Андрей Колганов - После потопа
Вторая группа пойдет на ремонтной мотодрезине - а на станции в Зеленодольске есть одна исправная - и проверит состояние пути от Зеленодольска до Суворовки.
Отремонтировав путь и введя в строй тепловозы, мы сможем вывезти сотни тонн угля за один раз!"
Такая авантюра увлекла многих, но вызвала и осторожный скепсис.
В ответ на все возражения Калашников отвечал:
"Неужели такое количество угля вы оставите бандитам? Или вы предпочитаете валить здоровый лес на полуострове? Тогда через пару лет здесь придут в движение пески!"
Виктор сам пошел с первой разведгруппой. Бронемашина и небольшой автобус отправились в обход обычных дорог на Город, забирая далеко на восток. Вторая группа - всего три человека - пошла на ремонтной дрезине. Параллельно с ней по шоссе к Городу пошел БТР, чтобы по первому сигналу броситься на выручку.
БТР и автобус заехали в лесок на восточной окраине Города. Дальше группа Калашникова двинулась пешком. Снежный покров снижал риск контакта с зараженной радиацией почвой. Шли по занесенным снегом железнодорожным путям. Вопреки тому, что видел здесь Виктор год назад, запасные пути были пусты. Все пассажирские вагоны ушли на восток во время массовой эвакуации жителей. Ушла и значительная часть товарняка. Попадались вагоны для перевозки сыпучих грузов, открытые платформы и даже одна секция вагонов-холодильников. Чем ближе к вокзалу, тем больше было следов разрушений, особенно к югу от железной дороги.
Сам вокзал почти не был разрушен, если не считать разломанной крыши, выбитых стекол и деформированных перекрытий над путями.
"Холодно" - пожаловалась одна из девушек, подтягивая на полушубке ремень с подсумком. - "Может, остановимся, зайдем в вокзал, погреемся немного?"
"Ага", - бросил Виктор, не останавливаясь, - "костерок разведем, шашлычок пожарим... Вам что, пострелять не терпится? Ведь тут же бандиты сбегутся!"
Вечерние сумерки уже сильно сгустились, когда с высокой насыпи за решетчатыми фермами путепроводов показались силуэты портовых кранов, черные на темно-синем небе. В порту не было ни единого огонька и от этого картина казалось жуткой, неправдоподобной.
Вошли на территорию порта около восьми вечера, уже в полной темноте. Первым делом отыскали какое-то строение с полуподвальными помещениями, взломали дверь и залезли внутрь. Калашников придирчиво проверил, не будет ли виден огонек костра снаружи. В качестве топлива использовали мебель.
"Костер поддерживает дежурный. Меняемся каждый час. Спим до трех часов, затем выходим на разведку" - распорядился Виктор.
Хотя темнота стояла изрядная, а все были сонные и злые от недосыпания, угольный причал отыскали быстро. Там же нашлось и восемь угольных вагонов. Стоял и маневровый тепловоз. Рядом на путях стоял еще один.
Пожилой железнодорожник, пришедший вместе с разведгруппой, обследовал оба.
"Как ни странно, но запустить их, наверное, удастся" - заключил он. Но никаких погрузочных средств, кроме огромного грейферного крана, с которым никто не умел управляться, поблизости не отыскалось.
Несколько человек во главе с Виктором отделились от остальной разведгруппы и еще в половине четвертого отправились по железнодорожной насыпи к мосту и дальше на Суворовку. Шли молча, озираясь по сторонам. На подходе к мосту через замерзшую реку их встретил хвост большого состава из почерневших, с рыжими пятнами ржавчины, деформированных от жаркого пламени цистерн. Такие же цистерны загромождали пути на мосту. Но беглый осмотр показал, что, несмотря на многочисленные следы осколков, конструкции моста и само железнодорожное полотно уцелели.
"Здесь будет много работы" - тихо, почти шепотом произнес Виктор. - "Придется как-то тащить сюда наш подъемный кран".
Разведчики прошли по короткому закопченому (еще с тех времен, когда здесь ходили паровозы) туннелю под площадью Трех маршалов, и вышли к Пригородному вокзалу. Здесь рельсовый путь также не был поврежден, и лишь рядом с насыпью виднелись присыпанные снегом воронки, но три опоры контактной сети, рухнувшие во время бомбежки, лежали поперек рельсов. Дальше, до самой Суворовки, путь был свободен и не разрушен. Но на станции Суворовка на путях валялись конструкции развалившегося пешеходного моста, часть путей была засыпана обломками разрушенного цеха строительного оборудования, стоявшего у самой станции. На двух ветках из трех, проходивших через станцию, путь был изъеден оспинами воронок, в которых из-под снега виднелись искривленные концы рельс и расщепленные взрывами шпалы.
Несмотря на то, что ополченцы, ходившие к Суворовке, вернулись в порт только около восьми утра, их обратный путь прошел без приключений.
Группа, вышедшая в разведку на мотодрезине, также нашла большую часть пути вполне исправной. Только около Ольховки на путях валялись обломки вертолета и стояла сгоревшая самоходка, а на самой станции мощными взрывами были разбиты платформа и станционное здание, да так, что обломки кирпича, груды земли и стволы рухнувших деревьев частично засыпали пути.
Сухоцкий не очень-то полагался на результаты этой разведки - во всяком случае, на скорые результаты. Поддерживать тепло в домах нужно было сейчас, а остатки санитарных вырубок уже были ими основательно подчищены едва ли не по всему полуострову. Поэтому несколько грузовиков с ополченцами пошли в Зеленодольск и под охраной двух БТР проследовали к большому лесу, примыкавшему с запада к Ольховке. Дрова было решено взять там.
Вылазка оказалось довольно удачной. Когда вернувшиеся разведгруппы доложили об объеме работ, необходимых для проводки состава с углем, Сухоцкий несколько воспрянул духом, но и на следующий день отправился заготавливать дрова к Ольховке. Разведчики между тем рыскали вокруг Зеленодольска в поисках погрузочных средств: экскаватора, автогрейфера или чего-либо подобного.
В лесу лежал толстый слой рыхлого мартовского снега. Солнце светило ярко, и хотя стоял морозец около пяти градусов, работа и солнышко весьма сильно разогревали дровосеков. Около полудня в отдалении послышался стук автоматных очередей.
"Неужели опять банда?" - тревожно подумал Юрий. От дежурного БТР бежал паренек:
"Бандиты в Карачаровском! Снова крестьян потрошат!"
Сухоцкий отрывисто подал команду:
"Дежурная группа! По местам! Оба БТР направить в Карачаровское! Работы прекратить, выставить шесть постов по два человека на расстоянии ста метров от места работ!" - и сам вскочил в ближайший БТР.
Через несколько минут бронемашины ушли. Четверть часа прошло в тревожном ожидании. Затем вдали послышался рокочущий звук крупнокалиберных пулеметов, часто застучали автоматные очереди. После нескольких минут перестрелки все стихло, потом раздалось несколько одиночных очередей. И снова стало тихо.