наверняка заставят его изменить планы. Но куда потом идти? Информация о контакте с опасной болезнью уже передана, нас будут искать все: от провидцев и целителей до имперской службы безопасности. И потом, в наших же интересах донести информацию до коллегии и заручиться их поддержкой в решении этого вопроса.

Мы ехали всю ночь, и только ближе к утру добрались до окраины Градовца. Энергии в кристалле оставалось совсем немного, ещё пару часов путешествия, и аккумулятор пришлось бы менять, но он и так справился отлично. Мы преодолели больше тысячи километров в обе стороны по бездорожью. Ни один автомобиль в нашем мире не обошёлся бы без дозаправки.

Я поймал себя на мысли, что стараюсь думать о чём угодно, но только не о грядущей проблеме, и не об изоляторе, в который нас должны поместить на карантин.

— Ждите здесь! — распорядился мужчина, вышел из машины и запер двери, когда мы подъехали к барже.

— Где это мы? — поёжилась Лера.

— Переправа на Вещий остров, — вспомнил я место, откуда отправлялся навещать Радимова на реабилитации и отца после вживления бионического импланта. — Судя по всему, мы поедем туда.

— Не нравится мне это, — пробормотал Артём. — Слышали его? Этот псих готов всех нас прикончить, лишь бы только избежать опасности.

— В какой-то степени я его понимаю, — признался я. — Но его волнение явно излишне. По факту заразился только Федотов. Даже мы, несмотря на то, что использовали внутреннее зрение, не получили тёмные пятна. И потом, я