Исторія о донскихъ козакахъ - Александр Ригельман

Въ тотъ самой случай, во время зимнее, 1637 году, прибылъ въ войско Донское отъ Султана Турецкаго посланникъ Греченинъ и Христіанинъ, Фома Константиновъ, которой шелъ до Царя въ Москву. Свѣдалъ онъ о приступной думѣ отъ Козаковъ измѣнниковъ, послалъ тоже измѣнниковъ съ извѣстіемъ письменнымъ въ Азовъ, съ тѣмъ объявляя, что Козаки дѣйствительно намѣреніе воспріяли городъ Азовъ осадить и отобрать, для чего бъ за умаленіемъ во ономь силъ, послали бъ за людьми найскорѣе въ Керчь и во иные городы. Между тѣмъ будучи на Дону, Козакамъ хитрымъ искуствомъ своімъ тотъ Греченинъ великія пакости причинилъ и хвалился, что возятъ, де, нынѣумершихъ Козаковъ возками, а будуть ихъ возить и бударами. Измѣнниковъ же тѣхъ нечаянно поймали, и коль скоро чрезъ посланныя съ ними письма о злодѣйствѣ ономъ узнали, послѣ Грека, людей его и измѣнниковъ всѣхъ казнили.

Подъ сей случай, когда Поляки найсуровѣшимъ образомъ поступили съ Черкасами своими, то есть , съ Запорожскими Козаки, которое варварство и налоги многіе изъ нихъ снести не могли, а вооружиться противу ихъ за разсѣлніемъ и раскасованіемъ ихъ, уже не въ силахъ были, принуждены сего для паки искать себ прибѣжище въ другихъ странахъ, такъ что вдругъ 4,000 человѣкъ изъ храбрѣйшихъ Козаковъ заключили счастіе свое искать въ военныхъ дѣйствіяхъ и собравшись съ женами и съ дѣтьми, вознамѣрили себя представить Персіи, которая тогда съ Турками имѣла войну. Такимъ образомъ перешли они въ мартѣ мѣсяцѣ къ Дону. Донскіе Козаки, состоящіе въ 3,000 человѣкахъ, встрѣтились съ ними и приняли ихъ весьма пріятно; притомъ освѣдомились о ихъ намѣреніи и походѣ, представили имъ опасность прохода, чрезъ толь многіе народы, и сумнѣніе свое, что найдутъ ли они у Персіянъ то, чего желаютъ, говоря имъ: „Вы хотите предаться лютости Босурманской и сдѣлаться болѣе несчастливыми, нежели благополучными. Можетъ быть, они, примирась, отдадутъ еще васъ въ руки Турецкія. Останьтесь, братія, лучше у насъ; мы произведемъ вамъ плату, и имѣемъ довольно запасу для вашихъ семей. На что вамъ такъ далеко искать того, чего незнаете, сыщете ль. Вотъ Азовъ: будемъ другь другу вѣрны! Когда возьмемъ ототъ городъ, то будемъ имѣть свободной проходъ въ Азовское и Черное море, гдѣ въ одинъ походъ можемъ столько взять добычи, сколько вы во все кровопролитиное сраженіе у Персіянъ никогда не получите.” Запорожцы, посовѣтовавъ между собою и разсудя, что они тутъ и безъ дальной ѣзды конечно вѣрную прибыль имѣть могутъ, согласились соединнться съ ними.

Старшины и Атаманы Донскіе тотчасъ съѣхалисъ на Монастырскомъ Яру со множсствомъ войска своего, и собравшися въ кругъ, усовѣтовали, обще и съ Запорожскими Козаками, чтобъ идти на Азовъ, оной взятъ и невѣрныхъ всѣхъ побить, а вѣру Православную въ немъ по прежнему утвердить, для чего немедленно послали легкихъ Козаковъ ради полученія языка изъ Азовскихъ людей, коихъ получили они въ немаломъ числѣ. Они увѣдали чрезъ нихъ о прямомъ состояніи города и о количествѣ военныхъ людѣй во ономъ, для коего начинанія своего дѣла, воспѣли молебное пѣніе у часовни, я по совершеніи онаго, выбрали изъ старшинъ своихъ одного старѣйшимъ себѣ для лучшаго распоряженія войска къ намѣренному дѣлу своему, и утвердилися въ томъ между собою клятвою.

Послѣ сего на другой недѣли, призвавши Бога на помощь, пошли подъ Азовъ рѣкою судеами и берегомъ сухомутпо, и осадили оной апрѣля 24 го числа, раздѣлл свое войско на четыре части. Турки, коихъ было въ городѣ отъ 3-хъ до 4-хъ тысячь человѣкъ, такому предпріятію только смѣялись. Козаки начали тотчасъ въ землю врываться, и продолжали день и ночъ свою работу. Они сдѣлали свои окопы, съ насыпкою предъ оными валовъ, поставили на оныя туры, и тѣмъ укрывши себя, повели рвы съ такою ревностію, что они, при непрестанной стрѣльб отъ Янычаръ, до самаго города дошли, и такъ близко, что почти рушнымъ боемъ биться и каменьями другъ на друга метать могли.

Въ сей самой случай Козаки увѣдомлены, что Татара, бывшіе для грабежа и разоренія въ Россійскихъ Украинскихъ городахъ, слѣдуютъ обратно со многимъ взятымъ Россійскимъ плѣномъ и пожигками, оныхъ перенявши, разбили и плѣнныхъ отъ нихъ и прочее отняли, съ чѣмъ паки къ своему дѣлу подоспѣли.

Но сдѣлался, наконецъ, у Козаковъ для той осады великой недостатокъ въ деньгахъ, порохѣ, свинцѣ и въ запасахъ разныхъ, изъ чего востужилисъ, что ни начатаго ихъ дѣла окончатъ, ни Запорожцевь содержать стало нечѣмъ; токмо сверхъ чаннія Козаки были обрадованы, когда прибылъ къ нимъ, въ томъ же апрѣлѣ мѣсяцѣ, войсковой ихъ Атаманъ, Иванъ Катаржной съ Мосивы, и съ нимъ нѣсколько сотъ верховыхъ Доиюнскихъ Козаковъ, притомъ же прислано было, съ дворяниномъ Степаномъ Чириковымъ, Царскаго денежнаго жалованья, порохъ и свинецъ, довольное число. Они начали производить no городу ужаснуюстрѣльбу изъ пушекъ и изъ пищалей, Но Турки на то имъ ни чѣмъ не отвѣчали. Къ сему вызвался одинъ изъ Донскихъ же Козаковъ, Нѣмчинъ родомъ, именемъ Иванъ Арадовъ, знащій подкопнаго дѣла, коему велѣлено вести подкопъ подъ самой городъ; онъ дѣлалъ оной четыре недѣли, которое продолженіе времени и медленность видя Азовцы, не зная подлинио, какой бы ради причины оное происходило, ругали и насмѣхались имъ, говоря: „Сколько вамъ подъ городомъ ни стоять, а города не взять. Бывала васъ подъ Азовомъ и не такая сила , однако городу погибели не бывало, и сколько въ городской стѣнѣ каменъя, столько вашихъ головъ подъ Азовомъ легло.” Но какъ скоро отдѣланъ былъ подкопъ, и оной зарядя довольнымъ числомъ пороха, утвердили, приготовились всѣ къ приступу, исповѣдавшись у поповъ, духовныхъ и простясь другъ съ другомъ, едннодушно обязались, съ тѣмъ, чтобъ за вѣру Христіанскую и за святыя церква Божія, помереть всѣмъ. Бывшіе въ Азовѣ, видя со стѣнъ Козацкоес борище въ стану своемъ, точно возомнили и говорили, что Козаки всемѣрно хотятъ бѣжать отъ Азова. Точію вмѣсто всего того, іюла въ 18 число, въ ночи четвертаго часа, Козаки, зажегши подкопъ города подорвали, и великую часть стѣнъ, со всѣми бывшими на той части людьми, съ снарядомъ и прочимъ, во внутрь, и за городомъ разбросало. Въ тотъ самой разъ бросилися съ Черкасами старшина ихъ Михайло Татариновъ, а въ другую сторону полковники и есаулы Донскіе съ Козаками по лѣстницамъ вбѣжали на стѣны, и сдѣлаливъ городѣ сѣчу съ Турками преужасную, такъ что не только оружіемъ, но и ножами между собою рѣзались, и продолжали убіиство то всю ночь и день до вечера, отъ чего, наконецъ, Турки принуждены метаться чрезъ градскую стѣну и бѣжать въ степь, Козаки жъ и тамъ ихъ, гнавшись за тѣми верстъ десять, убивали, иные жъ въ башни съ женами и дѣтьми позапирались и