Отчим. Игрушка Бандита - Кэтрин Рамс

— Привет, мой золотой, ты уже играешь? — спрашиваю с немного недовольным тембром голоса.

Савелий сразу подрывается и со счастливой улыбкой бежит ко мне, чтобы мы поскорее обнялись.

— Лада! Я соскучился по тебе, — говорит он, повисая на мне.

Он уже большой и весит уже почти, как я, но я все равно его приподнимаю, чтобы поцеловать прямо в губы.

Люблю до ужаса этого мальчугана. Я бы хотела себе именно вот такого сыночка. Красивого, озорного и искренне меня любящего. Маме очень с ним повезло, он вот ни капли не проблемный. Ни плачет, ни истерит, с ним всегда легко договориться. Даже удивительно, что он так хорошо воспитан нянями.

— И я, моя любовь, — произношу я, продолжая его целовать в губы и в щеки.

Это мы очень любим. Я вообще не очень тактильный человек, но от своего брата просто с ума схожу, мы с ним даже до сих пор часто спим на одной кровати в обнимку.

Считаю, что в этом нет ничего плохого, мне и главное — ему нравится. Хотя, мама говорит, чтобы я прекращала его к себе пускать, он же пацан, но я считаю, что она просто завидует нашим взаимоотношениям.

— Можно я ещё чуть-чуть поиграю? — немного капризничает он.

Эти игры его с ума сводят, а мама не обращает внимания, потому что ей важно лишь то, чтобы ее никто не трогал.

— Давай десять минут и пойдём есть, а потом нас ждут уроки.

— Не хочу уроки. Мы же вчера их делали!

Улыбаюсь, зная, что он сейчас немного покапризничает, но до истерики это не дойдёт, его главное отвлечь.

— Уже пришли новые задания. Савочка, ты должен хорошо учиться, чтобы в дальнейшем себе ни в чем не отказывать, ты же не собираешься жить с мамой всю жизнь?

Немного его припугиваю, но делаю это не со зла, а скорее, на автомате. Она его может, и любит, но иногда бывает с ним слишком строга без особого повода.

— Я с тобой буду жить! Ты добрая. А с ней я не хочу…

В его глазах неожиданно застывают слёзы и это для меня плохой знак.

— Не говори так, она же твоя мама и она тебя любит, — пытаюсь его успокоить, но слёзы уже скатываются из его покрасневших глаз.

— Она вчера ударила меня, вот сюда, — показывает он на макушку головы. — Было очень больно.

Все тело сразу напрягается. Иногда она его лупит, но делает это не часто, обычно он просто не попадается ей на глаза.

Странно, что он, несмотря на ее действия, растёт добрым мальчиком.

— Боже… — выдыхаю я. — Что ты сделал?

Хотя, знаю, что причина может быть минимальной.

— Я не хотел ложиться спать в девять, мы с ней поругались. Но у меня уже ничего не болит! Ой, давай покормим черепашек!

Настроение у Савы меняется, и я этому очень рада, пусть он скорее забудет о том, что было вчера, а с ней я все же еще поговорю.

Детей бить нельзя. Мы же взрослые, умеем себя контролировать, а они беззащитные создания. Ангелочки.

Конечно, я знаю, что ситуации бывают разные и в крайнем случае можно чуть шлёпнуть по попе, но больше даже припугнуть, чем сделать больно, но точно не бить по голове! А вообще, все решается разговорами.

— Давай сначала сами поедим. Пойдём.

— А играть? — спрашивает он с надеждой во взгляде.

— Давай лучше после уроков, ладно? И мы можем поиграть в твою любимую настольную игру, как тебе такой план?

— Да! Я снова одержу победу! — радуется он, а я радуюсь тому, что смогла его отвлечь от компьютера. Это ещё одна моя маленькая победа.

— Победишь, победишь, а теперь живо на кухню. Кто последний, тот моет посуду!

— О, нет! — кричит брат, резко срываясь с места.

Он все равно хороший мальчик и всегда мне помогает с уборкой, насколько может. Я же приучила его заправлять свою кровать после сна, потому что раньше он этого делать категорически не хотел.

Мы едим, убираем за собой, следом немного отдыхаем, чтобы не учить уроки на полный желудок, а потом приступаем к занятиям.

Ему они на самом деле нравятся, здесь главное — его завлечь, а так он мальчик умненький.

Мне приходит сообщение от мамы, что она будет только к шести, просит накрыть стол на четверых, поэтому после занятий мы с братом идем на кухню и начинам готовку.

К шести мы как раз все успели сделать и ложимся в зал на диван, чтобы немного посмотреть мультики. Однако сегодня они его не очень интересуют. Он начинает вести себя взволнованно.

— Кто сегодня придёт? Мама сказала, что папа…

Вздыхаю.

— Так и есть, поэтому веди себя спокойно, — предупреждаю я.

Мы не должны ничего испортить, иначе будет очень плохо.

— Хорошо, я буду вести себя хорошо, чтобы ему понравится. У меня будет настоящий папа! — радуется он.

А я даже не знаю, видел ли он его. Мой, получается, отчим сразу после того, как мама забеременела, сел в тюрьму, за убийство. И это самое ужасное. Страшно с ним будет находиться рядом. Зек! В доме, рядом с ребёнком.

О чем вообще она думала? Нужно было его бросать, хотя деньги для неё важнее всего на свете. Она всех готова продать за хорошую жизнь, и она не стесняется об этом говорить.

Моя мама настоящая стерва.

— Да… У тебя будет папа…

Даже не представляю, какой он. Никогда его не видела, даже на фотографиях.

— Лада, а он тоже твой папа?

Вопрос, который заставляет ощутить укол в области сердца.

— Нет, Савушка, у меня другой папа, — произношу я как можно более спокойно, хотя мне хочется заплакать.

— А где он? Почему с нами не живет?

— Он… Он… — сглатываю ком в горле. — Я не знаю, где он.

Говорю ему правду, потому что он уже достаточно взрослый, чтобы это понять. Врать я не привыкла.

— Может, тоже в тюрьме?

— Может, — пожимаю плечами.

Я даже этому не удивлюсь.

Мы продолжаем смотреть мультики, а Сава начинает нервно дёргать ножкой, давая мне понять, что он волнуется. И я сильно волнуюсь.

Кто этот загадочный мужчина. Не выгонит ли нас из, по сути, своего дома? Будет ли он жить с нами? Найдём ли мы с ним общий язык?

Нет, общаться с ним близко я не собираюсь. Я поздороваюсь, быстро поем и пойду в свою комнату, чтобы никому не мешать.

Отличный план.

Я слышу, как хлопает входная дверь, и