Геном Пандоры: адаптация - Андрей Куценко
— А остальные? Тебя не смущают миллиарды трупов? — не удержался я. Хотя с претензиями стоило завязывать. Если разозлю эту мразь, то вряд ли узна́ю, что они задумали.
— Ну Алекс, перестань, — лысый поморщился. — Когда тебя волновали другие? Ты ведь даже предложение о контракте с нашей корпорацией брезгливо отклонил. Не хотел, видите ли, терять свободу выбора. Я, знаешь ли, хлопотал за тебя. Прими ты тогда правильное решение, всё было бы по-другому.
Я кивнул. Контракт с NAVY я отклонил, как и десятки других предложений от разных корпораций. И в чём-то этот холёный ублюдок был прав. Не было бы тех дней, когда я упорно боролся за жизнь, проходя по грани. Когда видел хаос и трупы на улицах. И смотрел в глаза девчонке, которая в один день потеряла обоих родителей, а потом выживала в городе, полном хищных тварей. А ещё я помнил лица убитых людей, которым был обязан жизнью. И понял, что такое плечо друга, который готов прикрыть твою спину, а ты — рискнуть жизнью ради него. Может быть, приняв предложение NAVY, я сидел бы сейчас в таком же офисе и радовался, что вовремя прикрыл свою задницу. Но я не принял. И теперь был рад, что не получил шанса стать холёной сволочью, которая пляшет на костях других.
— Возможно, Адам, — ответил я, с трудом отстранившись от своих мыслей. — И сидел бы сейчас в какой-нибудь дыре без права голоса.
— А вот тут ты заблуждаешься, — он довольно хмыкнул и щёлкнул пальцами.
Мой стакан бесшумно оторвался от стола и медленно полетел в его сторону. Глаза Адама загорелись безумными искорками, а самодовольная ухмылка расползлась по всему лицу. К моему бокалу присоединился и его. Немного покружившись друг за другом, они легонько соприкоснулись с тонким звоном и полетели каждый к своему хозяину.
— За новый мир, Алекс! — поднял он свой бокал.
Аккуратно подхватив бокал, висевший у меня под носом, я механически повторил жест Адама и сделал ещё один глоток. Нельзя срываться, Алекс! Ты должен играть роль и всё анализировать. Значит, эта мразь улучшила себя мутациями. Интересно, на какие ещё фокусы он способен? С ним нужно быть предельно осторожным.
— Впечатляет, Адам, — я с заинтересованным видом похвалил его. — Хочешь сказать, что тут всем такие плюшки раздают?
— Ну что ты! Только лучшим. Но это только вершина айсберга. И если хочешь узнать больше, нам сначала нужно договориться.
— А у меня есть выбор? — я понимал, что нужно поломаться, перед тем как «согласиться». Иначе выйдет неправдоподобно.
— То же самое ты сказал Диане, и где она теперь? — Адам повертел бокал в толстых пальцах, разглядывая остатки спиртного на дне, и поставил его на стол.
— Требует моей крови, — чуть улыбнулся я.
— Вот именно. В этот раз мы поступим по-другому. Ты задашь свои вопросы. Я постараюсь на них ответить. А потом сделаю тебе предложение. И ты сам определишь своё будущее. Всё просто, — лысик развёл руками.
— Да уж, проще некуда, — согласился я.
Конечно, доверять этой мрази нельзя. Но он знал, что деваться мне некуда: ситуацией он владел полностью. А я пытался выцарапать у судьбы хотя бы малейший шанс и сканировал пространство. За время недолгого разговора я уже успел почувствовать энергопотоки, текущие за обшивкой стен, скрытые камеры, электронные модули. С каждым разом мне удавалось делать это всё легче и легче. Скоро и интерфейс будет не нужен. Скорее, будет даже мешать.
В этот раз мне удалось выявить нечто интересное. Три странных флуктуации находились прямо в комнате, и, не будь прошлого опыта общения с Дианой, я ни за что бы не догадался. Трое присутствующих людей имели сильное экранирование. Видимо, свойство защитных доспехов и одежды. То-то лысый упырь чувствует себя так вольготно!
Ладно, учтём на будущее. Сейчас проявлять агрессию не рационально. Для начала посмотрим, куда выведет кривая разговора.
Я хотел сделать ещё один глоток из бокала, но передумал. Организм уже пришёл в норму, а предстоящий разговор требовал предельной концентрации.
— Как давно ты владеешь телекинезом?
Вопрос на секунду выбил его из колеи.
— Хм… думал, ты начнёшь с другого. Но ладно. Вижу, новые возможности интересуют тебя больше всего. И это даже хорошо. Я расскажу, но давай лучше начнём с тебя. Каким образом ты привил себе два генома и как научился так филигранно ими пользоваться?
Вопросом на вопрос? Что ж, мне не жалко:
— Если ты про ваш нейровирус, — презрительно хмыкнул я, — то тут и новичок запрятал бы работу основных алгоритмов получше. Мне понадобилось полчаса, чтобы разобраться, что к чему. А дальше — дело техники.
Он скрипнул зубами, но кивнул. Мой ответ был ему как плевок в лицо. Ну, пусть утрётся.
— Спасибо за откровенность, Алекс. Ты не перестаёшь меня удивлять. Полчаса! Надо же. Я передам твой ответ, куда нужно. Но разве ты не понял, что подвергаешь себя неоправданному риску?
— Выбора особо не было, знаешь ли, — пожал я плечами. — Но как видишь, я здесь.
— Тебе крупно повезло. Скажу больше. Две мутации второго и третьего грейдов, вставшие как нужно, говорят о большом потенциале!
— Грейда?
— Пока ещё об этом рано. Но если ты докажешь свою лояльность, то будущее предстанет перед тобой совсем в другом ракурсе. Возможно, тобой даже заинтересуются хозяева.
— Хозяева? Зачем я сдался совету директоров NAVY?
— Я не про них, — он загадочно улыбнулся. — Но пока не будем об этом. Скажи, как ты адаптировался так быстро? Аналитики по косточкам разобрали твои недавние действия и пришли к выводу, что синхронизация достигла четвёртого уровня. За две недели это просто невозможно.
Внутренне я усмехнулся. Старая крыса не ответила ни на один мой вопрос, но спешит задать свои.
— А вы не пробовали делать оцифровку реакций нервной системы?
— А это зачем?
— Ну, чтобы развивать свои способности.
— Если ты про визуализацию даров, то специалисты не рекомендуют этого делать. Скорость адаптации резко падает. Но ты всё равно набросай алгоритмы. С тобой ни в чём нельзя быть уверенным.
— Набросаю, если договоримся.
Адам довольно кивнул и расплылся в кресле. Его бокал вновь поднялся в воздух.
— Раньше это назвали бы фокусом, а меня — ловким обманщиком. Но я скажу, что это нас обманули. Всех людей, живущих на этой земле. Заперли в тюрьме собственного тела и приставили стражников.
— Стражников? — хмыкнул я. — Надеюсь, это аллегория.
— Отнюдь, Алекс. Отнюдь. Можешь воспринимать