Геном Пандоры: адаптация - Андрей Куценко
«Мия, возьми данные Андрея и наложи на мою генную карту».
«Если ты хочешь получить данные по силе способности, то нам нужно кое-что ещё».
Я немного повозился с эвристической моделью и взглянул на нашего пациента. Цвет лица у того заметно улучшился, часто дышать перестал и вообще был похож на отдыхающего человека, который прилёг погладить кота. Только не на диван, а на больничную кушетку.
— Слушай, — обратился я к нему. — Просьба есть. Можешь принять ещё один разряд от ловушки в коридоре, а потом жахнуть на полную мощь по сетке? Нужно для полноты исследований по твоему геному.
Андрей, видимо, посчитал, что это необходимо для его лечения. Он кивнул, поднялся с кушетки и под взглядом недовольного Кеши, лишившегося грелки, удалился в коридор.
«Мия, фиксируй мощность моего разряда. А затем разряда Андрея. И сразу же выстраивай модель».
Я закрыл глаза концентрируясь. Дождался, когда объект займёт нужную позицию, и жахнул, что было мочи.
«Осталось тридцать процентов ёмкости».
Я и без комментария Мии понял, что выложился не на полную.
«Учтёшь при расчётах».
Глядя на то, как Андрей лихо впитывает электричество, я не мог отделаться от желания заполучить такую же способность. Мысли об этом буквально свербели и не давали покоя. Если я могу проводить заряд, то должен уметь и поглощать. Просто никогда не пробовал. Да и вообще не думал в таком ключе. А ведь тогда можно не ждать, пока восстановление произойдёт само собой, а ускорить его, стоит только дотянуться до источника питания. Грубо говоря, быстро подзарядиться.
Андрей же отлично владел поглощением, но почему-то не мог накапливать в себе достаточно электроэнергии. Поэтому так и не научился испускать импульсы большой мощности. А если и пытался создать разряд сам, то тратил очень много сил.
Пока я размышлял об этом, Андрей уже вернулся в лабораторию.
— А ты можешь дать на меня разряд, небольшой? — обратился я к нему. — Попробую впитать электричество.
— Только если небольшой, — Андрей устало протянул руку над моей ладонью. С его пальцев сорвались искры. Кожей я ощутил небольшое покалывание, ощущение сродни тому, когда я сканирую пространство на предмет энергополей.
— Можно ещё разок?
Андрей снова «отсыпал» мне искр. Теперь я настроился на то, чтобы поглотить их, впитать в кожу.
«Мия, фиксируй данные!»
Ещё четыре подхода и Андрей обессилено, упал на кушетку.
— Я всё. Больше не могу.
Под ругань Вики, заметившей мои эксперименты над больным, я ретировался в соседний бокс.
— Мия, нам придётся серьёзно поработать с новыми данными.
«Всегда готова, босс».
— И давай начнём с этого кластера…
* * *
«Ты куда пропал?»
Сообщение Вики застало, когда я заканчивал новую сборку интерфейса.
«Да тут я. Что случилось?»
«Давай тащи сюда свою задницу».
«Есть мэм».
Не люблю, когда меня отрывают от работы, но в тоне моей напарницы явно прослеживались угрожающие нотки.
— Второй этап уже успешно пройден, — сообщила Вика, едва завидев меня. — Так что я перевела капсулу в автоматический режим.
— Это же хорошо, — улыбнулся я.
— Это прекрасно. Плохо, что я уже третьи сутки не могу нормально поспать. Да и он, — Вика кивнула на Андрея, — не спал всю ночь. Наши мутанты в блоке D уже час, как улеглись. Так что капсулу для Андрея готовить тебе.
Я посмотрел на бледное лицо Вики с тёмными кругами под глазами и кивнул. Это правда. Она ведь только легла и заявились эти.
— Тебе придётся подежурить, — сказала Вика. — Если я ещё не проснусь, когда Маша очнётся, объясни ей ситуацию. И пусть полежит в капсуле какое-то время.
Устроив Андрея в медкапсуле, я проводил Вику и уселся возиться с оцифровкой своих способностей с учётом новых данных. Процесс внедрения у Маши закончился через несколько часов, но, следуя программе, заданной Викой, капсула ввела Маше восстанавливающие препараты, и та, вместо пробуждения уснула. Так что никто не мешал мне тренироваться в поглощении электричества и подводить статистику.
Объект: Алекс
Статус адаптивности генома:
Устойчивость модификации: + 14,1 %
Предел развития: 2+
Белок стабилизации: отсутствует
Импринтированные генные кластеры:
Ветка регенерации: 4,97 % синхронизации
— градиент мутации — 29
— сила способности — 144 %
Ветка энергии: 8,62 % синхронизации
— градиент мутации — 9
— сила способности — 78 %
Статус трансформации ДНК: 18,79 %
центр физической активности — 23,02% центр нервной системы — 24,82% центр ментальной активности — 8,52%
Экстраполяция трёх паттернов генов, импринтированных разным объектам, дала удивительные данные, которые неожиданно ровно легли на прежнюю модель. Пришлось даже вводить новый параметр — градиент мутации. Вика, конечно, будет ворчать, что такого в науке не существует, но для меня был важен смысл. По сути, он отражает, как встал паттерн генов на конкретный объект. Насколько успешно организм принял новый набор способностей. Некий коэффициент, служащий базой эффективности развития с ростом синхронизации конкретной ветки ДНК.
Ладно, как использовать это в будущем, ещё предстоит обдумать, а сейчас меня увлёк новый аспект работы с электричеством. К задумкам создать дальнобойную «магию» мы ещё вернёмся, а пока следует потренировать функцию поглощения.
На текущий момент эффективность способности составляла три целых и четыре десятых процента. Это означало, что я только в начале пути. А поэтому нужно практиковаться. Сконцентрировавшись, я уже привычным способом перехватил поток энергии, идущей к настольной лампе.
Теперь нужно вспомнить ощущения при тренировке с Андреем. Не проводить поток дальше, а замкнуть на себе. И при этом умудриться не получить удар током.
«Алекс, фиксирую наполнение твоей электроёмкости».
— Не отвлекай! — рявкнул я на Мию. — Просто регистрируй изменения.
Я свернул виджеты и закрыл глаза. Нужно сконцентрироваться на том мимолётном ощущении и сделать его привычным.
Ощущение тепла в ладони, которой я «держал» нить энергии начало усиливаться. Замечательно! Я улыбнулся, понимая, что выбрал правильную тактику. Ещё чуть-чуть. Чёрт!!!
Я резко прервал эксперимент и стал со всей дури дуть на пальцы, с которых уже начала слезать кожа. Больно то как!
«Резкое повышение температуры тела в зоне контакта, — запоздало прокомментировала Мия. — Рекомендую скорректировать воздействие».
— Тоже мне советчик, — буркнул я, но, видя расстроенную физиономию нейронки, махнул здоровой рукой. — Ладно, не так уж всё и плохо.
Боль действительно начала потихоньку уходить, а я понял, что через минут двадцать от мелких шрамов не останется и следа.
— Лучше выведи