От контроля к доверию. Пошаговое руководство по осознанному родительству - Шефали Тсабари

объяснить, что не важно, кто звонит первый. Важно то, позволяет ли родитель продолжать эту созависимость. Я объяснила: «Вы можете просто выслушать, ничего не советуя. Когда даешь своим детям совет, прошенный или непрошенный, особенно после подросткового возраста, это калечит их. Вместо того, чтобы направить их к собственным знаниям, вы поощряете избегание борьбы, которая происходит, когда ищешь ответы сам. Эта борьба важна для развития стойкости. Вы крадете у Тины способность развивать собственное знание. Разве не видите?»

Хелен было трудно принять свою роль в этих отношениях. Она продолжала сваливать вину на дочь и отказывалась признать свое влияние. До сих пор она остается одним из немногих моих клиентов, которые просто отказываются перестроиться. Мне бы хотелось похвастаться своей способностью к убеждению и сказать, что она отошла от старых моделей поведения, но это ложь. Я скажу вам правду, чтобы вы представляли, как сложно сломать привычные паттерны. В итоге я сказала Хелен: «Ваша потребность в том, чтобы быть спасителем, для вас важнее, чем способность позволить своему ребенку вырасти. Пока вы не признаете эту часть себя и не исцелите маленькую девочку внутри, у которой настолько сильна потребность быть нужной, я не смогу вам помочь».

Хелен была одним из тех пациентов, чья идентичность была так сильно поглощена ролью спасителя, что она не видела отличий между собой и своим ребенком. Она настолько потерялась в роли бога, что та ее поглотила. Ей было важно лишь воплощение этой роли, а не то, в чем нуждалась дочь для роста. Идея того, чтобы быть спасителем, наполняла ее, и это было единственное, что ее заботило, учитывая, что Тина тонула в калечащей гиперзависимости.

Когда мы идентифицируем себя с ролью родителя как спасителя, мы недооцениваем способность наших детей спасти себя самостоятельно. Когда мы излишне родительствуем, то обрекаем на страдания и ограничиваем их. Мы подрезаем их крылья. Вместо того, чтобы позволить им доверять самим себе, мы направляем их в сторону доверия нам – а это не самая хорошая услуга.

Дело каждого из нас, как осознанных родителей, – находить способы выразить доверие и почтение способности наших детей знать, кто они. Это дар, в котором они нуждаются. Неспособность делать это постепенно в процессе их взросления и затем по нарастающей по мере их зрелости говорит о нашей внутренней пустоте и страхе, а не их. Наши дети готовы расправить крылья и полететь, конечно же в соответствии со своим возрастом. Но наша неспособность отпустить заставляет их сомневаться в себе и барахтаться.

Движение по своей полосе и способность доверять детям, когда они идут по своей жизни, – это невероятное проявление веры и уважения. Нашим детям это необходимо. Раскройте ладонь и дайте им это свободно и в изобилии. Когда вы это сделаете, вы перестанете воспринимать своих детей как маленьких и начнете видеть их равными себе партнерами в приключении под названием жизнь.

Я уже озвучивала это, но все равно напомню вам ключевой фактор: схема родительского доминирования нас испортила. Она помещает родителя на вершину пьедестала и неоправданно дает нам власть судить наших детей до потери сознания. Мы не думаем дважды, прежде чем назвать их «хорошими», «плохими», «ленивыми» или «умными». Мы вешаем ярлыки бездумно, словно раздаем монеты беднякам. Эти характеристики влияют на наше поведение в отношении детей. Нам кажется обоснованным дурно с ними обращаться, если мы решили, что их поведение плохое. И наказание кажется рациональным. Мы не останавливаемся, чтобы подумать: «Прав ли я?» или «Это действительно так?» В моменте мы думаем о ярлыке и ведем себя так, словно это то, кто они есть. Но мы не осознаем, что в этот момент формируем их самовосприятие. Вот несколько важных вопросов: «Что дает мне право осуждать или клеймить моего ребенка? Разве я смотрю на мир его глазами или проживаю его жизнь?»

Когда мы судим кого-то или вешаем ярлыки, мы принимаем многое как данность. Первое – что мы безусловно правы. Это, возможно, одна из наиболее опасных вещей в жизни – определять безусловное превосходство нашего мнения над другим. Это ключевая причина всех войн и конфликтов в мире. Когда мы судим наших детей, то делаем именно это. Мы считаем, что превосходим их, а наши действия правильны и обоснованны. А это главные ингредиенты для разобщения и проблем в отношениях.

Следующее, что мы принимаем за основу, – наличие у нас глубокого знания о другом человеке на биологическом, эмоциональном и психологическом уровнях. Учитывая, что ни один человек не может знать другого, даже своего ребенка, так досконально, разве эти ярлыки, которые мы вешаем на других людей, не оторваны от реальности? Но мы продолжаем их использовать. Наши суждения и ярлыки являются основой расизма, сексизма и жестокости. Предубеждения, которые есть у нас – бич нашего существования и то, на чем базируется наша неспособность функционировать в мире. Постоянно давая непрошенные характеристики детям, мы неосознанно приучаем их видеть мир только с одной позиции: черное или белое, хорошее или плохое. Таким образом, мы, сами того не понимая, учим детей основам предубеждения. Эта первичная социальная динамика разобщения и сепарации начинается с того, как мы, родители, судим детей и других людей и категоризируем их. Хорошая новость: эта динамика может закончиться на нас.

Два самый частых ярлыка, которые мы вешаем на детей, – «хороший» и «плохой». Это всеобъемлющие характеристики с большим количеством ответвлений: «умный», «ленивый», «добрый», «злой» и так далее. Мы верим, что если будем постоянно давать детям обратную связь в отношении их поведения, то сможем сделать из них тех взрослых, какими они должны быть по нашему мнению. Частично это так, но по большей части ошибочно. Давайте сначала поговорим о том, что верно. Действительно, обратная связь помогает формировать поведение. Но