Александр Прохоров - Сердце тигра

За всеми этими событиями, последовавшими во время и сразу после ареста Публия Фуска, все как-то совершенно забыли про фискалия Гая Маррона. Он, сам расценил это, как благодеяние богов. Лучше сейчас не попадаться на глаза императору, да и всем остальным тоже. Если его схватят и отдадут палачу, Маррон не был уверен, что доживёт, даже до пыток. При одном только вспоминании об этом огромном волосатом чудовище Варе, старика охватывала холодная волна ужаса. Но не только возможный арест и опала его тревожили. Вся затея с похищением «Сердца тигра» и обвинением в этом Лоредана — провалилась. И что теперь сказать Марку Серторию? Проклятый Публий Фуск! Всё испортил! Конечно, хорошо, что он прикончил Лоредана, если это и в самом деле так. По крайней мере, часть поручения Сертория, так или иначе, выполнена. Но то, что исчезнет «Сердце Тигра» — это в планы фискалия совершенно не входило. Огромный долг так и остался за Марроном. А ведь Серторий в Валенции ждет от него вестей, ждёт караван, который доставит ему драгоценный камень.

Тяжело вздохнув, Гай Маррон отправился в свои покои. Следовало немедленно написать Марку Серторию письмо. Обдумать нужно каждое слово этого послания. Напустить туману, неясностей и в тоже время представить свои действия в самом выгодном свете, чтобы у Сертория ни на мгновение не возникло сомнений, что его поручение Гай Маррон старался выполнить изо всех сил.

В послеполуденное время, когда жара немного спала Квинт Мелорий решил совершить поездку в западную часть города, где было несколько принадлежащих ему домов. В прошлом месяце, его управляющий Максеций никак не мог полностью собрать с жильцов тех домов плату за проживание. Квинт Мелорий, потеряв терпение, решил сам разобраться с этой проблемой. Как обычно, Мелория сопровождал раб Тарикс. Он сидел на месте возницы и вел квадригу, запряженную четырьмя пегими лошадьми. Квинт Мелорий опираясь одним локтем в седельную подушку, с мрачным видом поглядывал по сторонам. В последнее время дела, вообще шли неважно. Торговля рабами сошла почти на нет, поскольку их притока, уже давно не было. Эта война с варварами на севере, поначалу сулила неплохие перспективы, но император не смог добиться вразумительной победы и когда добьется, был еще вопрос. На восточных границах с Парфией, было относительное затишье. А для процветания Мелория требовалась большая и победоносная война. Он уже начал подумывать, а не разводить ли ему рабов, как скот? Это казалось заманчиво, но влекло некоторые расходы. Чтобы сократить смертность рождающихся детей, придется улучшать условия жизни рабов, особенно кормящих матерей. Любые серьезные расходы были сейчас для Квинта Мелория нежелательны. Он мог еще попробовать связаться с пиратами, которые совершают налеты на прибрежные города и там захватывают пленников. Но при этом, дело усложнялось тем что, после эдикта Каракаллы, граждан в Империи значительно прибавилось. Пираты не утруждали себя разбирательством кто гражданин, а кто дедитиций[132]. А Мелорий сильно рисковал, вздумай он перекупать у пиратов пленников. А вдруг среди них попадется гражданин? Тогда, его сочтут пособником морских разбойников. Теперь, после эдикта императора этот риск увеличился многократно.

И еще, этот долг проклятый! Надо же было Марку Серторию вспомнить о нем в такое непростое время. Скорее бы проклятый Гай Маррон собрал караван. Отвезти бы эти товары и хоть одной проблемой будет меньше.

Так, размышляя, Квинт Мелорий ехал и поглядывал по сторонам. Впереди показалась рыночная площадь, где в основном торговали тканями и одеждой. Здесь же, неподалеку располагалась весьма неплохая гостиница, принадлежащая Эвну Филопатору из Александрии. С ним Мелорий знаком не был, но от некоторых своих друзей слышал, что этот Филопатор весьма предприимчивый и успешный делец. Мелорий терпеть не мог этих приезжих. И чего ему не сиделось в Александрии? Понаехали тут всякие! Так, в Риме скоро уже и самих римлян не останется, а от этих провинциалов будет не протолкнуться.

Возле входа в гостиницу, что-то происходило. Там перед ступенями, ведущими в вестибюль собралась немалая толпа. Все шумели и кричали. Мелорий приказал Тариксу остановиться и стал с любопытством наблюдать. Поначалу он думал, что случился пожар, но ни огня, ни дыма не было. Потом, Квинт Мелорий увидел стоящего в дверях гостиницы огромного мускулистого негра. Судя по всему, он никого не пускал внутрь и это вызвало такую толкотню и скандал. Чернокожий раб показался Мелорию знакомым. Он приказал Тариксу подъехать еще ближе, чтобы получше рассмотреть негра. Тот в это время ругался с самим Эвном Филопатором, который, как и все остальные не мог пройти внутрь. Хозяин гостиницы, в конце концов, попытался ударить негра, но тот приподнял его за шиворот и начал трясти, а толпа в страхе попятилась.

В этот самый момент все сомнения насчет негра у Квинта Мелория развеялись, потому что из дверей вышел человек, которого он сразу же узнал. Имя этого негодяя Мелорию известно не было, но лицо он хорошо запомнил еще со времени их первого столкновения в одном из трактиров неподалеку от порта.

Молодого аристократа и негра узнал и Тарикс. Он стал кусать губы и сжимать кулаки.

- Подожди, не ввязывайся — предупредил Мелорий. — Все равно, даже вдвоем мы с негром не справимся.

- Может вызвать городских стражников, господин?

- Нет, не сейчас, — тихо произнес Квинт Мелорий. — Нужно узнать, в конце концов, кто эти двое и что они делают в Риме.

Между тем, негр по приказу своего хозяина отпустил Эвна Филопатора и освободил вход в гостиницу. Потом они оба скрылись, поднявшись на второй этаж, и оставив александрийца успокаивать толпу.

- А как мы узнаем, про них? — спросил Тарикс.

- Ступай и закажи комнату в этой гостинице, — приказал Квинт Мелорий. — Надо все потихоньку разузнать. Давай же, не теряй времени.

Толпа между тем, уже рассеялась. Тот, кому нужно было войти — вошел, а простые зеваки разбрелись кто куда. Грек завел квадригу во двор, потом, покинув место возницы поспешил ко входу в здание. Он осторожно поднялся по ступеням и заглянул внутрь. Никого в вестибюле не увидел. Тогда, Тарикс тихо вошел в атриум и хотел, было шмыгнуть по лестнице вверх, но тут неожиданно из маленькой боковой комнатки появилась юная миловидная девушка, видимо одна из рабынь Эвна Филопатора.

- Эй, ты кто такой? Что тут делаешь?

- О красавица, юная дитя, прости, что напугал тебя, мое имя Тарикс, — быстро затараторил грек, — я служу господину Квинту Мелорию, верно ты слышала о нем. Не подскажешь ли, в какой комнате поселился молодой господин с огромным негром рабом? У моего хозяина назначена деловая встреча с тем господином.