Евгений Мостовский - Сугубо финский попаданец. Дилогия (СИ)
Противостоит Армии Перешейка советская 23-я, на начало войны мощное соединение из трёх корпусов: 10 механизированного и двух стрелковых 19 и 50 занявшие оборону в двух укрепрайонах — Выборгском и Кексгольском. Только «Война-продолжение» это не «Зимняя», Финляндия теперь не одна, начиная с первых чисел июля Сталин отправил 10 МК воевать с немцами, а Ворошилов начал выдергивать артиллерию и отдельные полки из стрелковых дивизий в Карелию. Так что на 18 августа, день который Маршал определил днём начала наступления, советская группировка уже не была такой грозной. Эш же, напротив, сконцентрировал в своих руках огромные (конечно по финским меркам) силы. Изначально у него было два корпуса: II (2 и 12 пехотные дивизии) и IV (4 и 5), к ним присоединились вернувшиеся из Карелии: VI и Подвижный. 12-я ПД, как и 1 ПД из VI корпуса, четырехполкового состава и пехотные дивизии всех корпусов имели по дополнительному дивизиону 152 мм гаубиц. Армии передали немецкую 163-ю ПД, правда слегка «урезанную», один её полк воевал под Салла. У Хейнрикса остался только один артполк, ещё один он сформировал из 40-ка трофейных советских 152 мм гаубиц М-10, который передал I корпусу, а вся остальная артиллерия вернулась на Перешеек. То же и с авиацией, оба ударных полка будут задействованы против 23-й армии. Трофейные 203 мм гаубицы Б-4, поступившие из Прибалтики, решили не передавать в «Бригаду особой мощности» и так уже перегруженную тяжёлыми орудиями, а сформировать из них отдельный дивизион, укомплектовав артиллеристами береговой обороны. Советских десантов на Балтике в ближайший год можно не опасаться.
Хотя конечно в любой бочке мёда, есть своя ложка дёгтя. «Право первой ночи» использовал выскочка Хейнрикс и вернувшиеся части были уже потрёпаны, особенно танковые и авиация. Все ремонтные мощности в Варкаусе были представлены кавалеристам и дивизия успела восстановить свою технику, для усиления ей придали сводную бригаду из состава Танковой, остальная техника которой будет ремонтироваться ещё недели две. Так что у генерала Хегглунда в предстоящих боях будут: усиленная Кавалерийская дивизия, 20-я егерская бригада, артполк немецких 15 см гаубиц буксируемых полугусеничными тягачами и единственный в Финляндии понтонный парк. Как и в прошлой войне, от действий Хегглунда будет зависеть, удастся ли окружить всю группировку русских и не дать им отступить к дотам КаУР, или нет. Правда в отличии от «Зимней» танкистов будет поддерживать авиация: LeR-1, полк который специально для этого и создавался. Взаимодействие с наземными войсками — роль очень важная, но и потери при этом тяжёлые, группа «Мирски» S потеряла почти половину состава. Даже после двухнедельного перерыва в боях боеспособны только две эскадрильи, третью решили укомплектовать пушечными «Моранами», забрав их из ПВО Хельсинки. Сейчас, эти машины получив бомбодержатели и направляющие для восьми ракет под крыльями, спешно осваиваются пилотами-штурмовиками. Зато группа LLv-12 наконец укомплектована полностью, все SAAB Б-17 поступили из Швеции и их экипажи прошли полный цикл подготовки. Основной ударной силой полка остаётся LLv-16 на Хе-118, пусть в воздух они могут поднять 30–32 машины, но боевая эффективность этих ветеранов «Зимней» самая высокая во всех ВВС.
Командующий Армии Перешейка был уверен — имея против четырёх неполных советских дивизий, восемь своих, при учёте подавляющего превосходства в авиации, танках и артиллерии он без особого труда окружит 23-ю армию и полностью её уничтожит. После этого частично разоруженные бетонные коробки Карельского укрепрайона, без пехотного заполнения, серьёзным препятствием на пути к Петербургу не будут. Но как это бывает всегда, суровая правда жизни оказалась далека от самых тщательно разработанных планов.
19/VIII-1941 года. 03.30 Бухта Владимирская.
— Тарань его! — рулевой подвернул штурвалом. Раздались треск, скрежет металла, крики. Финский баркас с проломленным бортом, оставленный за кормой, быстро погружался в темную воду. Дивизион бронекатеров возглавлял набег на десантное соединение Ладожской озёрной флотилии. Ещё вчера, когда поступила информация о начале высадки финской 8-й дивизии в тылу 23-й армии, штаб КБФ приказал нанести удар по противнику всеми имеющимися кораблями.
После разгрома Ладожской военной флотилии, 28 июня, на плаву остались считанные вспомогательные суда и несколько катеров, погибло множество краснофлотцев и командиров, командующий тяжело ранен, а ведь война только началась. Ладожское озеро оказалось важнейшим театром, финны, пользуясь захваченной инициативой начали высаживать десанты, захватывать острова и гонять снабженческие караваны во все доступные бухты и порты. Товарищ Ворошилов, не успев взять под начало Северо-Западное направление приказал:
«… Восстановить корабельный состав, обеспечить полное господство наших сил над всем озером, уничтожив все плавсредства противника; не допускать впредь создания каких-либо сил на воде и закрепления противника на берегу.»
Как и многое в те дни, приказ был совершенно нереалистичен, но он был и выполнять его нужно. Начался переброс сил из Финского залива и Балтийского моря, переоборудование всего, что могло держаться на воде и нести вооружение. Горячие головы предложили протащить через Ивановские Пороги эсминцы-семерки, но тут на «дыбы» встал Галлер, терять новейшие корабли от ударов финских пикировщиков Балтфлот абсолютно не собирался, энтузиасты заткнулись. Решили перебросить все четыре бронекатера проекта 1125 с башней от танка Т-28 и пушкой Л-10, дивизион МО-морских охотников и срочно мобилизованные грунтоотвозные шаланды, немецкого производства, на которые поставили по паре «соток» и превратили в канонерские лодки. Командующим возрождающейся флотилии (ВРИО) назначили её начальника штаба, капитана I ранга Боголепова — бывшего доцента кафедры стратегии и оперативного искусства Военно-Морской академии. Виктор Платонович, воспитанник царского Морского Училища, участник Гражданской войны, закончил Военно-Морскую академию и одновременно артиллерийские классы, образованный и много покомандовавший флотский командир. Как водится «посидевший» в 38–40 годах, но освобождённый и возвращённый в ряды РККФ. Сейчас он лихорадочно восстанавливал флотилию, времени конечно не хватало, а его оппонент- коммандер Капонен, возглавляющий Озёрную флотилию, этой роскоши — времени, предоставлять не собирался. Захватив остров Коневец 15 августа, уже 18-го финны начали десантную операцию в бухте Владимирской — Сортаналахти и Боголепов повёл все наличные корабли в бой. Выход задержали катерные тральщики, которые долго елозили по фарватеру, вытраливая мины, натасканные вражеской подлодкой, когда вышли на большую воду, было 19 часов. Риск попасть под удар авиации на обратном пути все увеличивался, но делать нечего, операцию на контроль взяла Ставка, а КБФ в светлое время суток обещал выслать истребители.