Отчим. Игрушка Бандита - Кэтрин Рамс

Они пришли…

— Лада! — зовёт меня мама, на удивление, приятным голосом. — Иди сюда, моя малышка!

Я чуть ли не теряю дар речи, когда до меня, наконец-то, доходит то, что мама зовёт меня, на удивление, приятным тоном, а ещё назвала «малышкой», а не, к примеру, бездарной девкой.

Какая муха ее укусила? Она даже при своих мужиках меня не назвала ласковым словом.

И тут я понимаю, что отец Савелия, правда непростой человек, если она неожиданно решила сыграть роль хорошей матери.

А я уже подумала над тем, чтобы пожаловаться его отцу на ее неподобающее поведение, но эту актрису вряд ли можно перехитрить. Она меня потом сожрёт, если я скажу или сделаю что-то не так.

Такое отношение мамы меня крайне настораживает, поэтому я буду максимально аккуратной.

Я беру руку Савелия, который выглядит крайне взволнованным, и мы направляемся ко входу. Я шепчу ему о том, что все будет хорошо, потому что сама на это надеюсь.

Не знаю, почему так сильно переживаю, наверно, меня ещё тяготит прошедшая ночь с незнакомцем. Настроение сегодня хуже некуда, а тут ещё и гости.

Первое, что я вижу — это явно счастливую маму, которая виснет на руке ее спутника, но когда мой взгляд скользит к ее мужчине, то у меня выходит весь воздух из груди, словно по ней хорошенько ударили.

Незнакомец, который меня спас, тот, что лишил меня невинности, стоит сейчас прямо передо мной и смотрит с не менее меньшим удивлением.

Мне нужно пару секунд, чтобы понять всю суть трагедии.

О, Господи! Я переспала с мужем моей матери! С отцом своего родного брата! Ещё вчера я млела в его руках, просила меня взять, а сегодня он стоит на пороге дома и сам не может до сих пор осознать, что мы так быстро с ним встретились.

Нет, это какое-то издевательство! Насмешка судьбы. Так не бывает! Почему именно я, он и этот проклятый клуб?! Я все ещё в шоке от того, что вообще произошло, а тут такой ужас.

— Знакомься, дочь, это мой муж, Давид, — выдает неожиданно мама. — Его, наконец, выпустили из тюрьмы, и теперь он будет жить с нами!

Как это с нами? А его квартира? Пусть живет там!

Мама неспроста меня уже к нему, получается, приревновала. И не помогло ей то, что я надела самый непримечательный, спортивный костюм.

— З-здравствуйте. Приятно с вами познакомиться…

Такое приветствие стоит комом в горле.

На губах мужчины появляется уже знакомая мне ухмылка. И меня начинает трясти от стыда.

Я сильнее сжимаю маленькую ручку брата, и он ее дергает на себя, давая мне понять, что я причиняю ему боль, однако она не сравнится с тем, что я сейчас чувствую.

Нет хуже ситуации, чем эта! Как мне ему в глаза смотреть, как с ним разговаривать? Я надеялась на то, что больше никогда с ним не увижусь, может, если случайно, но не сразу же на следующий день!

Это какое-то проклятие…

— А мне-то как приятно, я многое о тебе слышал, Лада. По словам твоей матери, ты настоящий ангел, — произносит он издевательским тоном, намекая на то, что это неправда.

Страшно представить, что он обо мне вообще думает.

Малолетняя шлюха, которая сама на него запрыгнула, и не объяснишь же, что я была не в себе и, что со мной подобное приключились впервые в жизни и надеюсь, что больше это не повторится.

Значит, моего первого мужчину зовут Давид. Очень красивое имя и ему подходит как ни одно другое.

— Мои детки самые лучшие, Ладочка пошла в меня, она очень хорошая танцовщица, а Савушка настоящий гений в математике, — мама выдает свою фирменную улыбку, от которой мужчины обычно сходят с ума. — Ну, что, ты, малыш, иди, поздоровайся со своим отцом!

Сава сначала смотрит на меня, получает кивок и идёт дать руку своему отцу, а я пытаюсь вести себя непринуждённо, чтобы мама ни о чем не заподозрила. Хотя, не факт, что Давид не раскроет нашей тайны.

— Здравствуйте, — произносит мой брат, с любопытством рассматривая своего отца.

Только вот они не очень-то и похожи. Давит черноволосый, с немного тёмным тоном кожи, а мой братик, он рыжий, как настоящее солнышко. У них только цвет глаз похож, хотя у брата они светло-карие, почти зелёные, а у Давида — чёрные, как смоль.

Однако я все же рада, что хотя бы у брата появился отец, который, надеюсь, его полюбит и защитит от нашей непутёвой мамы, которая порой переходит все границы.

— Ну, привет, ты очень хороший мальчик, — произносит Давид с улыбкой. — Я тебе привёз подарки, твоя мама сказала, что ты мечтаешь о игровой приставке. Держи.

— Спасибо, — кивает он, но ручки прячет назад, видимо, сильно стесняется.

— Ну, что же мы стоим, моя дочь приготовила ужин, пройдемте присядем и поедим, — говорит радостно мама. Следом подходит к Савелию, крепко его обнимает и, так как я стою рядом, она тянется и ко мне. — Вы же мои золотые. Самые любимые.

Я в шоке, но поглаживаю ее по спине, впервые ощущаю ее тепло.

— Ты воспитала хороших детей, — говорит Давид, когда мы с ним встречаемся взглядами.

— Давид, ты не знаешь и половины о моих детках, — хихикает она и, наконец, нас отпускает.

Фух. Это было очень неожиданно. Даже Савелий притих.

— Проходите… — говорю я, делая шаг в бок.

Они приходят внутрь, и мама помогает Давиду снять его строгий пиджак.

— Я быстро переоденусь и выйду к вам, а ты, Ладочка, поухаживай за новым хозяином дома, — даёт она мне указание и быстро убегает в сторону лестницы, оставляя меня с ним наедине, не считая моего брата, который тоже ничего не должен узнать.

Господи, ну, зачем она ушла?

Я даже смотреть ему в глаза не могу!

— Вы можете сесть здесь, — говорю я, показывая на самое дальнее место от того, где обычно сижу я.

— Спасибо, Лада, — слышу усмешку в его голосе. — Как голова, не болит после вчерашнего?

Напрягаюсь и бросаю взгляд на брата, но тот лишь начинает улыбаться.

— Вчера у сестры было день рождения! Ей исполнилось восемнадцать.

— Это просто отлично, что она совершеннолетняя, — говорит Давид с нескрываемым облегчением.

Хмурюсь. Я не считаю, что выгляжу уж слишком молодо, ну, точно больше шестнадцати. А ещё вчера на мне было короткое платье и макияж.

— Голова у меня не болит, спасибо