Тени сумрака - Эльхан Аскеров

— В том, что награды он достоин, сомнений нет. Особенно в свете всего тут сказанного, — задумчиво проворчал штабс-капитан. — Вопрос в том, что получил он их не по чину.

— А вот тут, господа, не нам с вами решать, — усмехнулся генерал в усы. — Он, можно сказать, службу свою только начал, и к чему придёт, мы можем только гадать. Во всяком случае, мне точно известно, что его величество за сим молодым человеком приглядывает весьма внимательно.

— Прошу простить, ваше высокопревосходительство, но я никак не понимаю вашей настойчивости, — шагнул вперёд ещё один георгиевский кавалер, на этот раз полный капитан, или майор по-простому.

— Желаете ответов? — повернулся к нему генерал всем телом. — Что ж. Извольте. Думаю, все помнят, как погиб мой единственный сын, — чуть дрогнув голосом, устало произнёс генерал.

Офицеры, быстро переглянувшись, дружно закивали. В комнате воцарилась почти гробовая тишина. Собравшиеся слушали каждое его слово очень внимательно.

— Но никто из вас, господа, не знает, что дуэль та была подстроена, и его противником был господин Метревели. Тот самый, которого после Егор Матвеич зарубил, словно каплуна, на дуэли же. Получается, я вам, молодой человек, — повернувшись к парню, добавил генерал, — должен уже дважды. За своего сына и за себя.

— Господь с вами, ваше высокопревосходительство, нет за вами долгов. Я делал то, что должен был, — растерянно буркнул Егор, не зная, как ещё реагировать на подобное заявление.

— Это уж мне решать, юноша, — одобрительно усмехнулся генерал.

— Та ваша дуэль, Егор Матвеич, крепко нам руки развязала, — вдруг вступил в разговор князь Угрюмов. — Но вся беда в том, что наши противники учли свои прошлые ошибки. Из Италии выписали нового бретёра. И на этот раз, как нам стало известно, он ещё и саблей отлично владеет. Так что имейте это в виду, молодой человек, — выразительно посмотрел он на парня.

— Не думаю, что его вызвали сюда только, чтобы отомстить мне, — хмыкнул Егор. — Но, ежели доведётся сойтись, тогда и посмотрим.

— Поверьте, молодой человек, эти люди ничего не забывают и того, что вы сделали, вам не простят, — чуть надавил князь.

— А я в их прощении не нуждаюсь, — ощетинился парень. — И просить его только у Бога стану. За грехи свои. А за землю нашу я как стоял, так стоять и далее буду. И коль нужда возникнет, ещё десяток таких иезуитов прирежу.

— Славно сказано, молодой человек, — одобрительно усмехнулся майор. — Ваше высокопревосходительство, прошу прощения за то, что осмелился сомневаться в ваших решениях, — повернулся он к генералу, принимая строевую стойку. — Видит бог, подробностей той истории я не знал.

— Господь с вами, майор. О том вообще никто не знал. Мне недавно только князь поведал, — кивнул генерал на Угрюмова, тяжело вздыхая.

— Мы не оставляли разбора той истории, — кротко кивнул полковник. — Но с прискорбием должен признать, что наши силы не безграничны, а в свете того, что теперь вообще творится в империи, и вовсе приходится на части рваться, — мрачно скривился он. — Благо такие честные люди, как Егор Матвеич, оказывают нам всю посильную помощь.

— Что ж, господа, — оглянулся майор на остальных офицеров. — После всего здесь сказанного, я считаю, что господин Вяземский вполне достоин всех полученных наград. Что же до чина, тут господин генерал прав. Он свою службу только начал.

— К слову сказать, как толмач господин Вяземский превосходит своими знаниями языков даже профессоров университета. А это, согласитесь, господа, дорогого стоит, — твёрдо добавил князь Угрюмов.

Переглянувшись, офицеры коротко кивнули друг другу и, дружно повернувшись лицами к генералу, склонили головы в коротком поклоне. Судя по всему, он тут был главным и по чину, и по возрасту, и по должности. Поклонившись в ответ, генерал расправил усы и, откашлявшись, пробасил:

— Благодарю за доверие, господа. За сим предлагаю закончить наш совет. И без того времени много потеряли.

Дружно расслабившись, офицеры не спеша направились к выходу. Князь чуть придержал парня за рукав, тихо попросив:

— Задержитесь, юноша. Нужно поговорить.

— Конечно, ваше превосходительство, — кивнул Егор, ощущая, как с плеч словно валун сняли.

Уж больно всё тут происходило странно и неожиданно. Вместе с ними задержался и генерал. Представить его никто не удосужился, а сам Егор решил лишний раз инициативы не проявлять. Надо будет, сам представится. Да и не до того ему было, откровенно говоря. Ведь готовился он совсем к другому результату этой встречи. Они вышли в коридор и не спеша двинулись к выходу из дворца, когда молча шагавший князь вдруг подобрался и, замедлив шаг, с мрачной иронией тихо буркнул:

— А вот и наши заклятые друзья. А с ними тот самый итальянец. Обратите внимание, Егор Матвеич. Брюнет, что у окна при разговоре руками машет.

— На ловца и зверь, — хищно усмехнулся Егор, внимательно рассматривая бретёра.

— Аккуратнее, Егор Матвеич. Говорят, он и вправду отлично оружием владеет, — всё так же тихо осадил его князь.

— Слетелись, вороны, — зло выдохнул генерал.

— Не стоит умных птиц обижать, ваше высокопревосходительство, — зло усмехнулся Егор. — Ворон птица непростая. Ей ума не занимать. А это просто стая обнаглевших крыс, которые только и могут, что на чужой помойке подъедаться.

— Метко сказано, — одобрительно усмехнулся генерал.

Они подошли к толпившейся у окна группе, и Егор шагнул вперёд, чтобы обойти эту сходку, когда один из стоявших вдруг сделал шаг назад и оказался у него на пути. Чуть развернув плечи, парень избежал столкновения и, шагнув в сторону, вежливо произнёс:

— Позвольте пройти, сударь.

— Перед вами человек, стоящий выше вас по положению. Извольте обращаться ко мне, как положено, — презрительно процедил мужчина.

— На вас надписи должной не имеется, — моментально поддел его Егор.

— Какой ещё надписи? — растерялся мужик от такого захода.

— Навроде ценника, что в лавках имеется. Там же написано, что за товар и сколько он стоит, — иронично усмехнулся парень, но эта усмешка больше напоминала оскал.

Егор с самого начала этого разговора понял, что просто так сегодняшний день не закончится. Так что шёл на обострение, словно бык на ворота. Главное, оказаться вызванной стороной. С остальным будет видно по ходу пьесы.

— Что