Евгений Прошкин - Новая Зона. Контур боли

— Я же говорил, это — твоя страховка, — сказал Кукловод, изображая обиду. — А ты: веревки, веревки…

У тех, кто шел за Гариным, такой страховки не было. В двух шагах от него упала какая-то женщина. Звук, с которым ее голова ударилась о кафель, напомнил о перезрелой тыкве. Через секунду рядом с женщиной шмякнулся ребенок. За ним последовал мужчина в костюме, которого Олег хорошо запомнил. Кажется, мужчина отделался переломами рук и ног. Глядя на Гарина снизу вверх, он все еще улыбался и что-то беззвучно напевал. «А мы неплохо повеселились», — говорил его взгляд.

— Останови их, — попросил Олег.

— Если б я мог, — вздохнул Кукловод, и на этот раз его печаль казалась искренней. — Беда в том, что я ни черта не могу без тебя.

— А я ни черта не могу без «венца»! — простонал Гарин.

— Чушь! — уверенно сказал невидимый собеседник. — Тебе не нужен «венец». И никогда не был нужен.

— О чем ты… О чем ты говоришь?

Олег зажмурился, когда брызги чужой крови окропили его лицо, и взмолился о том, чтобы оказаться где угодно, лишь бы не здесь.

— Чуть не уронили, пока доперли, — произнес над ухом хрипловатый голос. — Тяжелый, зараза, как… Я извиняюсь.

— Все люди тяжелые, когда спят или находятся без сознания. Где вы его нашли?

Гарин насторожился. Спрашивал, несомненно, Кукловод. Но и второй голос показался Олегу знакомым.

— Там, где вы и сказали.

Точно! Теперь Гарин был уверен, что слышит Гешу, шестерку Скутера.

— Понятно, — сказал Кукловод. — А на лицо ему зачем брызгали?

— Так… проверить. Вдруг он уже того… — Голос Геши стал еще ближе. — Смотрите, как зенками шевелит. Как бы не проснулся. Надо бы его снова…

— Не учи ученого. Лучше штору задерни.

— Зачем? — не понял Геша. — А-а! Чтоб он башню не увидел?

Кукловод досадливо вздохнул.

— Идиот! — сказал он. — Твой язык доведет тебя до могилы.

Следующий его вздох прозвучал совсем рядом с Гариным.

— Ну а ты что же, гонщик? Опять вздумал в догонялки поиграть? Чуть из города не ушел. Зачем?

Что-то мягкое легло на лицо Олега. Он вдохнул запах тоски и больничных коридоров и уплыл куда-то далеко-далеко.

Гарин проснулся от того, что Столяров слишком сильно принял влево, объезжая на дороге какое-то препятствие. Олег стукнулся головой о бронированное стекло инкассаторского «фольксвагена» и часто-часто заморгал.

— Извини, — буркнул Михаил.

— Нормально. — Олег протер глаза, но, кроме слабо мерцавшей приборной панели, ничего не увидел.

В кабине свет не горел, на улице стояла кромешная тьма. Полковник ехал с выключенными фарами.

— Что снилось? — спросил он с доброй усмешкой.

— Да ерунда всякая… — Олег неистово зевнул. — Когда меня вырубило? Я даже не заметил, — пожаловался он. — Хотя… Нет!

Гарин подпрыгнул на месте, Михаил вздрогнул.

— Снилось! — горячо воскликнул Олег. — Когда я уходил пешком… ну, уходил из Зоны… — Он смутился. — В общем, когда я упал на улице…

— Когда тебя Геша на базу привез, — поддержал Михаил. — Ну и?..

— Я вспомнил, что мне тогда снилось. Я увидел это абсолютно четко.

— В смысле, ты увидел сон, который тебе уже снился? По-моему, это нормально. Такое со всеми бывает.

— Нет-нет! Я не увидел, я просто вспомнил!

— Уснул и вспомнил позапрошлый сон? Занятно…

— Только не надо делать из меня психопата! — возмутился Олег. При этом в горле у него что-то непроизвольно булькнуло, и он сорвался на визг, а потом закашлялся. — Все гораздо серьезней, — с трудом проговорил Гарин.

— Выкладывай, — сказал Михаил.

Полковник выслушал историю молча, ни разу не перебив.

— Это все? — спросил он, когда Олег закончил.

Гарин кивнул.

— Да, негусто, — заключил Столяров. — И ты не понял, кто был этим Кукловодом?

— Пока нет.

— А о какой башне шла речь?

— Без понятия.

Михаил нахмурился.

— Башня, башня… — повторил он. — Первым делом, конечно, на ум приходит телебашня в Останкино… Ничего не екает?

Гарин опустил глаза.

Столяров вздохнул:

— Да, это было бы слишком удачно… Боюсь, в Москве найдутся десятки объектов, которые можно назвать башней. Это тебе не «Мальвина».

Олег отрешенно уставился в окно. Машина ехала где-то в районе «Академической», значит, спал он не так уж и долго, считаные минуты. И в эти минуты удивительным образом уложилось то, что он пересказывал полчаса, — а сколько времени это придется обдумывать, и вовсе неизвестно…

Мрак за окном казался непроглядным, но это было лишь первое впечатление. Отсветы скупых московских звезд красили дома в темно-серый, кое-где на стенах гуляли блики маленьких костров. Город все еще жил — странной, больной жизнью Зоны. Город продолжал дышать, пока в нем оставался хоть один человек. С этой истиной Олег столкнулся еще в Припяти, и здесь она лишь подтверждалась.

— Какие у нас перспективы? — нарушил молчание Столяров. — Либо обыскать все одноподъездные высотки, а также все магазины, клубы и рестораны, в названиях которых есть слово «башня»…

— Либо? — поторопил его Олег.

— Либо найти в большом городе одного маленького подполковника запаса.

— Я бы начал с Кенса, — кивнул Гарин. — Он по крайней мере конкретный.

— Ну тогда начинай! — Михаил привычным уже движением постучал себя по лбу.

— Так не получится. Твоего Кенса я никогда не видел. Я могу пройти в метре от него и не понять, что это он.

— А если я добуду его фотографию? — оживился Столяров. — Хотя… это не просто и уж тем более не быстро.

— Я тебе не гадалка, — сморщился Гарин. — Фотографии, волосы, грязные носки — все это не канает.

— Хорошо, мы пойдем другим путем, — ответил Михаил, включая фары и сворачивая с Профсоюзной на улицу Бутлерова.

В здание института бандиты их впустили без пререканий, лишь отобрали на входе оружие, но — как у своих, а не как у противника. «Колокольчик», который Столяров нес небрежно, словно шутовской колпак, поднимал его авторитет до небес.

Возле лифтов никто уже не висел, экзекуция была окончена. Гарин поводил фонариком — свежие следы крови отсутствовали. Лентяй с пулеметом переместился из кабинета секретаря на лестничную площадку — то ли по ночному расписанию караула, то ли просто от нечего делать.

Скутер был на месте.

— Ты знал, что там территория Кенса? — с порога выпалил Столяров и бросил «колокольчик» на стол, раструбом к главарю.

— Кенса?.. — переспросил Скутер, хотя ни капли при этом не удивился.