Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Для защиты от культурной экспансии требуется своя киноиндустрия, достаточно мощная, чтобы снимать сотни фильмов в год, на все допустимые тематики, на какие только имеется спрос у зрителей.
Когда дома есть своё, качеством не сильно хуже, чем у западных соседей, спрос на иностранное будет чуть меньше. Полностью перекрыть его не удастся, но доминировать на внутреннем рынке — вполне.
В настоящий момент, из-за «оттепели» Жириновского, советские кинотеатры почти непрерывно крутят массы западных фильмов, которые покупаются МВО тысячами — фильмы предыдущих десятилетий и актуальные. Всё, что раньше было запрещено, теперь стало можно — Владимир решил, что люди всё равно посмотрят, так что пусть лучше в официальном, а не в подпольном кинотеатре…
Его цель — вызвать пресыщение зрителей западной кинопродукцией, чтобы перебить пиетет и превратить их во что-то обыденное. Он ведь прекрасно знает, что чем выше средняя «насмотренность» зрителей, тем критичнее они будут относиться к западным фильмам в будущем.
Это палка о двух концах — к отечественному кино подход тоже станет более критичным, но это, в то же время, стимул для отечественной киноиндустрии становиться лучше.
— К сожалению, у меня заканчивается время, — посмотрев на часы, произнёс Владимир. — Был рад побеседовать с вами, Георгий Николаевич.
— Взаимно, Владимир Вольфович, — улыбнувшись, ответил Данелия, встав из кресла. — До свидания.
— До свидания, — попрощался с ним Жириновский.
Ему не нравится этот подход мэтров — чуть что-то не получается, сразу к президенту, чтобы посодействовал, но он вынужден мириться с этим, потому что очень хочет добиться культурной обороноспособности.
Сейчас в мировой киноиндустрии начались «тяжёлые времена»: Голливуд достиг кульминации своего развития, поэтому на Западе в прокат выходит блокбастер за блокбастером. Возможно, это второй золотой век Голливуда и дальше будет только хуже, но он выпал на 90-е годы, а тут Жириновский пытается не дать советской киноиндустрии рухнуть в бездну…
Массой Голливуд не взять, поэтому надежда только на качество. Советская школа кино всегда считалась сильной, не хуже остальных, поэтому «в наследство» Жириновскому осталась очень сильная основа, из которой может вырасти нечто крайне масштабное и очень прибыльное.
Никто не ставит перед Владимиром невыполнимых задач, вроде «догнать и перегнать Голливуд», но он поставил перед собой задачу сохранить и развить советскую киноиндустрию, чтобы 00-е годы не стали десятилетием абсолютного кинотеатрального доминирования Запада на территории Советского Союза.
«Повезло, что Сапковского удалось перехватить до того, как он стал знаменитым — его сейчас хвалят, но не более», — с удовлетворением подумал Жириновский. — «В фэнтези что-то есть — что-то успокаивающее и эскапистское, (1) как и в кино, в целом».
Неожиданно успешный в Союзе «Удивительный волшебник из страны Оз», который, изначально, позиционировался как кино для детей, но засмотренный до дыр в плёнке ещё и взрослыми, обнажил потребность советского общества в эскапизме — люди чувствуют, что их будто бы обманули.
Жириновский выполнил всё, что обещал, но Перестройка обещала шикарную жизнь, как на Западе из кино, абсолютно бесплатно и для всех, но потом Перестройка свернула куда-то не туда, превратившись во всё ту же набившую оскомину советскую стабильность, пусть и с существенными поблажками.
Тихая стабильность — это ведь тоже один из генераторов стресса…
Поделать с этим ничего нельзя, но можно смягчить — для этого Владимир и собирается использовать эскапизм.
Для этого в Бразилии, Мексике и Индии закупаются бесконечные сериалы, которые спешно локализуют, дублируют и крутят по ЦТ с утра до ночи, поэтому советские граждане начали проводить за телевизорами гораздо больше времени, чем раньше.
«Зато при длительной стабильности начинают больше рожать», — подумал Жириновский.
За 1992 год коэффициент рождаемости составил 22,6 рождений на 1000 человек, что побило рекорд 1962 года. Это напрямую связывают с его программой социально-материального поощрения материнства.
— Владимир Вольфович, к вам товарищ Штерн, — сообщила Екатерина Георгиевна через динамик селектора.
— Запускайте, — разрешил Жириновский, нажав на кнопку. — И чай с закуской, пожалуйста, принесите.
*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Большой Кремлёвский дворец, 29 июля 1993 года*
Владимир закрепил Золотую звезду на мундире и поправил его лацкан.
— Благодарю за доблестную службу, товарищ генерал, — сказал он.
— Служу Советскому Союзу! — браво гаркнул генерал Лев Рохлин.
Жириновский удовлетворённо кивнул и перешёл к следующему награждаемому.
Рохлин получил осколочное ранение при исполнении — произошла неожиданная стычка с подразделениями ЮНА, что уже вызвало дипломатический скандал.
Слободан Милошевич, конечно же, сразу заявил, что виноваты миротворцы, якобы обстрелявшие недавно поставленный блокпост Сухопутных войск СРЮ, но потом, когда поднялась волна международного негодования с призывами наказать Милошевича и Сербию, он сразу же попросил извинения и пообещал лично во всём разобраться.
Его мотивация понятна — он не хочет, чтобы произошёл «развод», то есть, распад Югославии, а международная миротворческая миссия ведёт именно к этому.
Это единственный возможный исход, по мнению Жириновского — уже поздно договариваться о мирном сосуществовании, потому что все пролили друг другу слишком много крови. Меньше, чем могли, но это себе в заслугу ставит Жириновский — если бы он позволил генсеку Бутросу-Гали колебаться и мешкать, эскалация достигла бы совсем другого уровня…
Югославские войска атаковали по широкому фронту, зацепив зоны контроля британцев и американцев, поэтому им тоже досталось.
Советские миротворцы понесли потери в размере двух человек убитыми и тридцати пяти человек ранеными — двоим сильно не повезло, что артиллерийские мины упали слишком близко.
Тяжёлых потерь удалось избежать благодаря противоосколочным костюмам, сделавшим смертельные осколки несмертельными, а несмертельные осколки безопасными.
Такие костюмы — это очень дорогое удовольствие, но Жириновский активно продвигает их, потому что они спасают жизни, а ещё с них ему полагаются патентные отчисления, ведь все последующие разработки исходят из его собственноручно изготовленного костюма…
Деньги ему не особо-то нужны, но он стремится заработать побольше сугубо из спортивного интереса — ну и чем больше он будет зарабатывать ежемесячно, тем больше сможет пиариться за счёт подарков детским домам и президентского фонда.
Молва разнесла «тщательно скрываемые» сведения о том, что он тратит почти все свои деньги на помощь детям, что крайне положительно влияет на его официальный образ.
Человеку, который сотни тысяч рублей, «совершенно бескорыстно» передаёт обездоленным детям, в виде подарков, новой одежды, праздничных обедов и ужинов, а также путёвок на курорты, невольно больше доверяешь — каждый прожитый день играет на его репутацию, ведь каждый день молва распространяется всё дальше.
— Благодарю за доблестную службу, товарищ старшина, — сказал Владимир, прикрепив орден «Красного Знамени» на парадный мундир старшины Ивана Варенцова.
— Служу Советскому Союзу! — ответил тот, образцово