Охота на проклятую - 1 - Елена Абрамкина
Эрнст тоже не чувствовал больше никого живого под водой, и от этого незнакомая раньше злость разрасталась внутри. Захотелось не просто обидеть — утопить сына Олрикса. Ледяной вдохнул поглубже и нырнул, чтобы не видеть лекаря, и призвал магию контроля. Из-за воды или из-за физической усталости получилось не сразу, но успокоила знакомая с детства магия быстро, и Эрнст снова поплыл на глубину, высматривая и пытаясь нащупать хоть какой-то сигнал ментального канала.
«Возвращайся», — ворвался в сознание голос Ронатана Олрикса.
Эрнст отмахнулся от несвоевременного окрика и поплыл дальше, но лорд Олрикс вновь вторгся в его мысли. «Возвращайся, мы нашли Киру», — устало и без особой надежды прозвучало в голове. Эрнст замер на секунду, пытаясь распознать тон сообщения, но по ментальному каналу эмоции различались плохо.
***
Тренировки отца не прошли даром — перед тем, как закричать от боли, Кира рефлекторно открыла портал к ближайшему источнику магии. Она успела понять, что может дышать свободно, а в следующий миг ударилась разодранным плечом о камни, и боль захлестнула.
Вернулось сознание все той же острой болью. Плечи с неистовым гневом раздирали хищные когти, стремясь добраться до сердца, перед глазами прыгали бурые пятна.
«Феникс! Он нашел меня!» — взметнулась в голове паническая мысль, заставляя сердце подскочить к горлу.
Кира закричала, судорожно вцепляясь в рвущие ее лапы, царапая их и силясь вырваться. Кто-то выругался и прижал ее руки к земле:
— Кира, лежи! Не дергайся!
Но боль заглушала все звуки и заставляла тело извиваться, словно пойманную змею, а горло надрываться криком. Внутри поднимался огонь — чужой, непокорный и неимоверно горячий, он рвался к сжимающим ее рукам, опалял их, силясь разжать. Кто-то рядом снова выругался, и над головой сомкнулась тьма.
Глава 5
Кира улыбнулась ему одними губами и закрыла глаза. Поняла ли она, что он пытался отыскать ее в озере? С таким уровнем боли — вряд ли. Удивительно, что она вообще пришла в себя и смогла ему улыбнуться. Нет, поразительно, что она сумела открыть портал из-под воды. И пусть Ронатан Олрикс теперь сколь угодно громко заявляет, что Кира не его бастрад, но само то, что она еще жива, говорит об обратном — человек, какой бы сильный и тренированный о ни был, уже давно находился бы за Пеленой забвения. Кира не была физически сильной, хотя постоянные тренировки и сделали ее достаточно выносливой… Да, она была достаточно выносливой для маленькой хрупкой девочки, но не более. А тут…
— В состоянии немного поохотиться? — голос Ронатан вывел из беспокойных размышлений. Эрнст шумно выдохнул и перевел взгляд на Олрикса.
Тот коротко кивнул Климентину, дождался ответного кивка и повернулся к ледяному:
— Пойдем, Клим здесь разберется. Ты поможешь мне поймать безумную бестию?
Кира тихо застонала, когда Клим поднял ее. В душе ледяного снова всколыхнулась злоба, захотелось наброситься на лекаря, отобрать у него Киру.
Эрнст проводил Климентина холодным взглядом, дождался, когда за сыном Олрикса закроется портал, и только тогда смог обернуться.
— Где его видели в последний раз?
Но Ронатан не спешил с ответом, внимательно разглядывая Эрнста.
— Возвращайся домой, Эрнст, тебе надо отдохнуть, — наконец произнес он и шагнул в портал.
Бросаться следом Эрнст не стал — он действительно чувствовал себя непривычно нервно, и внезапная агрессия, которая вспыхивала в нем при виде Климентина, требовала анализа и контроля. Откуда такая реакция на этого мальчика? И Кира… Она тоже стала вызывать все большее желание быть рядом. Может быть, Ронатан все-таки ошибся, и эта девочка действительно его пара? Пара-полукровка… Насмешка судьбы.
Что бы ни было, а разбираться с этим лучше дома. Эрнст грустно улыбнулся ночному небу, прислушался к звукам ночного парка и шагнул в портал.
Только здесь, в старинном дедовском поместье, Эрнст понял, насколько вымотал его сегодняшний вечер. В голове зашумело, виски сдавило, как после слишком долгого ментального контроля, потянуло в сон, но еще сильнее захотелось бежать обратно, к Кире. Запоздало пришел ужас от мысли, что сегодня он ее едва не потерял, вспомнилось исчезающее светлое пятно в темной воде, вымученная улыбка на бледных губах.
Эрнст тряхнул головой, зачесал ладонью мокрую прядь и распахнул двери. Тишина беломраморных стен, вопреки ожиданию, не успокоила, а только рассердила: какого дракона происходит? Неужели пара бессонных ночей так сказывается? Нужно заглянуть в Черный лабиринт.
«Нет, сперва отдохнуть, поспать», — предательски мелькнуло в голове. Эрнст зевнул, чувствуя, как руки и ноги наливаются тяжестью. Да, это действительно хорошая мысль.
***
— Кира, слышишь меня? — донесся издалека знакомый голос. — Давай, давай, открывай глаза.
Кира послушно разлепила ресницы, но перед глазами пульсировали все те же бурые пятна, а голос долетал, словно через слой ваты. Он что-то еще говорил, потом головы коснулась теплая тяжелая ладонь, и картина начала проясняться. Взгляд уперся в знакомый до трещинки потолок собственной комнаты.
«Какие низкие здесь потолки, — отрешенно подумала Кира, разглядывая расплывающуюся в белом мареве лепнину. — Как можно расправить крылья в такой тесноте?»
Свет заслонил коренастый приземистый силуэт, в котором она не сразу узнала отца. Кира попыталась пошевелиться, но тело отозвалось резкой болью. Она жалобно пискнула и потянулась рукой к плечу, но от этого стало только хуже. Из глаз брызнули слезы.
«Почему так больно? Что у меня с плечом?»
В голове крутилась горькая смесь обрывков воспоминаний, которая вскипала и бурлила, но никак не давалась в руки. И только страх, темный и безотчетный, быстро затапливал мысли.
— Кириана, посмотри на меня! — Ронатан повернул голову дочери к себе и поймал ее взгляд. — Кира, все хорошо. Слышишь? Ничего страшного не случилось.
Она кивнула, смутно ощущая, что отец лжет. Тот, похоже, это понял, зрачки его резко расширились, и Кира снова провалилась в темноту. Но на этот раз темнота была другая, не такая густая и вполне осознаваемая.
«Черный лабиринт!»
Кира поежилась и огляделась. Каменный, абсолютно черный коридор тянулся из бесконечности в бесконечность, плавно загибаясь вправо. Ни дверей, ни окон, только холодная каменная чернота со всех сторон. И хотя в голове билась спасительная мысль, что это иллюзия и физически она сейчас дома, в груди медленно поднимался ужас. Хотелось сорваться с места и бежать, не разбирая пути.
«Стой! Нельзя!»
Кира медленно выдохнула и прижала руку к холодной блестящей стене. Камень был твердый и совсем настоящий, настолько, что она не удержалась и, оглядевшись, лизнула его. Пыль и гладкий камень. Что