Двойняшки от миллиардера - Тая Наварская

— Да, — Алекс довольно кивает.

— Вы оба молодцы, — приобнимаю двойняшек. — Мне так нравятся ваши рисунки.

— Спасибо, мамочка! — звонко чмокают меня в обе щеки.

Вот это я понимаю, достойное завершение сложного дня. Когда я с детьми, на душе неизменно становится легче.

— Сонь, пошли, — в дверях появляется мама. — Я тебе уже наложила.

— А ребятам?

— Они поели. Буквально за полчаса до твоего прихода.

Споласкиваю руки и бреду на кухню. Тесное общение с мамой хорошо еще и тем, что по будням я могу рассчитывать на горячий домашний ужин.

— Ну, как дела на работе? — родительница ставит передо мной тарелку с ароматными голубцами.

— Да нормально. Особых новостей нет.

Я предпочитаю не посвящать маму в рабочие сложности. Помочь она все равно не поможет, а вот распереживается будь здоров.

— Ясно, — садится напротив. — С Мироном давно разговаривала?

Внезапный интерес к персоне моего бывшего мужа удивляет. Мы с Мироном разошлись почти четыре года назад, и с тех пор наше общение носит чисто эпизодический характер.

— Давно. А почему ты спрашиваешь?

— Не знаю, Сонь, — неопределенно поводит плечами и вдруг выдает. — Тебе не надоело жить одной?

Ну приехали. Походу, меня ожидает очередная лекция на тему моего постыдного одиночества. Разумеется, я и сама знаю, что личная жизнь сейчас не на пике, но обсуждать это с родительницей выше моих сил.

— Мам, я не одна. Я живу с детьми.

Ну а что? Прикинуться дурочкой — не худшая стратегия.

— Это понятно, — закатывает глаза. — Ну а как же мужчина? Неужели ты не хочешь полноценной семьи?

— Ну ты же живешь без мужчины, и ничего.

— Я вдова, — выдает с апломбом.

— Ну а я разведенка с прицепом, — пожимаю плечами. — Не самый ликвидный товар на рынке одиноких женщин.

— Соня! Ну зачем ты так? — делает оскорбленный вид.

— Ну а что, мам? Я всего лишь говорю правду. У меня двое малолетних детей, и я выше крыши загружена работой. Вряд ли в ближайшее время мне светят какие-либо отношения.

— Зря ты все-таки с Мироном разошлась, — вздыхает.

Начинается.

— Мам, ты же знаешь, что он сам ушел! — вспыхиваю. — Или мне нужно было его наручниками к батарее пристегнуть?!

— Ну почему сразу наручниками... Просто похитрее нужно было быть. Поласковее. Мужчины ведь крайне примитивны. Им нужно знать, что их любят.

Окунаться в воспоминания четырехлетней давности неприятно, но они сами накрывают меня с головой. Мама права, наш с Мироном брак распался в большей степени по моей вине. Вот только причина вовсе не в том, что ему не хватало ласки.

Просто дети, которых он так ждал, оказались не его. И факт моего предательства, на которое он поначалу был готов закрыть глаза, снова предстал перед нами во всем своем ранящем безобразии.

Когда двойняшки только родились, было совершенно непонятно, на кого они похожи. Ну, то есть рыжие шевелюры однозначно выдавали мои гены, но вот от Мирона там не было и следа. Первый год муж пребывал в уверенности, что это его дети. Ведь я специально подделала результаты ДНК-теста. Я правда хотела, чтоб он был их отцом. Однако, чем взрослее становились двойняшки, тем больше походили на человека, чье имя в нашем доме было под запретом. Они становились маленькими копиями Максима Багирова. Те же глаза, те же носы, те же характерные подбородки. Они от него даже родимое пятнышко унаследовали.

Разумеется, Мирон это замечал. Не мог не заметить. Но ничего не говорил. Мы прожили почти два года, боясь озвучить друг другу главное. Он знал, что я ему солгала. А я знала, что он об этом знает.

Конечно, подобное положение вещей не могло продолжаться вечно, и неудовлетворенность Мирона вылилась в интрижку на стороне. Когда я узнала о существовании другой женщины, то испытала смесь самых разных эмоций: от вполне естественной обиды до мрачного осознания, что это в какой-то мере заслуженно. Ведь, когда я спала с Багировым, мы с Мироном официально состояли в отношениях. Я пожинала то, что посеяла.

Длительное выяснение отношений, взаимные упреки, скандалы — все это длилось несколько месяцев, а потом Мирон собрал вещи и ушел. Насовсем. К той самой женщине, на которой теперь счастливо женат.

— Мирону хорошо в новой семье, — отвечаю после небольшой паузы.

Это действительно так. Где-то год назад он сам мне в этом признался. Сказал, что давно искал такую женщину, как его Ольга. Домашнюю, хозяйственную, покладистую. Мне было довольно странно это слышать, учитывая то, что я — совсем не такая. Мы состояли в отношениях двенадцать лет. Выходит, что оба просто потратили это время впустую.

— Я поняла-поняла, — мама кивает. —- Я же не призываю тебя снова сойтись с Мироном. Просто обращаю внимание, что он после разрыва с тобой смог найти новое счастье. Так, может, и тебе стоит попробовать?

— Ма-а-ам, — испускаю протяжный вздох. — Ну, к чему этот разговор? Ты же знаешь, мне элементарно некогда ходить по свиданиям.

— Знаю. А что, если сходить всего лишь на одно? — она заговорщически мне подмигивает.

Напрягаюсь. Раньше из ее стремления устроить мою личную жизнь ничего хорошего не выходило.

— О чем ты? — у меня аж голубец поперек горла встает.

— Ты помнишь Элеонору Васильевну Петровскую? Это моя приятельница. Мы вместе ходим в вязально-книжный клуб. А еще пару месяцев назад она стала посещать нашу церковь, и...

— Ближе к делу, мам, — поторапливаю.

— Так вот, у Элеоноры Васильевны есть сын. Иннокентий. Он в высшей степени достойный мужчина: холост, умен и владеет собственным крайне прибыльным бизнесом...

— Подожди-подожди, — пугаюсь. — Только не говори, что пытаешься его мне сосватать?

— Ну а что такого? — мама всплескивает руками. — Ты одинока, Иннокентий — тоже. Почему бы двум хорошим людям не попробовать найти что-то общее?

Господи. Какой кошмар. Мне уже далеко за тридцать, у меня двое детей, а мать до сих пор пытается втюхать меня какому-то непонятному встречному-поперечному!

— Я не хочу иметь ничего общего с этим твоим Иннокентием!

От возмущения откусываю слишком большой кусок и чуть не давлюсь. Приходится откашляться.

— Что за категоричность, Соня? — мама негодует не меньше моего. — Ты еще не