Геном Пандоры: адаптация - Андрей Куценко

— Так я тебя и отсюда хорошо слышу, — заверил я.

— Для искреннего разговора нам нужен более тесный контакт, — она сделала небольшой шаг ко мне.

— Насколько тесный? — я, в свою очередь, отступил на шаг и упёрся в стену.

— Надо сказать, я несколько разочарована, — вздохнула она. — Не ожидала, что такой умный парень, как ты окажется ужасным снобом. А могли бы совместить приятное с полезным. Но если хочешь, давай ограничимся рукопожатием.

— Это зачем?

— Чтобы почувствовать твои биоритмы и понять, правду ли ты говоришь, — неожиданно искренне ответила девушка. — Я задам тебе несколько вопросов. От ответов на них будет зависеть, как мы поступим с тобой дальше.

Её тон резко изменился. Нимфетка куда-то улетучилась, уступив образу хищницы с кровожадным блеском в глазах. И даже легкомысленное платье на это никак не повлияло.

— И с чего мы так разоткровенничались? — поинтересовался я.

Всё моментально встало на свои места, но не сказать, что это меня сильно обрадовало. Стало ясно, что, скорее всего, она сильный эмпат. И для полноты информации ей необходима сонастройка с объектом. И, как я понял, желательно в горизонтальном положении.

Я прямо слышал комментарии Мии. Типа, Алекс, держись от неё подальше.

Как же мне её не хватает. Словно потерял какой-то орган чувств. Но, с другой стороны, понятны и потуги NAVY. Распотрошив мой чип, они тут же поняли, что я его обнулил. Как и то, что я обнулил чипы Андрея и Таисии. Со всеми кодами мутаций и прочей информацией. А эта маньячка — просто усовершенствованный детектор лжи. Ладно, кого я обманываю. Она явно не так проста. Скорость движений, уверенность в своих силах, плюс экстрасенсорные способности. Даже платье на ней из какой-то хитрой ткани. А если подумать, то через скрытые камеры на меня сейчас целый отряд аналитиков смотрит. С группой спецназа, готовой ворваться, если что-то пойдёт не так.

Осмысление происходящего заставило меня немного успокоиться. Пусть они думают, что всё под контролем, а мне нужно собрать побольше информации. И выгадать немного времени.

— Ладно, — хмыкнул я и занял её кресло. — Я готов побыть паинькой, но давай сначала просто немного поговорим.

— Хорошо, — улыбнулась она и присела на мою кровать. — Но только немного.

Если судить по внешности, то ей не больше двадцати пяти. Гибкая стройная фигура, асимметричная причёска в стиле нео-аристо, которая удивительным образом подчёркивала правильные черты лица. И миндалевидные глаза изумрудного цвета, придающие некий экзотический шарм. На любом конкурсе красоты будет как минимум в призёрах. Но всё портил этот взгляд. В те секунды, когда я брыкался, за миловидной внешностью глупышки, проступал жёсткий оскал профессионального убийцы.

Скорее всего, у неё в арсенале несколько убойных мутаций. Как минимум одна боевая. Вторая заточена на допрос. И, судя по высокомерной ухмылке, репарирующий ген этой мадам явно не требуется. Пытаться сбежать сейчас — это верх глупости. Слабенький разряд я кинул так, для проверки. Результат говорил о том, что мои способности неплохо изучили. Так и какого чёрта им от меня нужно? Исходя из ответа на этот вопрос, и нужно строить линию поведения.

— У меня есть шанс выжить? — начал я в лоб.

— Всё будет зависеть от твоих ответов.

— А как повысить шансы вне зависимости от них?

— Это не обсуждается.

Я изобразил на лице милую улыбку, поднялся с кресла и вразвалку медленно пошёл по комнате, демонстративно повернувшись к ней спиной.

— Вы, видимо, плохо читали моё досье, милочка. Как вас там, кстати?

— Можешь звать меня Дианой. И скажи мне, что я пропустила.

— На каком месте в рейтинге программистов я нахожусь?

— На девятом. Если не брать специалистов, связанных корпоративными контрактами.

— Как вы думаете, о чём это говорит? — я повернулся к ней.

— То, что ты умный? — хихикнула она, снова превратившись в легкомысленную кокетку.

— Это само собой, — ответил я казённой улыбкой. — А ещё это говорит о том, что у вас аналитики ни к чёрту. Они правда сказали, что я буду сотрудничать без предоставления гарантий? Я даже без нейросети способен создать прогнозную модель, и предложенный вами вариант проваливается уже на второй ступени.

— Это на какой же?

— Я не знаю критерии ответов, которые вас устроят и позволят мне выжить. Так что идти на диалог нерационально. Если бы могли провести нужный допрос без моего согласия, то, скорее всего, мои останки уже летели бы в утилизатор. Поэтому мы возвращаемся к схеме, в которой я вам нужен, а вы мне — нет.

— А ты не рассматриваешь модель, что в случае отказа придётся воспользоваться опцией с утилизатором?

— Нерационально с вашей стороны. Что получит могущественная корпорация от смерти ещё одного несчастного? Меньше, чем ничего. А учитывая обстановку, — я обвёл взглядом помещение и вновь уставился на её грудь. — Вы изрядно похлопотали, чтобы уйти ни с чем.

— Грубишь, значит, — зло усмехнулась она. — И при этом такого высокого мнения о себе! А ведь ситуацию можно развернуть под другим углом. Например, вместо меня с тобой беседует другой одарённый. Который не столь вежлив, как я, и скажем так… с не столь безболезненными методами.

— Ваши нейросети подобрали самый оптимальный вариант, — я вернул ей ухмылку. — И если здесь ты, то альтернатива не столь привлекательна. В первую очередь для ваших интересов.

— Хм… Возможно, тут ты прав. И предположим, что даже боли не боишься. Этакая Жанна д'Арк для бедных. Только ради чего весь этот цирк? Ради кого ты собираешься страдать? Неужели из банальной гордости?

— Тебе этого не понять. Моя жизнь принадлежит только мне. Как и смерть. И выбор в любой ситуации делаю только я. И мне насрать на все ваши игры. Так что-либо мы договариваемся, либо иди на хер.

— Претенциозно, — хмыкнула она, слегка наклонив голову. — Ну, в таком случае и страдания твоих «друзей» для тебя лишь мелочь, не сто́ящая внимания.

— Может быть, я бы повёлся, если бы не знал цели вашего рейда на исследовательский центр, — я постарался придать лицу самодовольное выражение, а внутри ёкнуло. Значит, такие средства всё же пойдут в ход.

Усмешка с её лица вмиг пропала, уступая место жёсткой линии губ и сверлящему меня взгляду.

— Я в тебе разочарована, Алекс. Девочка для нас действительно важна, но ты только что сделал важный выбор для другого человека. Включить трансляцию!

Последняя фраза предназначалась не мне, но под ложечкой неприятно засосало. И когда дальняя стена комнаты пошла рябью, трансформируясь в голоэкран, я догадывался, что там увижу.

Ещё пару недель назад я бы презрительно хмыкнул, если бы меня пытались на что-то развести,