Окончание кровавой весны 91-го - Алексей Шумилов
— Продуманный урод, — задумчиво протянул Максимов. — Впрочем, как я и предполагал.
— Продуманный, — согласился майор. — Он недели две готовился. К тому схрону на холме, где девушку держал, дополнительный ход-нору выкопал, ещё пару ям со своим подельником выкопал, чтобы схорониться, пути отхода продумал. И тебя на подходе ещё срисовал. Поэтому и не откликался, когда ты его ждал, залез в схрон с другой стороны.
Если бы опера обложили, мог уйти по воде. Его подельник, чуть дальше на пристани у сторожа резиновую лодку с мотором оставил на хранении. Дед за лишнюю десятку даже ключ от сарая, где она лежала, дал. А на другой стороне озера был очередной схрон с деньгами и сухой одеждой. Ещё мог через лес удрать, у него там тоже ходы имелись, очень интересные кстати, с коротким путем на трассу и мотоцикл, спрятанный в укромном месте. Он всё до мельчайших деталей просчитал: у тебя никаких шансов соскочить не было. Собирался Лере горло немного порезать, потом лицо исполосовать, если бы начал медлить и не исполнять приказы. Девушке спасибо скажи, не сбила бы руку с ножом, быть вам обоим холодными трупами. А перед тем как шлепнуть, Телегин бы вас с наслаждением на куски попластал. Сперва девчонку так, чтобы ты всё видел собственными глазами, потом за тебя взялся. Он с удовольствием и такими подробностями психологам свои фантазии вываливал. Что Викторию тогда чуть не вырвало. Еле сдержалась и из кабинета вышла. Стас и Петр её потом несколько минут водой отпаивали.
— Вот тварь, — с чувством выругался Максимов.
— Тварь, — согласился начальник ОУР. — Тебе очень сильно повезло. И с девушкой, и вообще. Ладно, Петр Ефимович просил, чтобы ты, как только из милиции выйдешь, ему позвонил. Хочет тебя срочно увидеть, просил, чтобы отложил все дела.
— Узнал о вчерашнем бурном вечере? — усмехнулся Андрей.
— А ты как думал? — удивился Максим Олегович. — Он же, официально, директор нашей охранной фирмы. Я, Климович, Громов с ним на контакте постоянно.
— Хотел сначала к Лере зайти, проведать, посмотреть, как она после вчерашнего, — недовольно напомнил Максимов. — И, само собой, спасибо, сказать.
— Потом скажешь, — отмахнулся Пархомов. — Никуда Валерия от тебя не денется. Смирнов сказал, что ты ему нужен ненадолго. Переговорить, ну и сделать кое-что важное. Максимум, часик займет.
— Тогда ладно, — вздохнул Андрей.
— Всё, приехали, — объявил начальник ОУР, останавливаясь возле знакомого подъезда. — Давай, удачи. И не забудь со Смирновым связаться, он ждет звонка.
— Позвоню, как только в квартиру зайду, — пообещал Максимов…
Майор снял трубку после первых гудков, будто ждал у телефона.
— Здравствуйте, Петр Ефимович! — вежливо поздоровался Андрей. — Пархомов передал, вы хотите поговорить.
— Привет, Андрей, — усмехнулся инструктор по боевой подготовке. — Наслышан уже о твоих вечерних подвигах. Конечно, хочу, зайти ко мне можешь?
— Прямо сейчас? — удивился Максимов.
— А чего тянуть? — фыркнул Петр Ефимович. — Раньше сядем, раньше выйдем, как говорят в местах не столь отдаленных.
— Форму спортивную брать? — деловито уточнил Андрей.
— Да какая форма, — с досадой откликнулся инструктор. — Ничего не надо. Через десять минут сможешь подойти?
— Возможно, даже раньше, — оптимистично заверил Максимов. — Прямо сейчас выхожу.
Через восемь минут Андрей уже сидел в гостиной Смирнова, утонув в мягком кресле.
— Да-а, — майор, расположившийся напротив, окинул многозначительным взглядом разбитые губы Максимова, поврежденную бровь и расплывшиеся на шее сине-желтые пятна. — Ребята правду сказали, тебе хорошо досталось. В таком состоянии выходить на бой с каратэкой уровня Артура нельзя. Он из тебя бифштекс с кровью за несколько секунд сделает.
— Я слово дал, — Андрей потемнел лицом. — Поздно заднюю включать.
— Это твой окончательный ответ? — спокойно уточнил Петр Ефимович.
— Окончательный, — твердо ответил Максимов.
— Ладно, — майор пружинисто вскочил с кресла. — Тогда раздевайся.
— Это ещё зачем? — удивился Андрей.
— Лечить тебя буду, — ласково пояснил Смирнов. — Чтобы ты в первую минуту на запчасти не рассыпался. Попробуем всё-таки надрать этому Артуру задницу.
— Всю одежду снимать? — поинтересовался Максимов.
— Зачем всю? — пожал плечами Петр Ефимович. — Раздевайся до пояса, ложись животом на диван.
— Хорошо, — Андрей стащил с себя водолазку, затем майку и устроился на мягком диване.
— Теперь терпи, — сильные пальцы тренера начали разминать мышцы.
Возникло ощущение, что в спину воткнулись стальные клещи, пытающиеся выдрать куски мяса. Максимов скрипел зубами, но терпел. Затем где-то под лопатку воткнулся локоть, начавший совершать круговые движения, потом от шеи до пояса прошлись ощутимыми постукиваниями ребра ладоней, крепостью напоминавшие кирпичи.
Через пятнадцать минут, когда Петр Ефимович вдруг прекратил манипуляции, политтехнолог неожиданно почувствовал облегчение. Мышцы и повреждения уже так не болели, в теле появилась энергия.
— Мне уже вставать? — поинтересовался Андрей.
— Ни в коем случае, — раздался сзади голос Смирнова. — Я ещё не закончил.
Максимов скосил глаза на черную африканскую маску, висевшую на стене, и грустно вздохнул.
Скрипнула дверь, Смирнов удалился. Через минуту появился опять.
— Лежи, как лежишь, — скомандовал он. — Буду иглами тебя в порядок приводить.
— Какими иглами? — удивился Андрей.
— А вот какими, — Смирнов положил на журнальный столик несколько чехлов с тонкими длинными иглами, похожими на цыганские, и наборами намного поменьше.
С гордостью пояснил:
— Серебряные. Мне их лично мастер подарил, который меня обучал.
— Из «Дак Конг»? — усмехнулся Максимов.
— Да, — коротко ответил Смирнов. — А теперь лежи тихо, не дергайся, даже не шевелись, мне важно попасть в определенные точки.
— Ладно.
Первая игла воткнулась под лопатку, было неприятно, но Максимов стерпел. Вторая зашла внизу трапеции, третью воткнули ближе к поясу, недалеко от позвоночника. Через пять минут спина Максимова была утыкана иглами.
Затем Смирнов перешел на руки. Другие, маленькие иглы, расположил на кисти левой руки, возле большого, указательного и среднего