Шоколад, ложь и алиби - Моргана Бест

– Я видела вас с Гамильтоном Хаузом как-то вечером. Он у вас недвижимость покупал или это было личное?

У Мунро чуть сузились глаза.

– Фирма Гамильтона вкладывается в коммерческую недвижимость, вы, наверное, знаете. Его заинтересовал один местный объект для вложений.

– Вы женаты? – Люсинда даже захлопала ресницами.

Мунро сделал ещё шаг назад.

– Нет.

– Какое чудесное совпадение! Я тоже не замужем. – Люсинда разразилась оглушительным смехом.

Она совсем тронулась, подумала я. Ведёт себя как абсолютная сумасшедшая.

– Я, собственно, зашёл поговорить с Нарел, – дипломатично сказал Мунро.

– Не обращай на меня внимания, – беззаботно отозвалась Люсинда. – Мы с Нарел старые подруги, правда? – И вцепилась мне в руку мёртвой хваткой.

– На самом деле я хотел поговорить с Нарел наедине.

– Пожалуйста! – весело сказала Люсинда. Я вздохнула. Видимо, в школе она так усердно портила всем жизнь, что не успела выучить слово «наедине».

Мунро беспомощно пожал плечами. Я задумалась, о чём он хотел со мной поговорить. Вот бы надоедливая Люсинда убралась восвояси.

– Я как раз говорила Люсинде, что удивлена, как она вообще показывается на людях, – сказала я Мунро. – При всех этих убийствах и прочем. Её ближайших подруг уже убили, так что, будь я на её месте, заперлась бы дома. Я надеялась, что она поймёт намёк. Не тут-то было.

– Кому захочется причинить мне вред? – искренне удивилась Люсинда. – Я же такая милая. Я едва не поперхнулась.

– То есть жертвы убийств милыми не были? – не удержалась я.

Почему-то это задело её за живое. Выражение лица резко переменилось, и она словно лишилась дара речи.

И тут в лавку впорхнула Летти – как лучик солнца.

– Обожаю этот цвет, Нарел! – весело сказала она. – О, Люсинда. Привет, Том.

Люсинда выглядела совершенно озадаченной.

– Том? Ты ведь хочешь сказать – Мунро? Здесь никакого Тома нет. – Она оглядела комнату, будто ожидая, что кто-то внезапно материализуется.

Летти залилась краской.

– Ой, прости, Том. То есть опять прости – Мунро. Ой-ой. Я перепутала. – Она закрыла лицо руками.

Мы втроём уставились на Люсинду. Мне было любопытно, как она отреагирует, но, похоже, до неё доходило мучительно долго.

– Том? – Она ещё раз оглядела Мунро с ног до головы. – Погоди… ты что, Том Флетчер?

Никто не ответил. Она продолжала смотреть на Мунро – осознание медленно проступало на её лице.

– Том Флетчер? – повторила она. Щёки раздулись, как у разъярённой жабы. – Вы! Вы втроём надо мной издеваетесь! Вы все отвратительны!

С этими словами она вихрем вылетела из лавки.

Летти повернулась к Мунро с виноватым видом.

– Мне так неловко, что я проболталась.

Мунро виновато улыбнулся.

– Простите, что не рассказал вам раньше, – сказал он. Хотя обращался к нам обеим, смотрел он прямо на меня. – Как вы узнали? Или всё-таки меня вспомнили?

– Нам вчера Уэйн Сайдботтом рассказал, – объяснила Летти. – Мы обедали у него на винодельне.

– Надеюсь, вы не обиделись, что я вас обманывал, – сказал Мунро.

– Нет, – быстро сказала я, – но, если не возражаете: почему вы от нас скрывались?

Мунро смутился.

– Пожалуй, мне было стыдно. Хотелось побыть в тени. Я не возражал, чтобы горожане со временем узнали, но раз я только что вернулся, мне хотелось тишины и покоя, прежде чем все узнают, что я тот самый маленький Том Флетчер. Мунро – вообще-то моё второе имя.

– Это вполне понятно, – великодушно сказала Летти.

– Полиция знает, что вы на самом деле Том Флетчер? – спросила я, и мне и вправду было любопытно.

– Да, разумеется, – ответил Мунро. – Меня уже допрашивали несколько раз, тем более что у меня нет алиби на время убийства Мэнди Маким.

– Нет алиби? – встревожилась я.

Мы с Летти обменялись тревожными взглядами. И всё-таки, если бы Мунро убил Мэнди, логичнее всего ему было бы прийти на встречу выпускников. Иначе, заметь его кто-нибудь в другом месте, подозрение пало бы прямо на него. Нет, по всему выходило, что Мунро вряд ли мог быть убийцей. Разумеется, я была совершенно уверена, что на мои рассуждения никак не влияли бабочки, которые каждый раз начинали порхать у меня в животе, стоило мне его увидеть.

– Ну и неловко же вышло, – сказала Летти, когда Мунро ушёл.

– По-моему, его не слишком смутило, что мы знаем, кто он, – заметила я.

– Пожалуй, нет. Ладно, а чего хотела Люсинда? Я пожала плечами.

– Понятия не имею. Думаю, просто хотела снова покочевряжиться – по обыкновению. И чего хотел Мунро, я тоже не знаю. Зато Люсинда обронила о нём кое-что довольно тревожное.

– Ну, выкладывай! Не томи! Я набрала побольше воздуха, зная, что Летти и без того подозревала Мунро.

– Люсинда сказала, что видела Мунро с Гамильтоном Хаузом как-то вечером, а я вспомнила, что Мунро принял звонок всего за несколько часов до убийства Гамильтона. Он сказал, что встретится с Гамильтоном в семь.

Летти помолчала.

– Это не обязательно указывает на Мунро. Раз Люсинда видела их вместе, значит, это было на людях. Детективы наверняка уже в курсе.

Звучало логично. Я согласно кивнула.

– Ладно, давай собирайся. Приведи себя в порядок, сотри краску с лица. Я договорилась о встрече ещё с одним подозреваемым. Я застонала. Передышка бы мне не помешала, но допрашивать кого бы то ни было у меня не было никакого настроения.

– Это как, Летти?

– Я договорилась пообедать с Фредериком Флауэрсом. Пригласила его в «Стейкхаус».

– В «Стейкхаус»? Тот, что в старом складе?

– Да, – самодовольно сказала Летти.

– Но там же жутко пафосно и дорого.

– Я угощаю, – сказала Летти. – Фредерик вышел у меня в подозреваемые номер один. Я полностью перестроила все доски.