Древесный маг Орловского княжества 14 - Игорь Павлов
Признаться, очень не хватает крыльев. Хоть я и владыка Хабарилов, но смотрюсь здесь, как простое пресмыкающееся. Тогда как у самой Ситри летунов — хоть задницей ешь. А они самые обычные демоны.
Мыши понесли так быстро, что и глазом не успел моргнуть, как корыто перевернулось, и Навь оказалась внизу. Промчав над каньонами, растрескавшимися пустошами и лавовыми реками, корыто опустилось в кратер у подножья дворца владычицы.
Скальную глыбу обрамляет река из падших, повсюду свисают наказанные демоны, душераздирающий стон, перерастающий в хоровое психоделическое безумие, накрывает с головой. В общем, всё по — старому. Будто и не уходил.
Чуть посомневавшись, двинул по мосту через пропасть, откуда торчит лес костлявых когтистых лап. Под аркой никто не встречает, поэтому свободно прохожу в зал. Внутри кроваво — лавовая купальня, повсюду сплелись сочные и подкаченные краснокожие тела в сладостных стонах — оргия в самом разгаре.
Ситри распознаю сразу. В полупрозрачной вуали на сексапильное тело она вальяжно полулежит на троне из костей, подпирая свою усталую голову. Взгляд из гипнотических звёздочек наполнен безразличием, на кукольном лице отражается глубокая скука. До последнего она делает вид, что меня тут нет. Хотя остальные затихают, когда я начинаю движение. Кто рядом на пути — замирает вообще, остальные перестают придаваться любви, переводя всё внимание на гостя.
Сама же владычица не смотрит на меня, будто задумалась. Но стоит приблизиться к бассейну с кровью, за которым стоит её трон, она поднимает взгляд, прошибая меня, будто лазером.
И это лучшее напоминание о моём жалком бессилии, с которым нахожусь в её полной власти. А то разлетался в своём мире, перестав бояться демонов. Иной раз думаю, когда же будет расплата за мою самоуверенность. А надо просто к Ситри в гости наведаться, и всё встаёт на свои места.
Взгляд её бодрит. Ещё как бодрит! По сути, она здесь всесильная богиня, от воли которой зависит моя судьба. По крайней мере, пока нахожусь в этой адовой жаровне. И непосредственно во Дворце, где время бежит для моего мира непозволительно быстро.
— Приветствую вас, Высшая Ситри — властительница Нави! — Кланяюсь.
Первые три секунды демоница не реагирует, затем растягивает улыбку, обнажая острые клыки.
— Шестой Хабарил пожаловал по первому зову, — произнесла с нотками иронии. — Похвально.
— Как я могу заставлять ждать свою повелительницу, — поклонился ещё раз. — Без вашего прекрасного лика в Кровавом мире мне было очень тоскливо. А теперь при виде вас, осознаю, как сильно соскучился.
Понимаю, что владычицу этими сладкими речами не прошибёшь. Но так сложно устоять и не вылепить ей пару комплиментов.
Ситри закатывает глаза, делаясь ещё более надменной.
— Если бы ты не был так полезен в Кровавом мире, я бы исполнила твоё лестное желание и оставила при себе, — произнесла она повелительно. — Однако Навь впитала столько падших душ, отправленных тобой, что теперь благоволит своему кормильцу. Довольна Навь, довольна и я. Поэтому прими мою благосклонность и познакомься со своей дочерью, которая с этого оборота признана десятой Ситри. Каллисто, выходи к папочке.
Как только кроха показалась из — за трона, всё вокруг заволокло непроглядной пеленой, скрывая взрослые голые тела. В платье из сине — фиолетовых граней она выглядит, как обычная пяти — семилетняя смуглая девочка. Милое личико, напоминает мамкино, вот только волосы светлые, как у меня. Глаза тоже от Ситри, но на жёлтых белках не красные, а голубые гипнотические звёздочки, которыми она мгновенно очаровала меня.
Впервые увидев здесь ребёнка, я даже растерялся.
— Какая взрослая, — не удержался от комментариев. — А точно моя?
Сиера уставилась на меня с прищуром, будто готова вот — вот вдарить, что аж в груди похолодело.
— Сомневаешься? — Произнесла испытывающе.
— Нет, что вы. Просто слишком быстро выросла…
— Не ровняй по червям из Кровавого мира, — бросила надменно. — Демон растёт и познаёт мир по силам своим и милости Нави. Кто — то и за тысячу оборотов остаётся никчёмным слабаком, но найдётся особенный и талантливый, достойный инициации и после десяти оборотов. Каллисто вышла на редкость способным демоном, достойным называться Десятой. Остальные твои дети никчёмны, затерялись в реке падших, где забыты. А Каллисто вырвалась сразу. Да, дочь?
— Да, Великая мать, — произнесла девочка как — то слишком по — взрослому и с прищуром посмотрела на меня. — Это и есть отец?
— Он самый.
— Такой слабый, — хмыкнула, нахмурив нос. — Какая жалость.
Ах ты пигалица.
— Прими его с уважением, каким бы он ни казался, — произнесла Ситри наставнически. — Демоны чуют в нём слабость, но это его коварная уловка. Он победил моего врага, когда мне это было не по силам. А затем дал такую особенную тебя, тогда как тысячи самых сильных демонов за сотни оборотов не смогли наградить меня потомством и десятой части твоей духовной мощи.
— Благодарю, великий отец, — выпалила девочка, расплывшись в очаровательной улыбке.
Ситри махнула вальяжно, и та поспешила ко мне с обычной детской живостью.
То не было у меня детей, то сразу двое. Только не знаю теперь, радоваться или плакать. Каллисто встала в метре от меня, засомневавшись. Опустился на колени, чтоб быть на одном уровне.
Вроде милая и нежная крошка, которую хочется затискать по — отцовски. Но что — то ужасающее в ней таится, чую это, и дыхание пытаюсь выровнять, которое вдруг перехватило.
— Какая ты красавица, вся в маму, — произнёс, состроив из себя отца. — Ну иди сюда, милая, познакомимся поближе.
Засомневавшись, малышка посмотрела на мамашку. Та коротко кивнула, и только тогда Каллисто сделала шаг. Взяв за подмышки, поднял растерянную демоничку на руки, посадив на локоть.
— Ну рассказывай, как твои дела? Чем занимаешься на досуге? Чем похвастать можешь? — Спрашиваю обыденно.
От таких вопросов малышка растерялась ещё больше. А затем уставилась на меня с какой — то нездоровой заинтересованностью. Продолжая игнорировать нашу беседу, она подалась вперёд, как опасливый зверёк, и понюхала мою шею, по которой сразу пошли мурашки.
— От тебя так сладко пахнет, папочка, — выпалила хищно. Обхватила за шею, прижимаясь.
Почуяв её скользкий язык на коже, отодрал от себя быстро и поставил на ноги. Вот сучка мелкая, чуть не сожрала.
Смотрит в ответ с обидой, будто конфетку отобрал.
— Хочу на ручки! — Требует, лапки поднимая.
— Хорошего понемножку, деточка, — парировал я и посмотрел на ухмыляющуюся Ситри.
Которая вдруг прыснула и начала раскатисто смеяться, аж стены задрожали, и что — то мелкое на башку посыпалось. В зале суета пошла, а снаружи загремели цепи, стали демоны в реку срываться.
Каллисто оскалилась, зашипела, как змея, развернулась резко и