Андрей Колганов - После потопа

   Такое развитие событий имело простое основание. После разгрома под Рыбаково авторитет "Коменданта", едва унесшего оттуда ноги, сильно пошатнулся. Многие местные шайки перестали признавать его главенство, платить дань, а несколько из них, объединившись, стали предпринимать налеты на Город с целью грабежа еще не до конца вычищенных людьми "Коменданта" складов и магазинов, а также и брошенных жилых домов. Несколько месяцев ушло на то, чтобы приструнить зарвавшихся шестерок, разыскать бронетехнику взамен потерянной в боях, и разобраться с чересчур много возомнившими о себе мелкими шайками.

   Теперь, в мае, "Комендант" почувствовал себя в силах ответить на постоянную угрозу с севера. Наученный горьким опытом, он не собирался больше идти на штурм поселений, где базировались его главные противники. Он решил использовать только тактику засад, внезапных налетов, диверсий, выстрелов из-за угла.

   В отношении крестьян эта тактика иногда приносила плоды, да и то не всегда - прижимистые селяне научились глубоко запрятывать свое добро, да нередко отвечали выстрелами. Так что бывало, приходилось сматываться, так и не получив желаемого. Что же касается организованной военной силы, называющей себя "ополченцами", то она почти не понесла урона. И "Комендант" решил устроить несколько засад под Зеленодольском, чтобы перехватить тревожные группы, выезжающие по сигналам о нападении бандитов...

   Сухоцкий был крайне встревожен. Он был обеспокоен уже тогда, когда почти одновременно поступило сразу три сигнала о бандитских налетах. И эта тревога многократно усугубилась, когда две из трех тревожных групп были обстреляны из засад в нескольких километрах от Зеленодольска и понесли потери, а третья группа была практически разгромлена внезапным нападением. Семь человек было убито и две бронемашины потеряно за один день!

   Поисковая группа Калашникова также наскочила на засаду, но упредила бандитов в открытии огня. Его ребята имели только двоих раненых.

   Тревожило то, что новая тактика бандитов - перехватывать тревожные группы, нападая из засад, - оказалось успешной. Сухоцкий не знал, что можно противопоставить этому приему. Посылать впереди дозор и боевое охранение, как положено по уставу? Но где взять столько людей?

   Помог другу Витька Калашников:

   "Бандиты имеют то преимущество, что точно знают, откуда поедут тревожные группы и куда. Значит, они могут разместить засаду на пути их движения. Куда поедут тревожные группы, решают сами бандиты - ведь они же и совершают налеты. А вот откуда мы поедем... Исходный пункт мы можем изменить".

   "Перебазироваться в другой город?" - не совсем понимая мысль друга, спросил Юрий.

   "Нет, зачем? Нужно заранее, ночью, или даже накануне с вечера, выводить все тревожные группы из Зеленодольска и размещать их где бог на душу положит командиру. А связь они должны держать только на прием. Тебе они будут сообщать приблизительный район ожидания, чтобы ты знал, какую группу куда ближе адресовать. Вот и все" - заключил Виктор.

   "Здорово! Так мы их и вправду оставим с носом!" - обрадовался Сухоцкий.

   "Погоди-ка!" - прервал его Виктор. - "У меня еще одна мысль появилась. В ответ на эту тактику бандиты могут начать размещать засады на самых подступах к тому месту, где они устраивают налет. Поэтому дозор впереди группы высылать все же придется - но только для обследования мест, пригодных для засады в непосредственной близости от того пункта, где хозяйничают бандиты. Да, и еще одно. Надо собрать группу ребят из самых ловких и отчаянных и поставить им задачу свободного поиска - искать и уничтожать бандитские засады вокруг Зеленодольска".

   "Это дело" - согласился Юра. - "Но опять придется брать дополнительных ополченцев из Рыбаково".

   "Придется. Но немного - человек десять, самое большее - пятнадцать". Однако взять пришлось гораздо больше.

   В один из майских дней рация опять принесла сразу три сигнала тревоги из разных мест. Тревожные группы ушли на задания из разных разных районов ожидания, благополучно избежав возможных засад под Зеленодольском. И в этот момент рация снова запищала:

   "Здесь Мильченко. Мое место - Колосовец. Только что на Зеленодольск прошла колонна из пяти БТР, трех БМП-2 и двух грузовиков с бандитами. Связь кончаю".

   Сухоцкому сразу стало ясно - пользуясь отсутствием большей части сил, вызванных на отражение бандитских вылазок, "Комендант" хочет устроить погром в Зеленодольске, а потом, возможно, и встретить возвращающиеся тревожные группы.

   Сухоцкий немедленно запросил срочную помощь из Рыбаково, а затем вышел на связь со всеми тремя тревожными группами и с постами в окрестностях Зеленодольска. Потом он вывел из казарм остававшиеся в его распоряжении одиннадцать человек, разбил их на три группы и поставил задание:

   "Ваша задача та же, что я только что дал патрулям - себя не обнаруживать до последнего, а при обнаружении бандитов предпринимать короткий огневой контакт и сразу же отрываться. Главное - первый же выстрел из гранатомета должен идти в цель!"

   Налет на Зеленодольск не задался с самого начала. Головная БМП, въехав на узкие улицы Зеленодольска, получила противотанковую гранату под башню. То здесь, то там вспыхивали короткие перестрелки. Из любого двора, с любой крыши, из-за любого куста могла раздаться автоматная очередь или вылететь противотанковая граната. Бой приобрел хаотический характер, распавшись на множество не связанных между собой стычек. Засады, оставленные на въезде в городок, тоже подверглись нападению, обнаружили себя, и сами, в свою очередь, попали под огонь возвращавшихся с заданий групп ополченцев. Тревожные группы оседлали основные дороги, выходящие из Зеленодольска, и держали их под обстрелом.

   Видя такой оборот событий, "Комендант" решил идти на прорыв. И вовремя - со стороны Рыбаково подходили три танка и четыре боевых машины на подмогу Зеленодольскому гарнизону. Бандиты сбили заслон ополченцев на главном шоссе, потеряв при этом вторую БМП, и оторвались от преследования, оставив в Зеленодольске и на его окраинах два горящих БТР, один грузовик и девять убитых, не считая почти полностью погибших экипажей подбитых боевых машин. У ополченцев только три человека было убито, хотя они и потеряли два БТР.

   Конец мая ознаменовался еще одним успехом - был найден, наконец, запас авиационного керосина. Одна железнодорожная цистерна - правда, всего с полутора тоннами горючего - все же отыскалась в Ярославском. (Ранее ее просто сочли пустой и не потрудились проверить как следует). А вот на Водопьяновском аэродроме склад горючего выгорел дотла. Однако в гаражных боксах и рядом с ними обнаружилось шесть десятитонных наливников. В их цистернах были остатки горючего, которого в общей сложности набралось еще девять тонн.