Первый ящик снизу - Паоло Дельмастро

— Нет, я ищу Джорджио, молодого парня, думаю, ему около двадцати трех лет.

— Зачем он вам? Чего вы от него хотите?

Ну вот, и что мне на это ответить? «Видите ли, я ищу убийцу, и думаю, что это может быть Джорджио Маркини»?

Я решил импровизировать.

— Я пишу статью для одного шахматного блога и хотел бы упомянуть одну партию, сыгранную Джорджио несколько лет назад.

Помолчав несколько мгновений, мой собеседник произнес:

— Надеюсь, вы меня не обманываете, потому что это было бы слишком жестоко. Джорджио больше нет.

— То есть как? Он играет за другой клуб?

Когда я это произносил, то вспомнил об отсутствии Джорджио на турнирах в последние годы. Гнетущее чувство холода стало сгущаться в моей груди.

— Джорджио умер.

Мой собеседник явно нервничал.

— Боже мой, простите, я не знал! Когда это случилось?

— Пару лет назад. Странно, что вы ничего об этом не слышали, в наших кругах много говорили о случившемся. Мальчик подавал такие надежды… Мастер в семнадцать лет!

— Два года назад я сам был не в лучшей форме, — проговорил я. — Мне пришлось пережить темные времена, назовем это так. Но… отчего он умер?

— Наркотики. Передозировка. Джорджио пропал за год до этого. Как мы потом узнали, он связался с плохой компанией.

— Скажите, а другое имя, которое вы назвали… Есть еще один шахматист по фамилии Маркини?

— Джакомо, отец Джорджио. Он иногда к нам заходит. Бедный мужчина пережил двойную трагедию: кроме преждевременно погибшего сына, через несколько месяцев он потерял и жену, которая не вынесла этой боли.

В этот самый миг в моей голове сложились все части пазла. В одно мгновение я перешел от кромешной тьмы к почти ослепительной ясности.

— Я хочу попросить вас об одолжении. Мне нужно поговорить с Джакомо. У вас есть его номер телефона?

— Не знаю, могу ли я…

— Послушайте, я думаю, он будет рад, что я хочу использовать одну из игр Джорджио для статьи на специализированном сайте.

— Хорошо, но, пожалуйста, не забывайте о том, через что этому человеку пришлось пройти. Не мучайте его.

— Я буду чрезвычайно деликатен, не беспокойтесь.

Итак, после многочисленных заверений и обещаний организовать у них в клубе показательную игру — что уже само по себе вызывало у меня чувство невыносимой тревоги при одной только мысли о том, что я вновь окажусь перед шахматной доской, — по окончании телефонного разговора у меня оказался номер Джакомо Маркини, отца Джорджио. Я рассказал обо всем Андрею. На этот раз не понадобилось никаких дополнительных объяснений — все было ясно без слов.

— Теперь ты пойдешь к Манкузо? Дело раскрыто!

— Даже не подумаю!

Андрей ошеломленно поднял на меня взгляд.

— То есть как?

— Сначала я сам должен все понять.

— Что тут непонятного? Этот тип убивает людей, тут нечего понимать.

— В этом деле нужно разобраться. Не все то, что кажется простым на первый взгляд, таковым и является. Начиная с мотивов его поведения. Зачем он оставляет подсказки? Почему так все усложняет? У меня сложилось впечатление, что преступник делает это для нас с тобой, чтобы только мы могли понять его послания, а для полиции они должны оставаться недоступными. Какой во всем этом смысл? Ты знаешь? Если кто-то доверит тебе свой секрет, ты сразу побежишь его всем рассказывать?

— Да какое нам с тобой до этого дело? Не тебе судить. Тебя позвали как консультанта, и свою работу ты сделал. И потом, с каких это пор тебя начали волновать проблемы морали?

— С сегодняшнего дня. Оставим этот разговор. Это слишком трудно объяснить, но я считаю, что сначала нужно попытаться лучше понять человека, прежде чем впутывать его в неприятности без причины.

— Элио, очнись! Ты называешь это «без причины»? Он убил трех человек!

— Ну да, а эти так называемые люди убили его сына.

Андрей вздохнул и больше ничего не сказал, но было видно, что он не разделял моего мнения.

— Ты, Элио, явно не дружишь с головой, — помолчав, добавил Андрей. — Ну да ладно, говори, чем я могу тебе помочь.

— Что ты скажешь насчет партии в шахматном клубе?

Мой друг выглядел все более озадаченным. Я взял телефон и набрал сообщение: Здравствуйте, господин Маркини! Меня зовут Элио Фоссати. Я хотел бы поговорить с вами об одной шахматной партии, которую сыграл ваш сын Джорджио. Можем ли мы встретиться в шахматном клубе Корветто в один из ближайших вечеров?

Прежде чем послать СМС-сообщение, я прочитал его Андрею.

— Что бы ты об этом подумал, если бы был на его месте?

— Наверняка понял бы, что ты раскрыл мою игру. Потом задался бы вопросом: как тебе удалось найти мой номер телефона и почему ты хочешь встретиться лично, вместо того чтобы сразу обратиться в полицию. Впрочем, я и сам этого еще не понял, — добавил Андрей.

— Я же уже все тебе объяснил! Мы сначала должны понять, зачем он все так усложняет. Почему убийца хочет, чтобы именно мы его нашли? Ведь он мог бы запросто убить всех, кого считает нужным, и исчезнуть, раствориться в воздухе, но вместо этого он изобретает какие-то шарады.

— Хорошо, хорошо, отправляй сообщение. Увидим, что из этого получится.

Я нажал на кнопку отправки.

— И что теперь?

— А теперь подождем и посмотрим, заглотит ли он наживку.

— А ты не подумал, что, если преступник почувствует себя под угрозой разоблачения, он может попросту исчезнуть. Ты даешь ему слишком большое преимущество.

— Что-то мне подсказывает, что он не собирается бежать. По-моему, если убийца оставляет зашифрованные подсказки, значит, он хочет, чтобы их расшифровали. Более того, мне почему-то кажется, что он на самом деле сам со дня на день ожидает звонка или даже визита полиции.

На этот раз я оказался прав: не прошло и минуты, как раздался звуковой сигнал входящего сообщения.

Привет, Элио! Прости, что так запросто, но ведь в последнюю нашу встречу мы уже перешли на «ты». Я бы с удовольствием встретился с тобой снова. Шахматный клуб собирается по пятницам, но 23 июля я, к сожалению, не смогу. Подойдет ли тебе 30-е, около девяти вечера?

Я в замешательстве уставился на экран телефона. И вот он — мой дайвер, который медленно отсоединял трос, используемый для декомпрессии, и начинал подниматься к поверхности. С каждой секундой он становился все более различим в толще воды: сначала — как маленькая точка, потом — все крупнее и четче. Так и фамилия Маркини постепенно приобретала для меня смысл. Пока что это еще не было ясным воспоминанием, скорее мимолетным ощущением. Этого человека я когда-то знал…

И вот