S-T-I-K-S. Надежда - Даниил Владимирович Ткаченко
Кирилл перемахнул через забор, ограждающий рельсы станции от города, и побежал к площади. Его целью был полицейский джип. Рядом с ним стая зараженных возилась в кровавом месиве с обрывками формы, виднелся ремень с кобурой, нагрудный жетон. Кирилл, не останавливаясь, быстро наградил каждого людоеда пулей в голову и начал шарить в остатках водителя. Брезгливости не ощущал, только раздражение, что пачкается в крови.
Автомат хоть и стрелял тихо за счет глушителя, но не бесшумно. На его баханье начали сбегаться другие твари. Их Кирилл успокаивал врукопашную.
Наконец он нашел ключи, но прежде чем сесть в машину, достал флягу со спиртом и тщательно отмыл и руки, и ключи.
Едва завел двигатель, как в отсеке для задержанных застучало, загрюкало. Кирилл остановился, вышел и открыл дверь. Внутри сидел скованный наручниками свежий зараженный, — патлатый и бородатый мужик в косухе. Он вывалился на асфальт, защелкал зубами. Кирилл не стал возиться с ним и сел за руль.
Попробовал вызвать по рации Рамова, но тщетно. Он слишком далеко, на пределе возможности рации. Это если учесть, что друзья остались на прежнем месте. Хотелось верить, что они все-таки уплыли подальше от беспилотников внешников и толп зараженных.
Кирилл уже выжал сцепление, как из-за домов на площадь выехал «местный» джип. Гражданская модель, модернизированная под реалии Стикса. На окнах толстые решетки, бампер усилен, на дверях подобие брони из листов железа. Джип остановился совсем рядом, но Кирилла не заметили — он заранее пригнулся. Клацнула дверь чужой машины, чуть приоткрылась.
— Иди давай! — приказал мерзкий гнусавый голос. — Неделя тебе, дятел!
— Да где я буду целую неделю⁈ — возмутились в ответ с нотками бессильного возмущения, опаски.
— Ты тупой? В магазине любом заройтесь и ждите! Видишь сколько тел на станции сидит? Иди и спасай, ондатра. Через семь дней будешь тут с минимум десятью иммунными, иначе брата твоего самого на разделку отправим! А перед этим…
Дальше обладатель гнусавого голоса поведал, как некого брата будут физически любить всем отрядом. Дней пять.
— Да ты че… — заныли в ответ. — Я же отработал за косяк свой, претензий у людей не было… Мих, ну че ты исполняешь? Нафиг мне это все надо…
— Пошла отсюда, дура плешивая!
Женщина⁈ Кирилл чуть приподнялся. Нет. Из машины вышел плюгавый и действительно плешивый мужик средних лет. Видимо, обращение к нему в женском роде это еще один способ унизить и указать на низкое положение в их общество.
Охотятся за иммунными, обходятся без средств защиты от паразита Стикса, уголовный жаргон. Муры, понял Кирилл. Уезжать резко расхотелось.
Кирилл посмотрел на дверь муровского внедорожника, — плешивый не захлопнул ее до конца. И муры не спешили уезжать, смотрели, как тот вяло плетется к станции. Кирилл тихо вылез из машины, как ящерица быстро и юрко практически подполз к мурам. Граната приятно легла в ладонь, чека беззвучно покинула запал. Кирилл разжал пальцы — звонко бахнул запал, отлетела предохранительная скоба. Он рванул дверь, кинул гранату в салон и упал на асфальт.
Активные наушники спасли слух, хотя грохнуло знатно. Окна вылетели облаками стеклянного крошева, салон затянуло дымом и глухим стоном кого-то из муров. Кирилл, не вставая откатился за колесо, нашел прицелом ноги плешивого и выстрелил несколько раз. Когда тот упал, добавил в голову. Затем снова рванул дверь на себя, раздал каждому муру контрольный выстрел. Из четверых лишь один шевелился, да и то конвульсивно, размазывая по приборной панели кровь из разбитой головы.
Все? Так просто и быстро? Кирилла колотил злой азарт и дурной, веселый адреналин. Захотелось еще врагов, толпу! Он вытащил из разгрузки ближайшего мура магазин, посмотрел на патроны — подходят. Распихал магазины по карманам.
Из-за стеклянных дверей станции на него смотрели десятки глаз, он поднял чужой автомат, бросил на землю и указал пальцем. Затем сел в полицейскую машину и утопил педаль газа.
Глава 10
Наперегонки с прошлым
Ник выкрутил ручку газа до отказа, мотор загудел на пределе. Алиса дотронулась к кожуху двигателя и отдернула руку — слишком горячий. Но никто и не думал щадить технику. Не та ситуация.
Винт рубил воду, лодка неслась, встречный поток воздуха вышибал слезы. Ник указал на дно — Алиса и Пионер поняли, легли, чуть улучшая аэродинамические свойства их транспорта. Помогло, лодка набрала скорость.
Беспилотник царапнул душу мерзким горячим страхом. Оставалось надеяться, что его оператор не рассмотрел лодку с путниками, или принял их за обычных рыбаков, туристов. Но если заметил оружие, снаряжение… Они трое стоят десятков свежих иммунных…
Вскоре река начинала ветвиться рукавами. Ник старательно их считал и повернул в нужный, который шел сквозь лес.
Русло сузилось, глубина уменьшилась. Дно и вода удивительно чистые, видно каждую песчинку. На берегах густые заросли старых и высоких яблонь с бледными плодами, берез, акаций. Подступы к воде надежно скрывали высоченный тростник и гигантские лопухи.
Постепенно лес из лиственного стал смешанным, Ник сбавил скорость, двигатель работал едва слышно. Они остановились, стараясь не особо тревожить заросли вытащили лодку и спрятали в зелени. Мотор сняли, благо весил тот совсем ничего, а вот аккумуляторы не унесешь. Пионер предложил сдуть лодку и закопать, но Ник отверг идею.
Пахло разогретой корой янтарных сосен, резким речным запахом. Какое-то время все молча стояли и слушали, но кроме естественный звуков леса ничего не уловили. Больше всего Рамов боялся разобрать жужжание беспилотника, но пока судьба их берегла. Наверное, оператор их не особо рассматривал или вообще не заметил.
Алиса попробовала вызвать Кирилла по рации, но тщетно.
— Далеко слишком, потому и не отзывается, — постарался успокоить ее Рамов. — Помехи помнишь, когда последний раз с ним говорили? Не волнуйся, это тварям и людям на пути Кирилла нужно переживать, — усмехнулся Рамов. — Помнишь, что он с элитой сделал?
— Я помню, что она с ним сделала, — мрачно ответила Алиса.
— Вот прям элиту убил? — не поверил Пионер.
—