Копай глубже! - Маргит Ауэр

– Хм, спасибо, Шоки. Думаю, ты слегка перестарался, – сказала она, и Шоки поскорее вернулся за свою парту. – Кто следующий? – Мисс Корнфилд обвела взглядом класс, и выбор пал на одну из девочек. – Анна-Лена, твоя очередь!

Девочка с удивлением подняла голову:

– М-моя?

– Её? – изумлённо переспросила сидевшая рядом Хелена.

Остальные ребята были поражены не меньше. Анна-Лена была тихоней, всегда держалась в тени Хелены. Никто даже представить не мог Анну-Лену в главной роли.

– Да-да, выходи вперёд, – кивнула мисс Корнфилд.

И тут случилось удивительное. Оказалось, что у Анны-Лены отлично получается! Хотя она часто сбивалась и запиналась, класс с первых же секунд слушал её затаив дыхание.

В сцене, где Робин с товарищами замышляли нападение, её голос звучал заговорщически:

– В двадцати шагах отсюда у дороги кусты! Укроемся в них, друзья!

А когда Робин Гуд призывал своих соратников броситься в бой, Анна-Лена говорила так убедительно, что каждому в классе захотелось вооружиться луком и стрелами, чтобы сразиться с богачами.

Когда девочка закончила, она застенчиво взглянула на ребят и, густо покраснев, заспешила к своей парте.

– Недурно, весьма недурно! – восхищённо произнесла Генриетта. Бенни молча кивнул – у него просто не было слов!

– Блестяще! – похвалила мисс Корнфилд. – Я думаю, Анна-Лена, у тебя есть все шансы получить главную роль.

Хелена насупилась. И даже отодвинулась от Анны-Лены, когда та села рядом. Мисс Корнфилд это заметила. Она испытующе посмотрела на девочек. Класс притих.

Мириам нарисовала в тетради большой вопросительный знак и показала Иде. Та пожала плечами.

К концу урока выбрали актёров на некоторые роли. Было решено, что Силас будет играть шерифа ноттингемского, а Макс – монаха, брата Тука.

Ида решила, что не будет просить для себя роль, хотя ни на минуту не сомневалась, что сыграла бы потрясающе. Вместо этого она вызвалась расписать план каждой сцены, чтобы ничего не сорвалось. Мисс Корнфилд поддержала её затею.

К огорчению Хелены, роль Мэриан досталась не ей, а Луне – девочке с длинными светлыми волосами. Ребята решили, что она больше всех похожа на прекрасную английскую деву.

– На сегодня достаточно, – подытожила мисс Корнфилд. – Оставшиеся роли распределим в ближайшие дни. А те, кому не достанется роль, получат не менее важные задания. К примеру, кто хочет быть нашим осветителем?

– Ты, ты, конечно, ты! – взволнованно прокричала Генриетта, выглянув из портфеля. – Скорее поднимай руку!

Бенни послушался. Больше никто не вызвался, и осветителем назначили его.

– Восхитительно! Ты будешь передвигать фонари, а я – нажимать на кнопки и включать свет, – тихонько радовалась черепаха. – Это почти так же весело, как играть в прятки!

Мальчик вынул Генриетту из рюкзака и ласково её пощекотал.

– Не сомневаюсь, – довольно ответил он.

Бенни и черепаха уютно устроились на одеяле с пиратами, расстеленном на полу. Перед ними лежала азбука.

Сперва Бенни даже не догадывался, что Генриетта не умеет читать, до того она была мудрая и образованная. Но черепаха объяснила: всё, что знает, она слышала или видела за долгие годы жизни. И ей просто не нужно было ничего читать. Но Бенни захотелось непременно обучить Генриетту грамоте. Как можно не уметь читать?!

Поначалу Генриетта пыталась угадывать написанное, но постепенно научилась различать буквы и читать простые предложения вроде «Мими добрая», «Том идёт в дом» и выучила скороговорку «Четверо черепашат к черепахе спешат».

Но сегодня Генриетта никак не могла сосредоточиться на учёбе. Ей не давали покоя загадочные ямы на школьном дворе.

– Мне любопытно, кто же за этим стоит, – говорила черепаха. – Мы просто обязаны его выследить.

– Даже не думай! – тут же замахал руками Бенни. В прошлый раз, когда черепаха решила поиграть в детектива, он оказался заперт в кладовке. – Пусть директор сам выслеживает!

– Но ведь весь двор уже выглядит как поверхность Луны – одни сплошные кратеры! – убеждала Генриетта. – Что, если я свалюсь в яму?

– Не свалишься, я буду за тобой присматривать, – успокоил её Бенни.

Среди ночи Генриетту разбудил странный звук. За окном слышалось тихое постукивание, словно редкий дождь барабанил по стеклу, но не так равномерно. Ну вот, опять что-то стряслось!

Черепаха вскарабкалась на постель к Бенни и ткнула его лапой в щёку:

– Проснись скорее! Там что-то странное!

Бенни сел, зевнул и прислушался.

– Кто-то кидает камешки в окно, – сонно пробормотал он. – Интересно зачем?

– А ты пойди посмотри, – посоветовала Генриетта.

Бенни покорно спустил ноги с кровати и побрёл к окну. Черепаха сидела у него на ладони и с интересом тянула шею. На улице было ещё темно, но в свете фонаря Бенни разглядел мальчишку с велосипедом. Мальчишку в вязаной шапочке.

– Да это же Шоки! – удивлённо воскликнула Генриетта.

Бенни распахнул окно.

– Что ты здесь делаешь?

– Тише ты! – шикнул в ответ Шоки. – Впустишь меня?

Когда они уселись на кровати и укутались в одеяло, Шоки рассказал, в чём дело.

– Я больше не могу жить у деда! – пожаловался он. – На завтрак постоянно чёрствый хлеб! – Мальчик поморщился. – По выходным он будит меня в шесть утра и заставляет делать гимнастику на свежем воздухе! При этом без конца болтает про свои вестерны, поучает, как нужно играть Робин Гуда, и вечно твердит: «Ты должен постичь своего героя! Ты способен на это, Самуэль!» Играть на компьютере в его кабинете нельзя: «Совсем отупеешь от своих игр, займись лучше ролью!» И снова морочит мне голову этим спектаклем! – Шоки в отчаянии закрыл лицо руками. – У меня уже просто сил нет!

Бенни и Генриетта переглянулись.

– И ты просто взял и сбежал? Вот так, среди ночи? – потрясённо уточнил Бенни.

Шоки кивнул.

– Можно я переночую у тебя?

– Ну конечно.

Бенни беззвучно прокрался в гостиную и вскоре вернулся с подушкой и шерстяным пледом. Затем ребята попытались утрамбовать кресло-мешок, чтобы Шоки смог на него улечься.

– Сойдёт, – довольно произнёс тот и, не снимая шапки, забрался под плед.

Но вскоре стало понятно, что спать так невозможно. Удобно улечься в кресле никак не получалось, и Шоки перебрался на кровать к Бенни и лёг рядом валетом.

– А когда твоя мама вернётся? – спросил Бенни, отодвигая ноги в сторону так, чтобы не попасть Шоки по голове.

– Не раньше чем через месяц. В любом случае к нашему школьному представлению она должна приехать. Вот дедушка и хочет удивить её моим выступлением в спектакле. – Мальчик повысил голос, изображая Робин Гуда: – «Помните, кто ваши единственные защитники! Если придёт беда, пошлите к нам гонца!»

– Ну вот, у тебя получается… – в полусне пробормотал Бенни.

– А толку-то? Я даже не сказал деду, что было на распределении ролей, – Шоки отвернулся к стене. – Если он узнает, что я не буду играть Робин Гуда, я погиб.

– Когда мистер Моррисон будет распределять оставшихся зверей? – спросила Мириам во вторник утром по пути в школу.

– Без понятия, – честно ответила Ида. – Обычно тому, кто получит волшебное животное, заранее приходит сообщение от мистера Моррисона.

С этими словами девочка вопросительно взглянула на Раббата.

Но тот лишь покачал головой – лис тоже ничего не знал.

– Ох уж этот загадочный мистер Моррисон! – вздохнула Мириам, размахивая футляром со скрипкой. Теперь она каждый день брала её с собой в школу – ребята постоянно придумывали, что бы ещё Мириам могла сыграть во время спектакля. Недавно предложили изобразить пение птиц. – Как бы я хотела увидеть магический зверинец! А Раббат не мог бы это устроить? Он бы нас отвёл туда на минутку и всё