Древесный маг Орловского княжества 14 - Игорь Павлов

В этот момент я мысленно взмолился всем Богам, лишь бы это была она…

— У вас получилось? — Первое, что спросила сиплым голоском девушка, снова на меня взглянув.

— Да, и только благодаря тебе, — выдавил и снова обнял её. Крепко, но бережно, как самое дорогое, что у меня есть. — Скажи мне, что это ты. А не она…

— Теперь Кумихо будет со мной, — прошептала в ответ Мейлин. — Ей наскучило забавляться тут. Она прочитала по платку, как много забав в твоём королевстве и согласилась оставить прежние привязанности.

— Я не позволю ей творить бесчинства, — заявляю.

— Нет повода для беспокойства, ваше величество, Кумихо уже читает мою душу и начинает любить то, что люблю я. Это неизбежно, когда две сущности так близки друг к другу.

Хотелось бы верить.

— А ты точно хочешь назад? — Спросил, всем сердцем жалея, что задал этот вопрос.

Но не затронуть эту тему я не мог. У неё должен быть выбор, особенно после всех этих жертв и страданий.

— Верните меня домой, ваше величество, — ответила Мейлин официозно, слабенько отпихнув меня. — И постарайтесь вести себя подобающе в пути.

— Обязательно, — ответил радостный и расцеловал её в обе щеки.

Ни с кем здесь прощаться не стал. Хоть и узнал парочку персонажей.

Разгоняя любопытных лисиц, которые топтали контуры, я всё — таки справился с порталом, через который мы и переместились в Ярославец. В Замок, где тихо и спокойно.

Продолжая держать в своих объятиях, спустил девушку на руках в малый зал. По дороге цаца попыталась возмутиться, но в итоге прижалась, как родная. Пусть и ненадолго.

Мы поужинали вдвоём. Цаца быстро набралась сил, поддерживаемая духом и снова взялась за своё, продолжая держать лицо даже в неформальной обстановке. Любуясь ею, не мог скрыть радости, улыбка не сходила с моей физиономии, даже когда я уплетал еду за обе щёки.

Под конец Мейлин сидела уже красная, как переспелый помидор, и поглядывала на меня с обидой.

— Ну ты чего? — Спросил, нарушая нашу игру в молчанку.

— Не могу понять вашего веселья, — выдала цаца с претензией и вообще отвернулась. — Мы договорились о ночи. Нет, он не будет нас гладить. В поместье попросим служанку, у неё лучший набор расчёсок в городе.

Последние фразы явно не мне адресованы. Судя по всему, Мейлин в своём теле главная. Надеюсь, так и останется.

Не сдержавшись, пересел поближе. Цяо поборола испуг и посмотрела на меня вопросительно. Два дня я тащил её по небу через весь Китай. Но даже после этого она не растеряла свою красоту и свежесть. Притяжение между нами так сладко. Я чую, как её многострадальное сердце набирает обороны, я вижу, как приоткрываются губы, не подчиняясь её сознанию.

Взяв обе лапки, целую одну, затем другую. Мейлин не стала сопротивляться, она даже обомлела, на миг её взгляд затуманился. Но тут уж я сам взбодрился, уловив в нём искорки лисьего сарказма.

— Что вы делаете, — ахнула Мейлин, опомнившись.

— Спасибо тебе за всё, что ты для меня сделала. Как я могу отблагодарить тебя, скажи?

Посерьёзнев, цаца секунд десять держит паузу, а затем произносит уверенно:

— Придёт время, и я дам вам ответ. А сейчас позвольте мне откланяться.

Под покровом вечера из тихого Замка Мейлин отвезли экипажем уже без меня. Я же отправился во Дворец, затаив дыхание. Первые же доклады обнадёжили. Никаких серьёзных происшествий, за исключением пропажи короля. В обычный день меня бы так не искали. А на балу с ног сбились, потому что потеряли на двое суток. Пришлось отдуваться по полной программе в наш последний день, уделяя внимание всем нашим гостям в этот прощальный вечер.

Наконец, появилась обещанная прусская принцесса Луиза, которая меня совсем не впечатлила. Впрочем, как и другие монаршие пассии до неё, которых мне пытались впарить. Осознав, кто мне действительно нужен, я отправил всех знатных гостей обратно за кордон, не приняв ни одного брачного союза.

Как сказал император Александр третий, у России есть только два союзника — её армия и флот. Вот этим я активно и занялся, давая новые распоряжения на создание воинских формирований в приграничных княжествах с централизованным управлением и финансированием.

Не забыл и о наращивании нашего технического превосходства. В ангарах сборки заложили двадцать новых Скатов гражданского типа. Одновременно на Фабрике Колояра начали работать над станками под каркасы и детали, чтоб перейти на серийное производство. Подумываю и о боевом воздушном флоте, который никакая магия на высоте от четырёх сотен метров уже не достанет. А вот мы можем сбрасывать на головы врага всё, что вздумается. Как навоз, так и конфетти, а то и кассетные бомбы.

Тем же временем активно занялся строительством железной дороги. С появлением новых цехов под рельсы, мы ускорились так, что к началу сентября вышли к Сосково. Но это не самое главное достижение.

Наконец, удалось создать первый образец рабочего парового двигателя! А с ним и первый локомотив, на котором всей моей доверенной оравой пронеслись от Ярославца до Сосково, потратив на весь путь всего — то тридцать шесть минут!

Но это не самое главное событие сентября.

Когда в мой сборочный цех ворвалась Люта и крикнула:

— Василиса рожает!

Я бросил свои железяки с субстанциями призраков и рванул во Дворец, позабыв обо всём на свете.

Протяжный героический крик Василисы будоражит весь Дворец. В залах замерли в ожидании и гвардейцы, и слуги. Жена рожает уже третий час, а я сижу через два помещения от её покоев и хлещу вино, как воду, не зная, куда и податься.

В этом меня поддерживает сидящий рядом Вячеслав, налегая на выпивку не меньше моего. Знаю о чём он переживает… если всё же родится девочка, как бы Василиса не повторила судьбу матери. Это я знаю, что ему подгадил Могута. Но от этого не легче.

Татуировку князю успешно свели, он ничего не помнит. И хорошо. Хотя про двух служанок, которые намывали его периодически в ванной и в ус не дули по поводу странных рисунков, тесть пару раз спрашивал. Мол — куда они делись.

Всё, сосланы от греха подальше. С остальными предателями мы тоже разобрались.

Млада пытали двое суток. Когда на третьи вмешалась Гайка со своими беспринципными методами, мужик раскололся, как миленький, и сдал ещё троих подельников, обитавших в Академии. Два мастера и преподаватель. Когда мы