Супруга Солнца - Гастон Леру

– Моя сестра преувеличивает, – улыбнулся маркиз, – между нами говоря, индейцы не слишком опасны…

– И все же вы обеспокоены, Кристобаль, вы ведь сами это говорили!

– О, разумеется, я считаю, что они вполне способны выкинуть какое-нибудь неожиданное коленце…

– Выходит, они иногда бунтуют? – спросил Франсуа-Гаспар. – Я считал, что они настолько отупели…

– Далеко не все… да, у нас несколько раз происходили беспорядки, но их нельзя назвать серьезными.

– А индейцев здесь много? – поинтересовался Раймон.

– Они составляют две трети населения, – ответила Мария-Тереза. – Но, между нами говоря, они больше не способны ни к серьезному восстанию, ни к труду. Авантюра Гарсии всколыхнула их. Они слишком долго жили спокойно. Что говорит об этом президент? – спросила она у отца.

– Президент не видит повода для тревоги. Похоже, подобные волнения наблюдаются каждые десять лет.

– Почему именно десять лет? – подал голос дядюшка Гаспар, уже доставший свою записную книжку.

– Потому что каждые десять лет индейцы кечуа отмечают свой самый большой праздник – праздник Солнца, – пояснила старушка Ирен.

– И где проходит этот праздник? – продолжал расспросы Раймон.

– Увы, никто не может сказать с точностью, – вполголоса принялась объяснять тетушка Агнесса, словно поверяя слушателям великую тайну. – Кажется, во время этого праздника совершается множество жертвоприношений… а пепел жертв бросают в ручьи, чтобы те вместе с водой унесли все грехи народа…

– Восхитительно! – воскликнул Франсуа-Гаспар. – Как бы мне хотелось поприсутствовать на таком празднике!

– Замолчите, сударь! – оборвала его тетушка, устремив взор к себе в тарелку. – На этом празднике Солнца, что отмечают раз в десять лет, приносят человеческие жертвы!

– Человеческие жертвы?..

– Ну зачем вы нас пугаете, тетушка? – рассмеялась Мария-Тереза.

– А почему бы и нет? – возмутился дядюшка. – Почему вы ей не верите? У инков на празднике Солнца жертвоприношения были в порядке вещей. А мои записи и исследования, а также работы Прескотта и других авторов, писавших о Перу, говорят о том, что индейцы кечуа сохранили не только свой исконный язык, но и свои старинные обычаи и обряды.

– Но после испанского завоевания они стали католиками! – подал голос Раймон.

– О, это их нисколько не смущает! – парировал маркиз. – У них теперь просто две религии вместо одной, и они смешивают одни обряды с другими, причем совершенно бессознательно!..

– Но, в конце концов, чего они хотят? Вернуться к временам правления инков?

– Если бы они знали, чего хотят! – воскликнула Мария-Тереза. – До испанского завоевания, при правлении инков, все, и мужчины, и женщины, и дети, обязаны были работать по мере своих сил и способностей. А теперь, когда их никто не собирается ни порабощать, ни поддерживать среди них железную дисциплину, какую устанавливали сыны Солнца, индейцы пользуются свободой исключительно для того, чтобы предаваться блаженной лени. Отсюда и нищета, и материальная зависимость, заставляющие вспоминать о былом процветании и вновь тайно желать возвращения царства сынов Манко Капака. По крайней мере, именно так я поняла из объяснений Гуаскара… на что я ему ответила, что, если эти времена вернутся, его братья вряд ли будут счастливы, учитывая то, что они вовсе утратили привычку к труду. Что же касается меня, то я ужасно рада, что избавилась от банды Гуаскара!.. Освобождение стоило мне одного китайца, но это не слишком дорого…

– Неужели правда, что они до сих пор приносят человеческие жертвы? – снова спросил Раймон.

– Да нет же, все это ерунда! – ответила Мария-Тереза.

Тетушка Агнесса и старушка Ирен с ней не согласились.

– Мария-Тереза не знает! Она воспитывалась в Париже! Не может знать… Слушайте нас, дорогой господин Озу!.. Тут нет ничего смешного… Мария-Тереза зря смеется… Мы совершенно уверены, слышите, совершенно уверены (бог мой, имеется же множество доказательств!), что каждые десять лет (у инков этот срок считался большой мерой времени) индейцы кечуа выбирают Супругу Солнца!..

– Что значит выбирают супругу? – затаив дыхание, спросил дядюшка.

– То и значит, господин Озу. Тайно, в храмах, которые существуют со времен, когда нога белого человека еще не ступала на эту землю, они приносят в жертву Солнцу молодую женщину. Ни один чужак ни разу не пробирался ни в один из их храмов… Это ужасно, но это правда!..

– Приносят в жертву молодую женщину! Убивают ее!

– Да, именно! Убивают… Убивают, потому что она предназначена Солнцу!..

– Как же они ее убивают? Сжигают?

– Нет-нет!.. Все еще страшнее, господин Озу, еще ужаснее… костер – это для менее важных церемоний! На церемонии Инти Райми, раз в десять лет, они выбирают Супругу Солнца, девушку из враждебного племени, самую красивую, какую только смогли найти, из самого знатного вражеского рода, и замуровывают ее живой в храме Солнца! Да, дорогой господин Озу, все так и происходит, как мы вам рассказываем!

Видя крайнее изумление Франсуа-Гаспара, Мария-Тереза не смогла удержаться от смеха. Дядюшка бросил на нее взгляд обиженного ребенка, у которого отнимают игрушку. Он также посчитал, что обязан вступиться за старушек, поскольку все, что они говорили, полностью совпадало с его собственными представлениями о Девах Солнца. И решил, что самое время блеснуть эрудицией. Человеческие жертвы всегда были в чести у инков. Подношения делались то божеству света, то самому Правителю, и часто люди добровольно приносили себя в жертву, особенно во время церемоний похорон властителей, когда кровь и слезы лились со всех сторон. Жены инки даже спорили между собой, кто скорее отправится вслед за почившим супругом.

– Прескотт, который, наряду с Винером, – продолжал Франсуа-Гаспар, – является автором фундаментального труда об Империи инков и о завоевании Перу испанцами, говорит нам, подтверждая свои слова рассказами достойных доверия свидетелей, что на могиле монарха могли быть принесены в жертву более тысячи слуг, жен и служанок. И законные жены подавали пример другим, закалывая себя сами!

– Ах, ну что за безумицы, настоящие сумасшедшие! – воскликнула тетушка Агнесса, всплескивая руками.

Старушка Ирен перекрестилась и принялась шептать молитву.

Желая сделать приятное Франсуа-Гаспару, маркиз перехватил у него инициативу.

– Совершенно верно, дорогой гость, – поддакнул он дядюшке, – так что, увы, в трудах нашего Географического и археологического общества вы вряд ли найдете для себя что-либо новое. Тем лучше, значит, нам будет удобно с вами работать. Если хотите, уже завтра, после приема, я провожу вас на место моих последних раскопок в окрестностях Анкона, и там вы сможете убедиться, что правителей инков действительно погребали вместе с самой ценной утварью и с женами, которым предстояло последовать за ним в зачарованные жилища Солнца!

– А кто, собственно говоря, такая эта Дева Солнца?

– Девами Солнца, – с детской радостью принялся объяснять Франсуа-Гаспар, – или, как их еще называли, «избранницами», становились девушки, которых посвящали служению солнечному божеству; в нежном возрасте их забирали из семей и отдавали в