S-T-I-K-S. Надежда - Даниил Владимирович Ткаченко

— Холод, ответь Зрячему. Холод — Зрячему. Сука! — расстроился Пионер, убрал рацию. — Кто я такой? Вася Пионер. Обычный человек. Не мур, не сектант. Просто мне хорошо платят за информацию. А недавно стали платить еще лучше за то, чтобы я сообщил, если вдруг кто резко начнет интересоваться пионерскими лагерями. Вот и все. Не хотел я вас сдавать, понравились вы мне…

Ник не удержался от саркастического смешка. Пионер зло зыркнул.

— Что ты хмыкаешь, лошадь? Думаешь, я не понимаю, на кого работаю? Правильно думаешь. Но догадываюсь. Думал, разживусь с вами финансами, уйду в далекие стабы… Я догадывался, что вы, уроды, темните. Но не думал, что вы такие кидалы и ублюдки.

Ник внутренне похолодел. Вот оно что… Все это время рядом с ними был предатель, и никто даже представить не мог, что Пионер связан с мурами или внешниками! Хотя тот прав, никто ему напрямую ничего не говорил, просто попросили по-хорошему. Или по-плохому. Но догадаться, что работаешь на крупную силу можно. По словам Пионера, ему платили как минимум несколько лет подряд. И платили хорошо.

— Ну, так нахрена вы искали лагерь?

— Это гораздо круче любой жемчужины, — сказал Ник. — Я расскажу, но только если развяжешь и мы уйдет отсюда.

— Ты вроде умным выглядишь, — огорчился Пионер. — А такую туфту гонишь.

— Если сдашь нас, всей правды не узнаешь. Кто ты такой, чтобы перед тобой отчитывались? Просто сту… осведомитель… — Ник осознанно допустил оговорку. Нужно пробовать разные модели общения с Пионером, возможно, какая-то да сработает. — Даже если расскажем тебе сейчас, без нас ты с этой информацией ничего не сделаешь.

— Сначала ты скажешь, потом я решу, стоят твои слова или нет.

— Мы ищем путь домой, и уже почти нашли, он точно есть… — быстро заговорил Ник.

— Понятно, — Пионер громко выдохнул, в его глазах блеснули злость, разочарование. — Я уж думал…

— Зрячий, Зрячий, я Холод, — ожила рация Пионера. — Ответь.

— На связи! — встрепенулся Пионер. — Холод, у меня три клиента, они в тринадцатом лагере! Я с ними.

— Что вы там делаете? Почему раньше не доложил?

— Так получилось! — занервничал Пионер.

— Понял тебя. Ждите.

Рация замолчала.

— Ты же осознаешь, с кем сейчас говорил? — злорадно спросил Кирилл. — Или как обычно выедешь на том, что ты маленький и несчастный, зачем тебя проверять на контакт с мурами и внешниками?

— Не понимаю, о чем ты, — невозмутимо ответил Пионер. — Не знаю таких. Меня попросили — я доложил.

— И часто ты тут бываешь? — спросил Ник.

— Где? Тут? Да первый раз с тех пор, как в Стиксе появился. Лагерь тогда еще нормальным прилетал, живым.

— Но как ты своих хозяев вызвал? Откуда знал, что они рядом?

— Да ниоткуда. Наугад попробовал. Если бы не отозвались — пристрелил бы вас и ушел…

— А… — Ник открыл рот, чтобы и дальше отвлекать Пионера, очень не нравилось направление его взгляда, но получил ботинком по лицу.

— Это тебе за «хозяев».

Пионер натянул Кириллу на голову капюшон его куртки, затянул шнурки так, что тот ничего не мог видеть.

— А то начнешь умением своим бить… Что, растратил все на рубера? Или кого ты там завалил?

— Какой же ты балабол! — не выдержала Алиса, съежилась.

— Захлопнись. Хотя… Слушай, красавица, — Пионер похабно улыбнулся. — Мы же с тобой так и не пообщались толком!

Пионер схватил Алису за шиворот и с внезапной легкостью потащил к главному корпусу, словно Алиса ничего не весила.

— Пусти! Урод!

Алиса извивалась, дергалась, но Пионер, казалось, не замечал никакого сопротивления.

В голове Ника тяжело стучало, он задыхался от ярости, наблюдая, как они удаляются, пытался придумать выход, как освободиться. Кирилл рычал, изрыгал проклятия, обещал Пионеру все мыслимые и немыслимые кары. Но мелкий ублюдок подчеркнуто неспешно тащил Алису в здание.

Внезапно от въезда в лагерь раздался шум колес, и все увидели броневик внешников.

Шесть колес броневика перестали вращаться, приземистый вытянутый корпус качнулся на рессорах. Эта техника мало походила на ту, которую использовали бывшие коллеги Рамова, но его бесшумный ход на электродвигателях ясно давал понять, кому он принадлежит.

Кирилл, дергая головой и помогая плечом, скинул капюшон с глаз. Пионер выпустил Алису, засуетился. Поправил автомат, вяло махнул рукой. От его самоуверенного и властного поведения ничего не осталось. Потом дошло — скорее всего Пионер почти в ноль слил свой дар невидимости, и надолго остался беззащитным.

Пулемет броневика красноречиво прошелся по окнам корпуса, рядом с ним завертелась какая-то зеленная выгнутая коробочка. РЛС, понял Кирилл. Радиолокационная станция, которая позволяет легко просканировать окрестности на предмет живых существ и не только. Ничего фантастического, технология старая, надежная.

Двери броневика распахнулись, вышло трое человек, спокойно и уверенно направились к Пионеру и пленникам. В центре шел высокий круглолицый мужчина с очень деревенским лицом, волосы редкие, бесцветные. Слева двигался рыжий дылда с ручным пулеметом, справа мужчина с вытянутым лицом, не лишенным какого-то налета интеллигентности. Всех их объединяло одно — аура профессионализма, уверенности и жестокости. Их глаза шарили по окрестностям, все подмечали.

Троица молча и без выражения уставилась на Пионера.

— Я — Зрячий! — представился тот, нервно переступил. Посмотрел на Алису, которая поднялась на колени и рассматривала пришельцев.

— Ты их так? — круглолицый скупым движением головы указал на пленников.

— Я. В одиночку, — уточнил Пионер.

Троица удостоила его чуть более внимательным взглядом, и уважения в нем не было, насколько мог заметить Кирилл. Только оценка.

— Я — Холод, — представился круглолицый. — Зачем ты привел их сюда? Почему не доложил раньше?

— Не смог. Было много незапланированных перезагрузок кластеров, связь не работала. Я нанялся проводником, вот и…

Кирилл лихорадочно соображал, стоит ли сказать, что Пионер врет. Повлияет ли это на их судьбу? Маловероятно… Разве что подгадить мелкому ублюдку.

Чем больше говорил Пионер под взглядом Холода, тем сильнее путался, волновался, бегал глазами. В какой-то момент, поняв, что заврался, замолчал и уставился в сторону.

— Зачем они искали лагерь?

— Говорили, нычка у них тут, но врут,