Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Благодаря этим сэкономленным, без ущерба отрасли, деньгам, удалось ускорить разработку «Мира-3», а также построить «Шквал-2» и «Шквал-3» — оба буксира стоят в своих ангарах и ждут завершения строительства «Шквала-4».
На новых орбитальных буксирах уже установлены более совершенные манипуляторы, что позволяет сократить экипаж до двух человек, поэтому сочтено возможным постоянное содержание на станции команды из шести человек, которые будут заниматься исключительно работой на орбите.
Эксплуатация четырёх «Шквалов», по подсчётам ГКО, будет экономить до 45 миллиардов рублей ежегодно, за счёт сверхэксплуатации космонавтов.
Бюджет NASA на 2001-й год, по данным нелегальной разведки, равен 87 миллиардам долларов США — это значит, что Советский Союз будет экономить чуть больше половины бюджета NASA только на сокращении запусков спутников.
Но бюджет NASA останется таковым лишь до конца года, потому что Буш и Чейни собираются влить в космическое агентство не менее 150 миллиардов, в рамках новой федеральной программы по освоению космоса. Они назвали эту программу «Restitution», то есть, «Реституция» — возвращение незаконно присвоенного имущества его исконному владельцу. Под этим названием подразумевается возвращение незаконно присвоенного Советским Союзом космоса Соединённым Штатам.
«Желаю удачи», — мысленно пожелал Владимир, вспомнив бюджет отечественной космической программы.
Как и прежде, на космос тратятся 3,9% ВВП, а сейчас это 483 миллиарда рублей. Если учесть, что курс рубля к доллару 1:1, это на 193 миллиарда долларов больше, чем военный бюджет США.
И в этом вся трагедия США, как государства: управляя одной из богатейших стран мира, федеральное правительство не может направить всё это богатство в нужное русло — частники не желают делиться деньгами, а управлять ими нельзя, потому что это противоречит принципам экономического устройства США.
Дошло даже до того, что Буш и Чейни вынуждены вводить «временный патриотический налог», очень сильно похожий на очень продуманный и справедливый прогрессивный налог, чтобы содрать с частников деньги на программы, которые дают Соединённым Штатам шанс сохраниться, как государству.
«Возможно, что не при моей жизни, но они станут Коммунистическими Штатами Америки…» — подумал Жириновский.
Но Запад не может сдаться просто так, поэтому Буш и Чейни раскручивают маховик борьбы — ими начаты пропагандистские кампании «Space bonds» и «Defence bonds», то есть, «Космические облигации» и «Оборонительные облигации».
Это заём у населения, который будет поступать непосредственно в федеральную казну, чтобы финансировать отечественные космос и оборону.
С законом о налоге ещё ничего не понятно, но эти двое не сидят без дела и активно привлекают деньги из всех доступных источников: союзников по блоку они трясут на предмет выплат на оборону, население агитируют дать в долг, а ФРС уговаривают купить гособлигации и напечатать хоть немного денег.
В странах НАТО все тоже понимают, что происходит что-то нехорошее и нужно мобилизовывать свои экономики, чтобы не впасть в экономическую и политическую зависимость от СССР.
А КНР, тем временем, уже который год интенсивно индустриализируется и модернизирует армию…
Жириновский давно уже изучил все имеющиеся материалы и убеждён, что Запад готовил из КНР таран, своеобразный анти-СССР, предназначенный для его уничтожения — Мао всё это прекрасно понимал, но, на старости лет, начал сотрудничество с США, а его преемники углубили и расширили.
В прошлой жизни Директора план утратил всяческую актуальность, так как СССР развалили в 91-м году, но сейчас актуальность сохраняется — все эти деньги вливаются в КНР не за просто так и не ради каких-то там сверхприбылей. Ради сверхприбылей тоже, но главное — наращивание экономического потенциала страны для экономического соперничества с СССР.
«А в будущем, думали они — кто знает?» — подумал Владимир. — «Могло бы и до войны дойти — будущее покрыто мраком и почти непредсказуемо. А китайцев не жалко — их много».
Но даже в самом худшем, для США, случае, если план потерпит провал — бизнес заработает огромные деньги на КНР, что тоже будет способствовать усилению позиций США на мировой арене.
— Жена и дети уже приходили? — спросил Жириновский.
— Да, уже дважды посещали, — ответил Орлов. — Сегодня, где-то через пару часов, снова придут. Димка уже пообещал мне, что тоже станет космонавтом.
Дмитрий — это сын Геннадия, средний в семье. Ему 14 лет и он учится в Суворовском военном училище. Есть ещё Нина, которой 16 лет и она готовится поступать в медицинский институт, а также Андрей, которому 10 лет и он ещё школьник.
— Он у тебя молодец, — улыбнувшись, сказал Владимир.
У Жириновского на подходе внук — Екатерина, жена Игоря, уже в положении и должна родить примерно через два месяца.
— Да… — произнёс Орлов. — Собирается поступать в Барнаульское высшее военное авиаучилище.
— Думаешь, в нынешних реалиях, это хорошая идея? — спросил Жириновский. — Если Буш и Чейни полезут в бутылку…
Аналитики считают, что в случае принятия закона о введении «временного патриотического налога» в США, риск полномасштабной войны против НАТО, в течение следующих пяти лет, возрастёт на 15–17%, а он и без того был далеко не нулевым.
— Это его мечта с детства — стать военным лётчиком, — ответил Геннадий. — Я тоже с детства мечтал, но стал чекистом — пусть хоть он воплотит мою мечту.
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 июня 2001 года*
— Нет, так дела не делаются, Джоан Петровна, — покачав головой, произнёс Жириновский. — У нас заключён договор — вы продали нам права и мы пользуемся ими.
— Но я не давала согласие на открытие развлекательного центра! — воскликнула Джоан Роулинг.
— Подождите-ка… — остановил её Жириновский. — Нет никакого развлекательного центра — пионеров всего лишь сводили посмотреть на съёмочные декорации, пару… десятков раз. Ладно, их водят систематически, но никто за это не платит.
— Это бесплатно? — удивлённо спросила Роулинг.
— Конечно! — заверил её Владимир. — Вы знаете нашу репутацию — мы всегда придерживаемся буквы заключённого договора.
— Значит, меня неверно проинформировали, — сказала писательница.
— И ради этого вы запрыгнули в самолёт и прилетели в Москву? — недоуменно поинтересовался Жириновский.
— Нет, у меня назначена автограф-сессия в «Артеке», — ответила Роулинг. — И ещё я хотела посмотреть на то, как проходит адаптация сценария «Жоселин и космос».
Полёт в космос и посещение станции «Мир» не могли не оставить свой отпечаток, поэтому