Охота на проклятую - 1 - Елена Абрамкина

— Вот именно! — Ингвар резко обернулся и наставил на нее палец. — Она — дочка Ронатана Олрикса! И в Академии ей не место!

Эмма пожала плечами и качнула чашкой:

— Напротив. Врага лучше держать перед глазами, чем за спиной.

Ингвар снова отвернулся:

— Дайте мне дожить спокойно этот год, а потом играйте с огнем, раз так хочется! Не путайте меня в эти игры!

— Ты запутан в них от рождения, Ингарион, — назидательно произнесла Эмма и прикоснулась губами к чашке. — И они гораздо больше твои, чем мои. Если мы сейчас без причины откажем ей в поступлении, у Олрикса будет лишний повод приглядеться к нам.

— Прекрати меня так называть здесь! — Ингвар с досадой стукнул кулаком по шкафу. — Я не хочу тратить остаток жизни на беготню от Олрикса! У меня есть дела куда важнее.

— Инг, не ломай мне шкаф! — Эмма звонко опустила чашку на стеклянный стол. — Если мы сейчас откажемся принимать у нее экзамен, остаток жизни ты можешь провести в МагТюрьме.

Ингвар опустил плечи и уперся лбом в стену:

— Тогда я уйду из Академии. Мне нужно закончить поиски.

— Твои поиски потеряли смысл семнадцать лет назад, Инг. Мне жаль, что ты тратишь такое драгоценное время на пустые надежды. — Эмма бесшумно приблизилась к нему и положила руки на плечи, сплетая успокаивающее заклинание. — Проведи его с теми, кому ты дорог. Не так часто они просят тебя о чем-то важном.

Лунный луч медленно скользил по шкафу, перебирая корешки книг, Ингвар рассеянно следил за ним. Когда луч добрался до потертой книг в синей обложке, он поднял голову и стряхнул руки матери:

— Все равно ректор прикажет зачислить дочку Олрикса. Если вам с Эрнстом почему-то важно, чтобы я принял у нее экзамен, ладно, я сделаю это для вас. — Он развернулся и сердито посмотрел на мать. — Но экзамен пройдет по всей строгости! Никаких поблажек из-за возраста или статуса не будет!

***

— Лорд Ронатан Олрикс с дочерью леди Кирианой и сыновьями лордом Климентином и лордом Алексом! — торжественно провозгласил распорядитель, и Кира с отцом и братьями вошла в зал.

«Однако, это что-то новенькое…»

Обычно ее имя звучало в конце перечня и сопровождалось нелестным эпитетом «приемная», но никогда не «леди» и тем более — не вперед братьев. А тут столько почестей! Интересно, что нужно королю от лорда Олрикса?

Кира скользнула взглядом по залу, отмечая, что примерно половина придворных лизоблюдов отсутствует. Бал посвящен Дню знаний, на него приглашены преподаватели Академии и другие известные ученые, в том числе из незнатных родов, а то и вообще не принадлежащие к дворянскому роду, и многие знатные семьи посчитали ниже своего достоинства присутствовать на балу вместе с безродными. Явились в основном те, кто имел дела с Академией или яро стремился приблизиться ко двору и не пропускал ни одного бала. Кира уже бывала на таких балах, но ни с кем из Академии познакомиться прежде не удавалось. Ученые маги всегда держались особняком, танцевали мало и только со своими, в азартные игры не играли и покидали бал сразу после ухода короля. Семейство Олриксов обязано было оставаться до конца.

— Сегодня ты танцуешь только с теми, кого я одобрю, — подводя дочь к фуршетному столику, нарочито громко произнес Ронатан.

— Как и всегда, отец. — Кира сделала неглубокий реверанс и протянула ему тонкую бальную книжечку, украшенную изящным кружевом.

Лорд Олрикс развернулся так, чтобы его действия видело максимальное число гостей, и заскользил карандашом по списку танцев, резким движением вычеркивая большую часть:

— Довольно и этого! — Он вернул дочери книжку и, больше не обращая на нее внимания, пошел вдоль столиков.

Кира снова сделала реверанс и спрятала книжку в сумочку. Это была старая игра: деспот-отец и безропотная приемная дочь, слабая и безродная, которая по его воле оказалась на вершине дворянской жизни — но только жизни, не власти. У Кирианы Олрикс нет и не может быть никакой власти, она лишь украшение рода, бриллиант в перстне лорда Олрикса, не более. Так должны были думать все. Так было безопаснее: в тени большого дерева легче укрыться, а ей пока лучше было оставаться незаметной. По крайней мере, при дворе.

«Я оставил тебе пару свободных танцев на случай, если лорд Ректор или кто-то из преподавателей решит обсудить с тобой поступление», — лорд Олрикс открыл ментальный канал.

«Я видела, отец. Благодарю».

«Держись сегодня ближе к братьям. Я постараюсь надолго тебя не оставлять».

Кира прошлась по залу, здороваясь с теми, кто не отводил взгляд и не кривился в презрительной усмешке при виде ее. Здесь ее не любили. Кто-то, как Глава Совета лордов, презирал, считая ниже своего достоинства опускать глаза к приемышу, кто-то отчаянно ненавидел, все еще надеясь незаметно подсыпать ей в бокал яд или вколоть отравленную иглу. Все было как обычно, и это немного успокаивало. Кира знала, кто и как к ней относится, не видела никаких изменений, а значит, все еще могла предсказать многие (если не все) действия каждого из ее презирателей и ненавистников.

«Знание противника — половина победы», — эту истину она вынесла с уроков фехтования и успешно применяла во всех сферах жизни, особенно на светских мероприятиях.

— Леди Олрикс, второй принц в знак восхищения шлет вам бокал лучшего вина из королевских погребов, дабы усладить ваш вкус и украсить ланиты нежным румянцем. — Возле Киры остановился слуга и с поклоном протянул маленький поднос, на котором возвышался одинокий серебряный кубок с замысловатой гравировкой.

Кира улыбнулась и, взяв кубок, заскользила взглядом по залу в поисках принца. Обнаружился он, как всегда, в тени трона, острый взгляд внимательно следил за каждым ее движением. Кира улыбнулась и присела в реверансе, демонстрирую благодарность. Принц коротко кивнул и отсалютовал ей своим кубком, однако пить не стал, а выжидающе посмотрел на нее. Кира придала взгляду максимальную наивность и удивленно захлопала ресницами. Неужели он не знает, что отец запрещает ей употреблять алкогольные напитки даже на балах? Принц качнул головой и нахмурился, приближая свой кубок к губам и показывая глазами, что лорд Олрикс занят и ничего не заметит. Кира внимательно ощупывала большим пальцем ближайшую к себе грань кубка, не зная, что предпринять. Под пальцем вырисовывался силуэт распахнувшей крылья птицы, а принц все больше хмурился. Кажется, он понял ее подозрение и демонстративно пригубил из своего кубка. Проклятье! Нужно что-то делать! Кира нашла глазами фигуру отца.

«Отец, второй принц прислал мне вина и настаивает, чтобы я его выпила».

«Я вижу. Сделай шаг назад».

Кира послушно отступила,