Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Этот отметился там же — со своим отделением вступил в боестолкновение с ротой югославов, чем воспрепятствовал её продвижению вглубь советской зоны контроля.
В ходатайстве написано, что он принял на грудь два попадания из автомата Застава М70 — пули прошли через деревянный бруствер и застряли в бронежилете. А Варенцов, стойко перенеся боль, продолжил командовать отделением и отразил две атаки, прежде чем югославов накрыли «Градом».
Жириновский продолжил награждение офицеров, сержантов и рядовых, отличившихся в ходе этого боестолкновения — есть тут и экипажи бронетехники, задействованной в контрударе.
Владимиру очень понравилось то, что Рохлин не стал ждать инструкций из генштаба и оперативно ударил в ответ, по старинной красноармейской традиции, которая неоднократно застигала врасплох фашистов.
Обычно не ждёшь, что после того, как твоё наступление захлебнулось, противник введёт резервы и начнёт контратаку, когда у тебя ничего ещё не готово.
Немцы, конечно, приспособились к этой стратегии, поэтому её эффективность постепенно сошла на нет, но югославы — это не немцы, поэтому не ожидали ничего подобного.
Правда, после этого генералу Рохлину пришлось отдавать захваченных пленных обратно, но все цели контратаки были достигнуты: противник потерял организованность и не смог полноценно ввести в бой подразделения, готовившиеся ко второму этапу наступления.
Чего именно хотел добиться Милошевич до сих пор не очень понятно — исходя из направлений ударов, он хотел взять миротворческий контингент на сербско-хорватской границе в окружение, а потом прорваться в Хорватию.
А может, он просто щупал границы дозволенного — сейчас он ссылается на то, что это было какое-то глупое недоразумение и инициатива командования на местах.
Бронетехника применялась ограниченно, ведь были применены всего четыре танка и девять броневиков, авиация не задействовалась вовсе, как и артиллерия — остаётся пространство для случайности.
Но американцы и британцы настаивают на том, чтобы Милошевича и Сербию наказали, поэтому в Совбезе ООН идут дебаты о том, что нужно делать, чтобы такое больше не повторялось.
А Жириновский очень доволен тем, что такое произошло — да, погибли люди, но позиции Милошевича это событие, определённо, пошатнёт, поэтому Югославская война приблизилась к своему завершению.
К тому же, активность на границах сократилась до исторического минимума, ведь, наконец-то, налажены частые кордоны, миротворцы тщательно патрулируют границу и теперь в зоны контроля идут только смертники.
«И в Боснии и Герцеговине есть хороший прогресс…» — подумал Владимир, крепя орден «Красной Звезды» на грудь рядового Петра Головкина.
С Боснийской войной, которая считалась самой тяжёлой для миротворцев, дела идут на удивление хорошо — удалось наладить устойчивый контакт между властями Боснии и Герцеговины и властями Республики Сербской.
В настоящий момент идут напряжённые переговоры по формированию конфедеративного государства с автономией Республики Сербской и автономным округом Брчко, который соединяет две части Республики Сербской.
Очевидно, что стороны не навоевались, ведь им в этом сильно мешают миротворцы, но война зашла в тупик — пока стоят миротворцы, ни о каких наступательных действиях речи даже не идёт.
Получается ровно так, как и хотел Жириновский, ведь у них нет другого выхода, кроме как договариваться — военным путём противоречия уже не решить.
«Но на Западе уже болтают, будто наибольший ущерб в этой гражданской войне нанёс советский миротворческий контингент…» — подумал Жириновский с недовольством. — «Но это просто наши миротворцы самые эффективные».
Если другие контингенты, по тем или иным причинам, допускали прохождения боевиков через свои зоны контроля, то советскую зону контроля, во всяком случае, одним куском, не проходил никто.
Безжалостное уничтожение любых нарушителей, готовившихся совершить военные преступления — это прямой приказ Жириновского.
Местные жители отнеслись к этому с пониманием, ведь были зафиксированы множественные случаи, когда селяне из окрестностей приносили на блокпосты продукты питания. Принимать их миротворцам было запрещено, но важен сам факт — миротворцев не боятся и даже испытывают к ним какую-то приязнь.
Награждение закончилось, и Жириновский дал генерал-полковнику Варенникову прочитать речь, после чего сам встал за кафедру.
— Дорогие товарищи… — заговорил он. — На вас легло тяжкое бремя поддержания порядка в страдающей от гражданской войны стране! Советский народ видит это и ценит, ведь Советская армия, достойная наследница героической и легендарной Рабоче-Крестьянской Красной Армии, сломившей хребет фашистскому режиму, создана для сохранения мира! Не для агрессии, но для защиты! И вы, доблестные продолжатели дела дедов, сражаетесь ради сохранения мира! Вы уменьшаете страдания мирных жителей, способствуете восстановлению порядка и создаёте предпосылки для уже идущих и только грядущих мирных переговоров!
Он сделал короткую паузу.
— И я выражаю вам свою благодарность за то, что вы делаете! — закончил Жириновский. — Слава Советской армии!
— Служим Советскому Союзу! — слитно ответили награждённые.
После награждения, как полагается, начался фуршет, на котором Жириновский решил побеседовать с бойцами.
Для этого он пригласил за свой стол генерала Рохлина и начальника его штаба, полковника Есимова.
— Я хочу узнать, какова реальная обстановка на границах, — произнёс Владимир, ковыряясь вилкой в курином рулете с изюмом и курагой.
— С момента последней атаки никаких существенных изменений, товарищ президент, — ответил генерал Рохлин. — Объединённое командование рассчитывает, что в течение полугода война окончательно потеряет смысл, и стороны сядут за стол переговоров.
— Хотелось бы, чтобы побыстрее… — сказал Жириновский.
Миротворцы — это, в настоящий момент, самые дорогие подразделения Советской армии, потому что их оснащают по последнему слову техники и щедро снабжают боеприпасами.
Остальные не морочат себе голову подобным — у них в Югославии и ЮАР далеко не элитные подразделения, экипированные не по самому последнему слову техники.
Поэтому у них чуть больше потерь, а боевые задачи они выполняют чуть хуже.
И благодаря этому, миротворческая операция в Югославии — это триумф Советской армии, положительно сказывающийся на престиже Советского Союза.
А ещё Советская армия заберёт с собой из Югославии бесценный боевой опыт: опыт применения передовых образцов вооружения, опыт противодействия более организованным боевикам, чем душманы, а также небольшой опыт противодействия полноценной армии.
— Понимаю, что это не моё дело, но каково наше положение в ЮАР? — спросил генерал Рохлин.
— А в ЮАР наше положение, Лев Яковлевич, стабильное, — ответил ему Жириновский. — Там тоже прекратились попытки прорыва установленных ООН границ, но потерь больше — из-за санитарии. Малярия поганая…
Она распространена, в основном, в северных регионах страны, особенно в акватории реки Лимпопо. А там, на севере, пришлось разместить четыре батальона, чтобы помочь армии ЮАР защищать границу.
Предпринятые профилактические меры показывают приемлемую эффективность, но малярия систематически выводит из строя отдельных членов личного состава, которых приходится эвакуировать в Союз.
В настоящий момент, малярия вывела из строя больше советских миротворцев, чем боевики всех сторон.
— Не ходите, дети,