Хиллари Клинтон - Тяжелые времена

Находясь в Пекине, мы с Тоддом посетили высокотехнологичную газотурбинную электростанцию Таяангонг, которая выбрасывает в атмосферу вполовину меньше углекислого газа, чем паровые электростанции, работающие на угольном топливе, а также использует в производственном цикле на треть меньше воды. Имея представление о турбинах производства компании «Дженерал электрик», выполненных по самым передовым технологиям, я побеседовала с китайской стороной о тех экономических возможностях, которые появляются одновременно с решением проблем изменения климата. Правительство Китая уже начало вкладывать огромные инвестиции в экологически чистую энергетику, особенно в солнечную и ветряную энергию, но отказывалось связывать себя какими-либо жесткими международными соглашениями по выбросам. В ту поездку и позднее Тодд в течение многочасовых бесед пытался убедить их изменить свое мнение.

Мы не случайно еще на начальном этапе сосредоточили свои усилия на Китае. В связи с огромным экономическим ростом этого государства за последние десятилетия Китай быстро становился крупнейшей в мире страной — источником выбросов парниковых газов. (Китайские официальные представители всегда с готовностью подчеркивали, что уровень выбросов на душу населения в Китае по-прежнему значительно ниже, чем у промышленно развитых стран Запада, особенно у Соединенных Штатов. Но и в этом отношении он быстро нагонял лидеров.)

Китай, кроме того, являлся самой крупной и наиболее влиятельной страной новой группы региональных и мировых держав, в которую также входят Бразилия, Индия, Индонезия, Турция и ЮАР. Их международное значение в последнее время существенно возросло скорее благодаря темпам развития их экономики, чем в связи с увеличением их военного потенциала. Для достижения всеобъемлющего соглашения об изменении климата необходимо было наладить сотрудничество с этими странами.

Каждая из них по-своему уже столкнулась с последствиями своего возросшего влияния на международной арене. Китаю, например, удалось значительно повысить уровень жизни сотен миллионов людей после того, как в 1978 году по решению Дэн Сяопина эта страна была открыта миру. Но еще и в 2009 году 100 миллионов человек в Китае по-прежнему жили за чертой бедности, их прожиточный минимум составлял менее 1 доллара в день. В стремлении снизить уровень бедности и повысить доходы населения Коммунистическая партия Китая сделала ставку на расширение промышленного производства. Это ставит Китай перед суровым выбором: может ли страна позволить себе заниматься решением проблем изменения климата, в то время как многие миллионы ее населения еще настолько бедны? Можно ли избрать другой путь развития, с опорой на более эффективные и возобновляемые источники энергии, и при этом все-таки сократить уровень бедности в стране? Такие сложные вопросы вставали не только перед Китаем. Объяснимо, что, руководя такой страной, в которой издавна существует огромное неравенство и бедность, невозможно сдерживать экономический рост лишь только потому, что путь индустриальных держав XIX и XX веков к экономическому процветанию всегда лежал через загрязнение окружающей среды. Если у Индии появилась возможность улучшить жизнь миллионов своих граждан за счет ускорения промышленного роста, могла ли эта страна позволить себе выбрать иной путь? Успех или провал нашей дипломатии зависел от того, к какому решению придут эти страны по вопросу, принимать ли участие в борьбе с изменением климата, если не они являлись причиной этого изменения.

С этой мыслью мы с Тоддом и приехали вместе летом 2009 года в Индию. Сначала министр окружающей среды Джейрам Рамеш с гордостью провел нас по одному из самых зеленых зданий в окрестностях Дели, подарил мне гирлянду цветов, а после удивил нас во время публичных выступлений, бросив нам риторический вызов. Он заявил, что принимать меры по решению проблемы изменения климата должны развитые страны, такие как Соединенные Штаты, а не развивающиеся страны, как, например, Индия, перед которыми стоит необходимость решения множества более насущных внутренних проблем. В частной беседе Рамеш подтвердил, что выбросы парниковых газов в Индии на душу населения ниже, чем в развитых странах, и, как утверждал он, нет никаких законных оснований для международного давления на Индию в преддверии встречи в Копенгагене.

Но с фактами не поспоришь: остановить рост глобальных температур будет невозможно, если эти быстро развивающиеся страны будут настаивать на том, чтобы играть по старым правилам, и продолжат выбрасывать в атмосферу большие объемы углерода. Предположим, что США каким-то образом уже завтра удалось бы полностью прекратить выбросы парниковых газов. Это не привело бы общемировой уровень к оптимальным показателям при условии, что Китай, Индия и другие государства не сократят свои выбросы. Более того, именно те беднейшие слои населения, о которых проявлял такую заботу индийский министр, больше всех пострадают от разрушительного воздействия изменений климата. Исходя из этого, в своем ответе на его высказывания я отметила, что США сделают все возможное для разработки экологически чистых технологий, которые станут основным двигателем экономического роста и позволят бороться с бедностью, а также сократить вредные выбросы в атмосферу. Но чрезвычайно важно относиться к этой проблеме как к общей задаче и ответственности всех стран мира, подчеркнула я. Эта дискуссия, продолжавшаяся еще несколько месяцев, послужила основой для формирования позиций, которые заняли на конференции ООН по климату в Дании собравшиеся там в декабре делегации из различных стран мира, а также спровоцировала проведение тайного совещания, куда мы с президентом и явились непрошеными.

Копенгаген — живописный город, где много старинных мощеных улиц, много парков. Но когда я приехала туда в самый разгар зимы глубокой ночью (было уже больше трех часов ночи) 17 декабря 2009 года, вокруг бушевала метель, было ужасно холодно, да и переговоры зашли в глубокий тупик. До конца конференции оставалось всего два дня, и казалось, что мир теряет возможность предпринять что-либо действенное.

Одну из сторон на прениях представляли развивающиеся страны, или, как я про себя стала называть их, «новые страны — участники загрязнения атмосферы», учитывая, как быстро возрастала их доля в общем количестве двуокиси углерода в атмосфере. Большинство из них стремились избежать заключения соглашения, накладывающего на них серьезные обязательства, способные ограничить их экономический рост. На другой стороне были европейцы. Они все еще надеялись продлить действие Киотского протокола, в соответствии с которым основная нагрузка приходилась на экономику развитых стран, а крупные развивающиеся государства, такие как Китай и Индия, по сути освобождались от нее. Многие малые и бедные страны, особенно островные государства, отчаянно нуждались в заключении этого соглашения, что позволило бы им предотвратить или, по крайней мере, смягчить последствия климатических изменений, которые они уже начали на себе испытывать.