Хиллари Клинтон - Тяжелые времена
В импровизированном конференц-зале, стеклянные стены которого были закрыты занавесами, чтобы избежать любопытных взглядов, мы обнаружили сгрудившихся вокруг длинного стола премьер-министра Китая Вэнь Цзябао, премьер-министра Индии Манмохана Сингха, президента Бразилии Луиса Инасио Лулу да Силву и президента ЮАР Джейкоба Зуму. Когда они увидели нас, у них открылись рты от изумления.
— Ну что, вы готовы? — поинтересовался президент Обама, сияя широкой улыбкой. Вот теперь можно было начинать настоящие переговоры. К этому моменту мы готовились не меньше года.
* * *В своих предвыборных кампаниях в 2008 году и сенатор Обама, и я подчеркивали, что изменение климата является актуальной проблемой как в нашей стране, так и во всем мире. Мы выступали с предложениями по ограничению выбросов парниковых газов, повышению эффективности использования энергии и разработке чистых энергетических технологий. Мы пытались вести с американским народом откровенный разговор о трудном выборе, стоящем перед нами, стараясь не впадать в прежние противопоставления экономики и окружающей среды: выбирать только одно или другое из них — ложный путь.
Несмотря на заявления несогласных, проблемы, вызванные глобальным потеплением, были очевидны. Существовало множество убедительных научных данных о разрушающем воздействии углекислого газа, метана и других парниковых газов. Из четырнадцати самых теплых лет за всю историю наблюдений тринадцать были зарегистрированы после 2000 года. Заметно участились экстремальные погодные явления, в том числе пожары, периоды жары и засухи. Если так будет продолжаться и дальше, это приведет к дополнительным проблемам, миллионы людей будут вынуждены покинуть привычные места проживания, возникнет острая конкуренция за ресурсы, в которых будет ощущаться недостаток, например за пресную воду. Наиболее нестабильные государства окажутся перед лицом серьезных трудностей: им будет сложно удерживать ситуацию под контролем.
С самого начала нашего совместного управления государством мы с президентом Обамой занимали согласованную позицию в отношении проблемы изменения климата. Мы оба рассматривали ее как значительную угрозу национальной безопасности США и как серьезное испытание лидирующей позиции Америки на международной арене. Нам было известно, что к концу нашего первого года руководства страной Организация Объединенных Наций собирается проводить крупную конференцию по вопросам климатических изменений. Это предоставляло нам возможность для мобилизации широкой международной деятельности. Мы приступили к подготовке к этому событию.
Сама по себе эта проблема служила наглядным примером тому, что внешняя политика нашего государства должна подвергаться изменениям. Во времена холодной войны госсекретари могли позволить себе практически полностью сосредоточить свою дипломатическую стратегию на традиционных проблемах войны и мира, например таких, как контроль над ядерными вооружениями. Но в XXI веке возникла настоятельная необходимость также обратить свое внимание на возникающие глобальные проблемы, которые оказывают воздействие на все в нашем взаимозависимом мире: инфекционные болезни, финансовый кризис, международный терроризм, транснациональные преступные сети, торговля людьми, незаконная торговля дикими животными и растениями и, конечно же, изменение климата.
В 2009 году на внутриполитической арене начались быстрые подвижки после того, как администрация нового президента Обамы начала работать с конгрессом над амбициозным законопроектом «системы квот и торговли квотами на выбросы вредных веществ в атмосферу». Целью этого проекта было создать рынок для ценообразования, покупки и продажи квот на углеродные выбросы, а также оказывать прямое воздействие через федеральные ведомства, например Агентство по охране окружающей среды, и принимать законы, которые будут стимулировать повышение выработки солнечной и ветровой энергии. Когда в июне в палате представителей был принят этот законопроект, чему содействовали конгрессмен от штата Калифорния Генри Ваксман и конгрессмен от штата Массачусетс Эд Марки, возникло большое воодушевление по этому поводу, но продвижение законопроекта в сенате было быстро сорвано.
На международном уровне все шло с большими затруднениями. С самого начала мне было понятно, что для создания всемирной сети партнеров, готовых совместно решать проблемы изменения климата, потребуется творческий и настойчивый подход в дипломатии. Создать такую коалицию очень трудно, особенно если выбор предстоит непростой, не проще, чем чтобы и волки были сыты, и овцы целы. Первым шагом стала организация международного переговорного процесса, который получил название Рамочной конвенции ООН об изменении климата и давал всем странам-участницам возможность обсудить эту общую проблему на едином мероприятии. Целью этого мероприятия было собрать всех в Копенгагене в декабре 2009 года и попытаться заключить соглашение между развитыми и развивающимися странами.
Для руководства этой работой мне был нужен умелый переговорщик с опытом работы по вопросам климата и энергетики, поэтому я попросила Тодда Стерна стать специальным посланником по вопросам изменения климата. Я знала Тодда по его работе в 1990-х годах в качестве переговорщика по Киотскому соглашению, за принятие которого выступал вице-президент Альберт Гор. Билл подписал это соглашение, но оно так и не получило одобрения сената. При всем спокойствии и сдержанности в поведении, присущими Тодду, он — страстный и упорный дипломат. В годы работы администрации Буша он усердно трудился над решением проблем климата и энергетики в Центре американского прогресса. Теперь ему предстояло использовать все свое умение, чтобы убедить страны, которые неохотно шли навстречу по этим проблемам, сесть за стол переговоров и выработать взаимоприемлемое решение. Я хотела помочь ему как можно быстрее приступить к выполнению поставленных задач, поэтому предложила ему сопровождать меня в одной из первых моих поездок в Азию. Если нам не удастся убедить Китай, Японию, Южную Корею и Индонезию проводить более эффективную политику в отношении климатических изменений, то достичь значительного международного соглашения по этой проблеме было бы почти невозможно.
Находясь в Пекине, мы с Тоддом посетили высокотехнологичную газотурбинную электростанцию Таяангонг, которая выбрасывает в атмосферу вполовину меньше углекислого газа, чем паровые электростанции, работающие на угольном топливе, а также использует в производственном цикле на треть меньше воды. Имея представление о турбинах производства компании «Дженерал электрик», выполненных по самым передовым технологиям, я побеседовала с китайской стороной о тех экономических возможностях, которые появляются одновременно с решением проблем изменения климата. Правительство Китая уже начало вкладывать огромные инвестиции в экологически чистую энергетику, особенно в солнечную и ветряную энергию, но отказывалось связывать себя какими-либо жесткими международными соглашениями по выбросам. В ту поездку и позднее Тодд в течение многочасовых бесед пытался убедить их изменить свое мнение.