Евгений Мостовский - Сугубо финский попаданец. Дилогия (СИ)
В ночь с 19-го на 20-е августа произошло два события. Первое: после разгрома 245 полка, финские войска на плацдарме смогли действовать. Раньше других от прибрежной линии в темноту ушла 6-я разведывательная бригада. Совершив 15-ти километровый марш, егеря, словно в фильме «Чапаев», атаковали штаб 123-й дивизии. Погибло более 15 командиров, в том числе и комдив, полковник Цуканов. И второе: генерал Талвела сменил немецкую 163-ю дивизию, которая без особых успехов, как муха о стекло билась в советские укрепления, на свою 1-ю пехотную, усиленную Тяжёлым танковым полком. С четырёх часов утра на 2-х километровый фронт в дефиле между озёрами Вуокса и Ладожским, обрушился огонь пары сотен крупнокалиберных орудий, с шести часов начались налёты авиации, в двенадцать дня с юго-востока ударила 8-я пехотная, а в час вперёд пошли тяжёлые танки и штурмовые группы 1-й дивизии. Оборона 255-го полка 123-й стрелковой дивизии была раздавлена как орех, никакие ДОТ не помогли против эдакого раздавляющего преимущества. Уже вечером 20-го августа Подвижный корпус вышел в «чистый прорыв». Судьба 23-й армии была исчислена, взвешена и решена.
21/VIII-1941 года. Хельсинки. Выставочный комплекс.
— От лица парламента и правительства Финской Республики, имею честь сделать заявление. — Премьер-министр Йохан Вильгельм Рангель читал по бумажке текст, стоя на невысокой трибуне, в зале сидело около четырёхсот человек в смокингах и полузабытой форме Российской Императорской армии и флота.
— Северная Карелия объявляется Российской Автономией в рамках Финской Республики! — зал взорвался аплодисментами.
ВЫДЕРЖКИ из РЕЗОЛЮЦИИ КОНФЕРЕНЦИИ РУССКОГО ОБЩЕ-ВОИНСКОГО СОЮЗА.
«Белыми мы должны быть до конца, когда бы он не наступил и каким бы он ни был.
Отбоя не было. Борьба продолжается.»
Ген. штаба ген-майор А.А. фон-Лампе. Начальник II отдела РОВС.
1. Принять участие в завоевании и создании Российской Автономии.
…..
4. Ходатайствовать перед Маршалом Маннергеймом о объединении финских батальонов РОВС в Русскую Бригаду.
5. Приступить к формированию на территории Автономии Русского Корпуса для борьбы с большевистской властью в России.
6. Рота допризывной подготовки при I отделе генерал-лейтенанта В.К. Витковского поступает в распоряжение Русского Корпуса и становится первым подразделением Корпуса под наименованием 1-й юнкерской роты.
…..
8. Возглавляемый адмиралом М.А. Кедровым Военно-морской союз, приступает к формированию экипажей для Онежской флотилии. Представляет военно-морской кадр для ВМС Финляндии.
9. Пригласить для участия в делах Автономии Казачье национально-освободительное движение (КНОД), возглавляемое господином В.Г. Глазковым.
…..
12. Образовать Комитет по формированию гражданской администрации Автономии.
Финская разведка озаботилась тем, чтобы копия «Резолюции» на следующий день оказалась в Швеции, на столе Посла Советского Союза А. Коллонтай. Это был тяжёлый удар, то о чем так много твердили большевики — свершилось. Призрак Гражданской войны снова стал подниматься во весь рост. Вечером 22 августа документ находился уже у Сталина.
«Меморандум» переданный послом в США Уманским, начавшееся наступление на Карперешейке, теперь вот белогвардейская «Резолюция» — все это звенья одной цепи, угрозы Маннергейма явно не являются пустым звуком. Необходимо было действовать быстро и энергично. Великий Стратег обратил внимание на Карелию, нельзя чтобы там свила своё гнездо контрреволюция. Что в реальности происходило на Севере он представлял себе смутно, но приказания и телеграммы посыпались на головы подчинённых, окончательно дезорганизуя управление войсками. План Маршала начал приносить первые плоды.
ПРИКАЗ командующего войсками Ленинградского фронта N 02
24 августа 1941 г.
1. Директивой Ставки Верховного Главнокомандования N 001199 от 23 августа 1941 г. в целях удобства управления Северный фронт разделен на два фронта: Карельский фронт и Ленинградский фронт, с подчинением Карельского фронта Ставке Верховного Главнокомандования. 2. Ленинградский фронт остается в составе: 23, 8-й и 48-й армий, Красногвардейского УР, Копорской и Южной оперативных групп и всех частей и учреждений в границах Ленинградского фронта. 3. Разгранлиния между Карельским и Ленинградским фронтами установлена по линии: Воскресенское, Радогща, Еремина Гора, Свирица, Сортавала, Варкаус, все пункты для Карельского фронта включительно. Штаб Карельского фронта-Беломорск (Сорока).
Командующий войсками Ленинградского фронта
генерал-лейтенант ПОПОВ
Член Военного совета фронта
корпусной комиссар КЛЕМЕНТЬЕВ
Начальник штаба фронта
полковник ГОРОДЕЦКИЙ
Телеграмма командующему Ленинградским фронтом генерал-лейтенанту М. Попову 24 августа 1941 года.
«Ваши сегодняшние представления напоминают шантаж. Вас запугивают командующие армиями, а Вы, в свою очередь, решили, видимо, запугивать Ставку всякими ужасами насчет прорывов, обострения положения и прочее. Конечно, если Вы ничего не будете делать для того, чтобы требовать от своих подчиненных, а будете только статистом, передающим жалобы армий, Вам придется тогда через несколько дней сдавать Ленинград, но Ставка существует не для того, чтобы потакать шантажистским требованиям и предложениям.
Ставка разрешает Вам отвести части с линии Выборгского УР, но Ставка вместе с тем приказывает Вам, чтобы части ни в коем случае не покидали подготовленного рубежа по линии Маннергейма. Ставка запрещает Вам оголять Лужскую губу и отдавать ее противнику. Если даже придется 8-й армии чуточку отступить, то она все же во что бы то ни стало должна прикрыть Лужскую губу вместе с полуостровом.
Ставка требует, чтобы Вы наконец перестали быть статистом и специалистом по отступлению и вошли в подобающую Вам роль командующего, вдохновляющего армии и подымающего дух войск.»
СТАЛИН
Отрыв от реальности становился все больше, Иосиф Виссарионович начинал жить в вымышленном, идеальном мире. По другому быть и не могло, тех кому он доверял пришлось отправить контролировать войска — Тимошенко уехал к Буденному под Киев, а Шапошников направился под Ельню, остальные только и думали что о отступлении. После этого странным образом сведения от армий и фронтов начали запаздывать, а то и приходить искаженными, информация по линии НКВД зачастую давала иную картину. Опять как всегда нужно брать все на себя, мобилизовать партию, наводить порядок в армии и одной только силой мысли и воли управлять фронтами и армиями, тем более что многим генералам он просто не доверял, не доверял их суждениям и их сообщениям. Приходилось, пользуясь своей железной логикой, что-то додумывать, но иногда среди такого гигантского потока информации что-то забывалось. Никакого подготовленного рубежа на линии Маннергейма никогда не существовало, более того, после окончания «Финской» «Вождь» сам приказал срыть укрепления. Как всегда распоряжение выполняли «спустя рукава» — сняли проволоку, для отвода глаз взорвали несколько полуразрушенных бункеров, да выворотили пару километров гранитных надолб и перевели военных строителей и зеков на линии Выборгского и Кексгольмского УР. Хотя и это теперь значения не имело, отрезанные Подвижным Корпусом советские войска отступить уже не могли. Но генералам из штаба Ленинградского фронта духа не хватило указывать Самому на ошибки. С начала войны были арестованы и в основном расстреляны около сотни старших командиров от полковника и выше, их судьбу повторять никому не хотелось. Вот и повторяли то, что им приказали, заведомо понимая бессмысленность распоряжений.