Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
— Да, Владимир Вольфович, — ответил майор Язов. — Нужно готовиться заранее. Если вы считаете, что такое вооружение возникнет неизбежно, то…
— Полностью поддерживаю вашу инициативу, товарищ президент, — сказал генерал-полковник Диков. — Также поддерживаю концепцию мини-БПЛА и считаю, что нам нужно двигаться в этом направлении.
— Не имею возражений против инициативы, — произнёс генерал-полковник Пуго.
Крючков до сих пор в отпуске, но он передал своё право голоса Жириновскому.
— Тогда я подготовлю подробную аналитическую записку, — сказал удовлетворённый услышанным Владимир.
*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Сенатский дворец, 3 июля 1993 года*
— И почему вы пришли с этим ко мне? — спросил Жириновский, сложив руки на столе.
— Это именно вы сподвигли меня на съёмки «Удивительного волшебника», — ответил Георгий Николаевич Данелия. — И я хочу поинтересоваться у вас: нет ли каких-нибудь особых условий?
— Помимо того, что уже вам передано? — уточнил Владимир.
— Да, помимо этого, — кивнув, ответил Данелия.
— Ну… — протянул задумавшийся Жириновский.
Политическое задание на «Удивительную страну Оз», продолжение крайне успешной экранизации «Удивительного волшебника из страны Оз», довольно-таки простое: изобразить генерал-капитаншу Аугусту Джинджер максимально похожей на Пиночета, отразить, что она завела в стране амазонок драконовские порядки и ранее пользовалась поддержкой Злой Ведьмы Запада, с которой дружила.
— Нет, ничего нового, — покачав головой, ответил Владимир. — Будем придерживаться уже заведённого порядка — не более одной персоналии за раз. А то обесценим посыл.
— Что ж, это хорошая новость, — сказал Данелия и улыбнулся. — Тогда у меня ещё один вопрос, Владимир Вольфович. А не могли бы вы повлиять на МВО, чтобы оно купило права на некоторые произведения Джона Рональда Руэла Толкина…
Жириновский уставился на него непроницаемым взглядом.
— Вы это всерьёз? — спросил он.
— Да! — горячо воскликнул Георгий Николаевич. — У меня есть видение экранизации повести «Хоббит или Туда и обратно», но потребуется серьёзное финансирование…
— Эх… — тяжело вздохнул Жириновский. — Что ж, я побеседую с Александром Александровичем.
В начале года он сдуру принял у себя Сергея Бондарчука, который пришёл просить повлиять на Бессмертных, который не пожелал тратить валюту на приобретение прав на экранизацию книги «Мир на Земле».
Только вот Станислав Лем, автор книги, не пожелал, чтобы её экранизировали в СССР, поэтому установил «ценовой барьер» — 950 000 долларов США.
Бессмертных на такое пойти не мог, из-за чего Бондарчук пошёл к Жириновскому.
Но и Владимир не был готов тратить такие деньги на средненькое, по его личному мнению, произведение, поэтому предложил альтернативу — купить у на всё согласного Анджея Сапковского, пребывающего сейчас в нужде, права на экранизацию сборника рассказов «Последнее желание».
Бондарчук сильно сомневался, что ему интересно экранизировать такое, но Жириновский пообещал полное материально-техническое содействие, а также привёл аргументацию о необходимости искать что-то новое и пробовать себя в новом.
В итоге, права на экранизацию «Последнего желания» были куплены за 95 000 фунтов стерлингов, чему Сапковский был очень рад — он разом существенно поправил своё материальное положение и теперь может делать, что захочет.
А о Сапковском Владимир вспомнил только потому, что Станислав Лем — это польский писатель. Воспоминания Директора сработали замысловатым образом и подкинули, почему-то, Анджея Сапковского и его Ведьмака.
Дальше Жириновский покрутил эти воспоминания в голове и вспомнил смутно, что в будущем всё это будет крайне популярно, а молодёжь будет писаться кипятком от некой игры — тогда у него появилось убеждение, что дело стоящее.
После этого он внимательно прочитал сборник «Последнее желание» и понял, что это может стать хитом.
Бондарчук провёл тщательный отбор и выбрал на роль Геральта из Ривии — Олега Янковского, на роль Йеннифер из Венгерберга — Анну Самохину, на роль Лютика — Михаила Боярского, на роль Трисс Меригольд — Елену Яковлеву, на роль Ренфри-Сорокопутки — Анну Тихонову, на роль Стрегобора — Валентина Гафта, на роль Нивеллена — Богдана Ступку, а на роль королевы Калантэ — Ларису Удовиченко.
И главным требованием Жириновского было отражение всей средневековой жестокости, которой наполнено «Последнее желание» — чтобы зритель понял, почему Геральта назвали Мясником из Блавикена, что за мир, в котором живут все эти персонажи, без прикрас, но без неуместного преуменьшения и самоцензуры.
Владимир ожидает, что должно получиться что-то прекрасное и ужасающее — ждать осталось меньше полугода, ведь съёмки близки к завершению.
Бондарчук писал ему, что надо обязательно купить права на «Меч предназначения», потому что тематика благодатная и нужно немедленно снимать продолжение, пока горячо.
— Это крайне амбициозная задача… — произнёс Жириновский, но затем нахмурился. — А то, что вы собрались экранизировать «Хоббита» как-то связано с тем, что сейчас снимает Бондарчук?
— Никоим образом, — заверил его Данелия. — Тематика «Удивительного волшебника» и «Хоббита» близка — во мне пробудился интерес к экранизации детских сказок. Признаюсь — в самом начале, когда мне только предложили саму идею экранизации книги Баума, я отнёсся к этому скептически, но вот эта щепотка политической сатиры — это определило всё. А уж неожиданно сильное влияние на Запад…
Советская экранизация «Удивительного волшебника из страны Оз», несомненно, вызвала очень мощный резонанс на Западе, который не утих до сих пор — Маргарэт Тэтчер, возмутившаяся низостью подобной выходки, лишь усилила своим действием этот резонанс.
Теперь в Великобритании многие открыто называют её Злой Ведьмой Запада, что ей очень не нравится — а уже это очень нравится Жириновскому.
— Не советую относиться к «Хоббиту» как к просто детской сказке, — покачав головой, произнёс он. — К экранизации нужно подходить с глубоким уважением к первоисточнику — все только выиграют от этого.
— Я готов поклясться, что отнесусь к этому с предельной серьёзностью и глубочайшим уважением, — заверил его Данелия.
— Что ж, вы меня убедили, Георгий Николаевич — я сделаю всё возможное, чтобы экранизация состоялась, — решил Владимир. — Но я ожидаю высшего качества картины. Денег будет выделено много, а времени будет достаточно — спрос будет соответствующим, Георгий Николаевич.
— Премного благодарен вам, Владимир Вольфович, — улыбнувшись, поблагодарил его Данелия. — Я не подведу вас.
Советская киноиндустрия уже отошла от перестроечного угара, потому что зрители пресытились социальным кино, обнажающим пороки общества, сложности межличностных взаимоотношений, а также общий упадок экономики и морали страны.
Тематика Афганской войны тоже себя исчерпала — с 1990 по нынешний год по госзаказу снято около 80 кинокартин, от боевиков и драм до мелодрам и детективов, на заявленную тематику, чего оказалось вполне достаточно, чтобы спрос начал падать.
А Жириновский серьёзно вкладывается в