S-T-I-K-S. Надежда - Даниил Владимирович Ткаченко
Кирилл спустился на первый этаж, вылез через окно в огороженный внутренний двор. Открыл калитку в воротах, осмотрелся. В метрах ста стояла пятиэтажка. Неплохое место, чтобы отлежаться. Но наверняка она еще полна жильцов, вряд ли получится найти открытую свободную квартиру.
Внимание привлекли ряды гаражей вдоль железной дороги. Особенно один — двухэтажный. Его дверь, кажется, была не запертой.
Вокруг участка уже бродили свежие зараженные, приковылявшие на выстрелы. Но их останавливала аура рубера, пусть и мертвого. Кирилл видел, что все они, приблизившись на определенное расстояние, словно утыкались в невидимую стену, отбегали подальше и бродили кругами.
Кирилл мысленно обратился к умению. Это действие отдалось физической болью во всем теле. Значит, придется идти так. Он вышел за территорию, и стараясь держаться за деревьями побрел к гаражам. Повезло, никто его не заметил. Дверь гаража была открытой.
— Есть кто? — позвал Кирилл. Внутри темно, света и окон нет.
Никто не отозвался. Он включил фонарик на автомате, зашел внутрь и запер дверь.
На внутренности гаража это походило меньше всего. Машины внутри нет, смотровая яма закрыта деревянной крышкой. На стенах обои, пол застелен чистым ковролином. Ни следа масла, ржавчины, в углу диван, стол, напротив тумба с телевизором, от него тянутся провода игровой приставки.
На втором этаже все оказалось еще круче — обстановка такая, словно Кирилл оказался в квартире с дорогим ремонтом. Он закрыл дверь на засов, лег на кровать и отключился.
Глава 14
Третий лишний
Пионер снова дрых. Рамов никогда не думал, что его будет так бесить вид спящего человека. Алиса тоже посматривала на него недобро.
Скучно. Томительно. Муторно. В Стиксе тебя постоянно преследует усталость, если не физическая, то психологическая. Но сейчас отдых не ощущался. Слишком ненадежно их укрытие, и впереди неизвестность.
Кирилл на связь не выходил. Алиса сидела с мрачным лицом, иногда едва заметно шевелила губами. Девушка стала раздражительной, нервной. Ник видел, что терзает ее не только беспокойство за судьбу Кирилла. Словом, все так, как он и думал. Слишком способствовали самокопанию их ситуация и обстановка. Ничего другого, как думать о всяком, им не оставалось. Рамов остро пожалел, что не взял книгу. Начал читать в стабе одну интересную, но оставил. Кто же знал, что в рейде будет столько свободного и бесцельного времени…
Ник пытался разговорить девушку, отвлечь. Но та отвечала скупо, сжато, и избегала смотреть на него. Когда сели обедать, Ник потянулся за сухарями, которые лежали рядом с Алисой, и та неожиданно отдернула руку, словно Рамов был прокаженный, или это он приставал ночью. Это сильно разозлило. Ник решил не реагировать, но потом не сдержался.
— Что дальше? Вообще начнешь меня шарахаться, смотреть так, будто я тебя чуть не изнасиловал? Кириллу пожалуешься⁈
— Не говори глупости. Что на тебя нашло?
— Ты все прекрасно понимаешь.
— Нет. Не понимаю, — упрямо ответила Алиса.
Рамов не стал доедать, вернулся к себе на койку и уткнулся в очередную газету. Там писали про чудо-компанию «МамонтИнвест», чьи акции обещали 1200% годовых. Ниже опубликована история вкладчика, который продал квартиру, поросят, машину, шубу жены и к концу года планировал открыть страусиную ферму, первую в стране.
Ник хмыкнул, хотел показать статью Алисе, но осекся. Наверное, зря он на нее злится. В душе девушки сейчас полный раздрай. Страх и переживания за Кирилла наложились на чувство вины. Адский коктейль. Лучшее ее не трогать.
— Ник… Может, на дерево забраться? Оттуда Кирилла по рации позвать?
«Ну так залезай», — хотел ответить Рамов, но сдержался.
Скупо пояснил, что это мало на что повлияет. К тому же вокруг сосны, на них не залезешь просто так.
— Но ты можешь попробовать, — все-таки не выдержал он.
— Спасибо за поддержку. Ты настоящий друг.
— На здоровье.
Ник вышел на улицу. Обошел дом и сел на лавку. Квакали лягушки, где-то высоко в деревьях пронзительно крикнула птица. Из камышей выползла черепаха, заметила человека и удивительно быстро юркнула обратно. Хорошо, что черепахи не обращаются, — подумал Рамов. Вымахает такая зараза до размера «Запорожца», и укрепит панцирь, и фиг что с ней сделаешь. Разве что гранатомет носить.
Страшно хотелось курить. Ник не выдержал, сунул в рот сигарету. Вспомнил фронтовой способ — дым нужно надолго задерживать в легких, тогда при выходе он становился почти бесцветным. И накуриться так можно быстрее.
Скрипнула дверь. Алиса. Встала рядом. Попросила сигарету. Девушка и раньше пробовала курить, но каждый раз неудачно. Да и Кирилл начинал ей читать нотации.
Ник дал сигарету, объяснил, как затягиваться. После третьей затяжки Алиса ожидаемо побледнела, пошатнулась. Втоптала сигарету в мох.
— Как думаешь, Пионер что-то заметил?
Рамова вдруг пронзило болезненное желание — захотелось, чтобы Кирилл все узнал. Эта мимолетная мысль напугала, заставила растеряться.
— Нечего ему замечать. Мы просто грелись ночью. Что тут такого?
— И правда, — Алиса заметно повеселела.
Но Рамова ее реакция взбесила.
— Скажи, а если бы ночью я не остановился? Не оттолкнул тебя? Что тогда?
— Я просто знаю, что ты ничего плохого мне не сделал бы…
— Вот как? — Ник задыхался от сдерживаемого бешенства. — Знала, значит? И даже не допустила мысли, что я могу отреагировать иначе? А если бы я решил, что больше не хочу видеть тебя с Кириллом? Что тогда⁈ Никогда бы не подумал, что ты — такая эгоистка.
Алиса смотрела в землю, молчала. Ее лицо пылало красным.
— Потому что все могло закончится иначе, — Рамов встал, подошел к девушке. — Например, вот так.
Ник привлек Алису и поцеловал в губы. Он делал это вовсе не из-за проснувшихся чувств, а от злости. Грубо, небрежно, чтобы вогнать Алису в переживания и