Воздушная кавалерия. Том 3 - Джек из тени
Через час тридцать человек стояли в огромном, гулком ангаре перед тремя замершими хищниками. Мои «Ястребы», выкрашенные в темные цвета, выглядели зловеще и прекрасно одновременно. Агрессивные, рубленые формы, массивные гондолы с пулеметами, толстое бронестекло кабин, все в них говорило о силе и смертоносности. Бойцы, даже мои ветераны, видевшие их только в процессе сборки, смотрели на машины с восхищением.
— Итак, господа, — начал я инструктаж, мой голос гулко разносился под сводами ангара. — Забудьте все, что вы знали о десантных операциях. Забудьте о медленных, неповоротливых транспортных дирижаблях, которые являются отличной мишенью для любого, у кого есть тяжёлое вооружение. Перед вами «Ястреб», быстрый, тихий и очень зубастый.
Я прошелся вдоль ближайшей машины, похлопав по ее бронированному боку.
— Скорость до трёхсот километров в час в крейсерском режиме, потолок три тысячи метров. Практически бесшумный ход на малых высотах. Активные пылевые щиты способны рассеять выстрел из легкого зенитного орудия. Вооружение: два шестиствольных пулемета калибра 12,7 миллиметров. Скорострельность каждого пять тысяч выстрелов в минуту. Это не оружие поддержки, это передвижной шквал огня. Ваша задача внутри сидеть тихо и не мешать пилоту. Высадка занимает не более пятнадцати секунд. За это время стрелки превратят все в радиусе ста метров перед вами в фарш.
Я видел, как меняются их лица, недоверие уступало место азарту. Они начинали понимать, какой инструмент я им даю.
— Но главное преимущество «Ястреба» не в броне и не в пушках, — продолжил я. — А вот в этом.
Я кивнул в сторону небольшого ящика, стоявшего у стены. Хмырь, мой специалист по «игрушкам», открыл его. Внутри, на мягких ложементах, лежали шесть небольших, похожих на металлических стрекоз, аппаратов.
— Разведывательные дроны «Глаз», — пояснил я. — Радиус действия до десяти километров. Время нахождения в воздухе шесть часов. Они передают картинку в высоком качестве, данные о пылевом фоне в режиме реального времени на мой тактический коммуникатор. Это наши глаза и уши, мы будем знать о противнике все еще до того, как он услышит шум наших двигателей. Мы не полезем в засаду, сами будем устраивать засады. Мы будем выбирать место и время боя.
— Наша цель в секторе Гамма-7 не просто патрулирование, — я понизил голос, и все подались вперед, ловя каждое слово. —от нас требуется найти и уничтожить крупный караван контрабандистов. По данным разведки, они хорошо организованы и вооружены, в составе преступных групп имеются Кинетики. Поэтому мы не будем геройствовать, работаем головой! Первые несколько мелких групп пропустим, нам нужна большая рыба. Выслеживаем, ждём удобного момента и бьём из всех стволов. Быстро, жестко и без потерь. Вопросы?
— Господин лейтенант, — подал голос тот самый молодой поручик-доброволец. — А кто будет пилотировать? В батальоне нет пилотов с допуском к… таким машинам.
Все посмотрели на меня. Это был самый важный вопрос.
— Головную машину пилотировать буду я, — спокойно ответил ему. Две другие пойдут в режиме ведомых под управлением пилотов наших штатных десантных средств, парни тоже вызвались добровольцами. Системы управления машин синхронизированы с моей.
— Еще вопросы? — спросил я. Вопросов не было…
* * *
Предрассветный туман, густой и молочный, стелился по летному полю, скрывая очертания ангаров и взлетной полосы. Воздух был холодным и влажным, пах мокрой травой. В этой тишине, нарушаемой лишь далеким криком какой-то ночной птицы, гул наших шагов по бетонным плитам казался оглушительным. Мы шли к трем темным, хищным силуэтам, едва различимым в серой мгле. Мои «Ястребы» ждали.
Молча, без суеты, три отделения разошлись по машинам. Каждый знал свое место, сержант Матвеев последним проверил крепления груза в своем «Ястребе», хлопнул по броне и коротко махнул мне рукой. Я занял место пилота в головной машине. Кабина встретила меня запахом нового пластика. Я опустился в кресло, руки сами легли на боковые рукояти управления, пальцы нашли знакомые кнопки и переключатели.
— Алиса, предполетная проверка систем, — мысленно отдал я команду.
— Все системы в норме, дорогой хозяин, — ее голос прозвучал в моей голове, деловитый и спокойный. — Двигатели прогреты до рабочей температуры. Каналы связи с ведомыми машинами стабильны. Можем поднимать твоих пернатых друзей в воздух в любой момент.
Я включил основное питание, кабина ожила. Приборная панель вспыхнула десятками индикаторов, на лобовое бронестекло выползла полупрозрачная проекция тактического дисплея: высота, скорость, азимут, состояние систем. Это был мой второй, цифровой мир, наложенный на реальность.
— Головной вызывает всех. Доложить готовность.
— Второй готов, — раздался в наушниках хриплый Пегаса.
— Третий готов, — доложил Шурин. Мда, знатный позывной и как только разрешили…
— Начинаем взлет, интервал тридцать секунд.
Я плавно потянул на себя правую рукоять, «Ястреб» отозвался мгновенно, также, как и на тренировочных полётах. Машина, весившая десятки тонн, оторвалась от бетона так плавно и легко, словно была пушинкой. Я чувствовал ее всем телом, каждую вибрацию, каждое изменение в работе двигателей, мы были одним целым.
«Ястреб» завис на высоте десяти метров, а затем, наклонив нос, стремительно пошел вперед, разрезая пелену тумана. Через тридцать секунд за мной последовала машина Пегаса, еще через тридцать Шурина. Мы выстроились в клин и, набирая высоту, ушли на восток, в сторону багровеющего на горизонте неба.
Земля под нами проносилась с головокружительной скоростью. Бескрайние, дикие леса, испещренные морщинами рек и озер. Мы летели на высоте двухсот метров, достаточно низко, чтобы не привлекать внимание, но этого хватало, чтобы видеть все, что происходит внизу.
— Командир, приближаемся к границе сектора Гамма-7, — доложила Алиса. — Фон Пыли начинает меняться. Рекомендую активировать внешние сканеры и выпустить «Глаза».
— Принято.
Я нажал несколько кнопок на панели. В десантном отсеке раздалось короткое шипение, открылись небольшие люки для дронов.
— «Глаз-1» пошел. «Глаз-2» пошел, — отчитался Матвеев.
— «Глаз-3», «Глаз-4», на курсе, — добавил Ворон.
На моем тактическом дисплее появились новые иконки. Четыре маленьких, юрких дрона, отделившись от наших машин, разлетелись в разные стороны, покрывая огромную территорию, еще два я держал в резерве. Картина мира мгновенно расширилась. На карту, наложенную на реальный ландшафт, начали добавляться новые данные: температурные аномалии, всплески пылевого фона, даже передвижение крупных животных. Алиса обрабатывала этот поток информации, отсеивая шум и выделяя главное.
Ландшафт внизу начал меняться. Здоровая, зеленая тайга постепенно уступала место чему-то больному, искаженному. Деревья становились кривыми, узловатыми, кора приобретала нездоровый, фиолетовый оттенок. Среди обычных болот появились странные, светящиеся в инфракрасном спектре топи.
В наушниках царила тишина,