Боярский сын. Дружинник. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

— Что… что с ними будет? — дрожащим голосом спросил Ласковатый. — Что будет с людьми Ярославских? И с самим основателем рода? Они же невероятно сильны… Святослав же боец уровня Ратоборец!

Чернобай снова остановился у стекла. Его отражение в окне не улыбалось.

— Что с ними будет? — переспросил он, словно пробуя слова на вкус. — О, всё очень просто. Они сдохнут. Они сдохнут и замерзнут. Их кровь напитает землю, а души станут кормом для наших питомцев. Они попали в идеальную ловушку. И выхода из нее нет.

Мальчик обернулся и посмотрел на Ласковатого в упор.

— А вы, Кирилл Михайлович, не забивайте свою голову мыслями о мертвецах. Пусть вас лучше согревают мысли о будущем. О том, что совсем скоро вы воссоединитесь со своей дорогой женой Анной. И с вашей прекрасной дочерью Ангелиной. Они ведь так скучают по вам…

При упоминании дочери лицо Ласковатого исказила болезненная гримаса.

— Ангелина… Где она? Вы обещали, что с ней ничего не случится!

— И я держу свое слово, — мягко ответил Чернобай. — Она в абсолютной безопасности. Как только всё закончится, вы заберете их и уедете. Куда захотите… на острова, в тепло. Вам больше никогда не придётся думать о деньгах, о контрактах, о гневе бояр. Вы станете свободны и вольны. Нужно только немного потерпеть.

Чернобай снова отвернулся к окну.

— А сейчас… Сейчас мне нужно сделать один небольшой жест. Дать команду моим верным псам, которые уже заждались и вот-вот сорвутся с поводка.

Мальчик подошел к оконной раме. Он не стал возиться с ручками и замками. Он приложил ладонь к стеклу, и оно осыпалось мелкой крошкой.

В кабинет ворвался ледяной ветер, швырнул снег на дорогой ковер и раздул пламя в камине.

Чернобай шагнул к образовавшемуся проему. Он выставил правую руку вперед, ладонью вверх.

Воздух над его рукой пошел рябью. Тьма из глаз словно перетекла на кончики пальцев. Пространство скрутилось, уплотнилось, и в следующее мгновение с ладони сорвался шар.

Пульсирующий шар багрового цвета. Цвета запекшейся крови.

Шар с гудящим свистом вылетел в окно и устремился высоко в грозовое небо, пробивая пелену метели.

Там, на высоте нескольких сотен метров, он взорвался.

Взрыв не сопровождался звуком. Но небеса над Кольским полуостровом полыхнули исполинским заревом. Багровый свет залил тучи. В этом свете, раскинувшись на полнеба, сформировался гигантский, сотканный из кровавого тумана символ.

Оскаленная волчья пасть.

Сигнал к началу бойни!

В тот же миг зелёную плёнку огромного круга прорвали первые когти!

Чернобай стоял у открытого окна, подставляя лицо ледяному ветру, и улыбался.

— Ну вот и всё, — прошептал он в пустоту. — Охота началась.

Над занесённым полем разорвалась реальность. Это мало похоже на спецэффекты из дешёвого кино, где порталы открываются с аккуратным звуком. Здесь пространство затрещало, как порванный брезент, исторгло гул, от которого завибрировали внутренности под Мобильным Доспехом.

Прорыв ярче вспыхнул зелёным светом, отбросил на снег уродливые тени. Ветер взвыл с новой силой, словно сама природа попыталась закрыть гнойную рану на теле мира. Закрыть и закидать снегом.

Я приготовился к знатной мясорубке. Меридианы задрожали, накачивая тело горячей живицей. Внутри бронированной скорлупы стало даже немного жарко.

Мы успели занять позиции. Я, Степан Борозда и парни из «Севера» рассыпались по центру, укрываясь за естественными сугробами и нагромождениями камней.

Чуть левее держал фланг мой отец, Святослав Васильевич, со своими гвардейцами. Правый фланг наглухо перекрыл Беркут.

Три группы образовали ощетинившийся стволами полукруг, отрезая чудовищам путь к рабочему посёлку ГОКа, чьи домики жались друг к другу у нас за спиной.

— Контакт! Из Прорыва! — заорал в рацию один из дозорных Беркута.

Из мерцающей глубины портала одна за другой начали выскакивать… Ледяные Гончие!

Ядрёна медь, а вот это хреново!

Полупрозрачные, сотканные из льда и спрессованного снега, эти твари походили на оскаленных волков-переростков. Грёбаный носок!

Хуже тварей для местного Прорыва и представить было трудно!

В проклятой метели эти твари почти невидимы. Их силуэты сливались со снежной пеленой, и выдавало их пульсирующее мерцание энергии да клацанье ледяных клыков, похожих на заточенные сосульки. Когти скребанули по снегу, когда Гончие прыгнули к нам…

— Огонь!

— Тра-та-та-та! — раздалась первая очередь.

Пулемёты рявкнули, разрывая полярную ночь вспышками трассеров. Автоматы загрохотали почти без остановки.

Пули прошивали ледяные тела Гончих, выбивали из них фонтаны сияющей крошки, разрывали на куски. Я видел, как Степан Борозда из своего «Печенега» буквально перепилил одну тварь пополам. Верхняя часть монстра рухнула в снег… но уже через мгновение осколки льда, подчиняясь извращённой магии Опасных земель, потекли друг к другу, срастаясь обратно. Тварь встряхнулась и снова прыгнула вперёд.

— Твою мать! — рыкнул Степан по связи. — Они собираются обратно! Терминаторы хреновы!

— По пастям бейте! — заорал я в общий канал, вспоминая слабости этих тварей. — По глазам! У них там ядро основы! Не тратьте боезапас на туши, бейте в голову!

Но сказать легко, а вот сделать… Гончие не перли напролом, как зомби. Едва напоровшись на шквальный огонь, стая брызнула в стороны, расходясь веером. Они растворились в снежной мгле, слились с метелью и начали брать нас в кольцо.

Мой визор выхватил вспышку голубых глаз прямо по курсу. Инстинкты ведаря сработали быстрее мысли. Я резко ушел в сторону, упал на бок. Ледяная пасть лязгнула ровно в том месте, где секунду назад находилось мое бедро. Воздух обдало таким могильным холодом, что даже Кольчуга Души под броней недовольно зазвенела. Выхваченный нож разделался с Гончей за секунды.

— Справа! Справа заходят! — заорал Гордей, вскидывая своё оружие.

Один из бойцов «Севера» попытался развернуться, но Гончая уже заходила ему с тыла. Ещё немного и парню в шею вонзятся клыки.

Я вскинул штурмовую винтовку и вдавил спуск. Короткая очередь, всего в три патрона. Бронебойно-зажигательные пули вошли твари в распахнутую ледяную пасть.

Внутри монстра вспыхнула ослепительная белая искра — ядро сдетонировало. Гончая взорвалась, осыпав нас градом безопасных ледяных осколков.

— Спасибо, командир!

— Работаем!

Радоваться было рано. На место убитой твари из