Переправа через Белую реку - Иэн Макгуайр

находит, то с головой погружается в чтение. И все равно, прикованный к суше за толстыми стенами фактории без полезного дела, чтобы заполнить дни и занять руки, его мозг обращается внутрь и начинает размышлять над старыми тайнами и нерешенными вопросами. Если не появляется ничего нового, чтобы отвлечься, он становится нервным и беспокойным, склонным к резким вспышкам гнева или долгим приступам мрачности и уныния. Именно в таком раздражительном и меланхоличном расположении духа он пребывает, когда Магнус Нортон приглашает его к себе поговорить с глазу на глаз. Хирн ожидает, что, оказавшись там, получит какое-нибудь незамысловатое поручение или выговор, но вместо этого, предложив кресло и кубок вина, от которого гость отказывается, Нортон начинает расспрашивать его об эскимосах.

– Утром я говорил с капитаном Первисом, – говорит Нортон. – По его словам, когда шлюп уходит на север в Китовую бухту и к Мраморному острову, вы чаще остальных ведете дела с туземцами. Он утверждает, что вы изучили их язык и даже записали слова в книгу. Что-то вроде словаря.

– Это слишком громко сказано.

– Значит, краткий разговорник?

– Если вам будет угодно.

– Если мне будет угодно что?

– Если вам будет угодно так его назвать.

Джон Шоу стоит в сторонке, словно шпион, подсматривая и подслушивая.

– Зачем вы взяли на себя такой труд? – спрашивает Нортон. – С какой целью?

– Чтобы помочь укрепить доверие между нами и ими. При дружественных отношениях торговля обычно идет легче. Наверняка вы и сами это заметили, ведя дела с индейцами.

– Значит, вы делаете это ради пользы Компании? Чтобы увеличить нашу прибыль?

– Ради Компании, да. Но еще и ради собственного развлечения.

Нортон заинтересован.

– Развлечения? – переспрашивает он. – Выходит, вы находите удовольствие в разговорах с туземцами?

– Я нахожу их честными и прямолинейными, чего не могу сказать о некоторых из моих товарищей.

Услышав это, Шоу не удерживается от смешка, а когда Хирн оборачивается, улыбается и подмигивает ему.

– Капитан Первис говорит, что среди экипажа у вас почти нет друзей, – говорит Нортон. – Утверждает, что вы предпочитаете одиночество.

– Пожалуй что, и так. Это считается недостатком?

– Недостатком? Боже упаси! Скорее напротив. Насколько я знаю других моряков, это, скорее, признак редкой разборчивости.

Он смотрит на Шоу и смеется, Шоу в ответ улыбается и кивает. Хирн чувствует, что они над ним подшучивают, и ему это приходится не по нраву.

– На меня были жалобы? – спрашивает он. – Вы меня поэтому позвали?

– Никаких жалоб на вас я не слышал. А вы слышали жалобы, мистер Шоу?

– Ни единой.

– Тогда что вам от меня нужно?

Хирн понимает, что было бы разумнее поумерить тон и дать Нортону объясниться должным образом, но зимняя хандра еще не оставила его, и, сидя среди показной роскоши, он беспокоится, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Я сейчас все объясню, – добродушно отвечает Нортон. – Но сначала непременно выпейте бокал этого вина. Если всю зиму пить ром Компании, дурное расположение духа вовсе неудивительно.

Хирн собирается снова отказаться, но Нортон уже наполнил кубок и, наклонившись через стол, протягивает ему.

– Попробуйте, – говорит он. – И скажите мне, что думаете об этом.

Пригубив вино, Хирн ощущает его тепло и богатство вкуса на языке.

– Хорошее?

– Да, – соглашается Хирн. – Очень. Спасибо, сэр.

Нортон откидывается на спинку кресла с таким довольным видом, словно главная цель его жизни – не управление фортом, а счастье Тома Хирна.

– Вы служили на флоте во время недавних войн против Франции. Верно? – спрашивает Нортон.

– Три года. А до того – в торговом флоте. В основном участвовал в торговле на Балтийском море.

– А почему решили перебраться на Гудзонов залив?

– Когда закончилась война, с флота списали сразу половину моряков, и наняться на судно стало трудно. Я повстречал плотника Белью, только что подписавшего контракт, чтобы отправиться в Гудзонов залив, и он уговорил меня.

– Вы довольны жизнью здесь? – спрашивает Шоу. – Или сожалеете о своем выборе?

– Предпочитаю заниматься делом, поэтому зимние месяцы мне не слишком по душе, но, за исключением этого, да, в основном доволен.

– Вы привыкли к жизни на море, среди бескрайнего океана, где вокруг нет ничего, кроме воды и неба, поэтому фактория зимой, должно быть, кажется вам тесной.

– Иногда так и есть.

Нортон многозначительно кивает, словно радуясь тому, что сумел подтвердить давние подозрения.

– Тогда у меня есть для вас необычное предложение, Хирн, – говорит он. – Кое-что, способное поднять вам настроение и вернуть летнюю улыбку.

Хирн делает еще один большой глоток из кубка и чувствует, как тяжесть скуки и раздражения начинает отступать.

– У вас есть для меня поручение? – спрашивает он.

– Верно, поручение. Причем не быстрое и не простое. Если вы на него согласитесь, вы больше не будете знать скуки и нетерпения. Это я вам обещаю.

– То, что я испытываю… Это трудно назвать нетерпением.

– Что бы это ни было, уверяю, если вы согласитесь на мое предложение, у вас не останется ни времени, ни сил тревожиться по этому поводу.

– Мы готовим экспедицию далеко на север, в Бесплодные Земли, и нам нужен еще один человек, – говорит Шоу. – Отправляемся в течение месяца.

– Экспедицию с какой целью?

Шоу вместо ответа смотрит на Нортона. Тот отрывает от стола указательный палец, давая сигнал молчать, и с улыбкой смотрит на Хирна.

– Мы получили сведения о залежах некоего минерала, – произносит Нортон. – Цель экспедиции – подтвердить их существование и по возможности начать их разработку.

– Какого рода залежи?

– Такого рода, который требует строжайшего соблюдения тайны от всех участников, потому что, если известия просочатся за границу, это может серьезно навредить интересам Компании. Прежде чем я расскажу вам подробности, необходимо убедиться, что вам можно доверять.

– Если поручение настолько важное, почему вы выбрали именно меня?

– Потому что вы – честный и работящий человек. Увы, у нас в форте полно сплетников и лодырей, но я вижу, что вы сделаны из другого теста.

– Вы мне льстите.

– Я говорю сущую правду.

– То, что вы умеете разговаривать с эскимосами, тоже очень полезно, – говорит Шоу. – Неподалеку от места, куда мы направляемся, есть поселение туземцев, и, чтобы добиться успеха, нам понадобится завоевать их доверие.

– Так что, как видите, вы обладаете и умениями, и личными качествами, которые нам нужны, – добавляет Нортон. – Но, как я уже говорил, мы хотим убедиться, что можем рассчитывать на ваше молчание, прежде чем сообщить подробности.

Нортон умолкает, но продолжает пристально смотреть на Хирна, словно пытаясь силой мысли заставить его выдать какую-нибудь доселе скрытую слабость. Хирн, угадывая его намерения и чувствуя себя менее скованным под действием вина, смотрит на него в ответ властно и