Безнадежный - Элси Сильвер

— Блядь, — снова бормочу я, потому что сколько бы раз я ни говорил себе, что должен остановиться, я не остановлюсь.

Моя рука медленно продвигается вперед, пока я не чувствую ее влажность. Я нежно провожу по ней, мое тело почти трясется от напряжения сдерживания. Темная часть меня хочет перевернуть ее и трахнуть. Пронзи ее и послушай, как она кричит мое имя.

Но это не то. Она не такая. Я хочу обращаться с Бейли осторожно.

Ее бедра отталкиваются назад, и кончик моего пальца скользит внутрь.

— О, боже. — Она скользит лбом по моей груди, и я почти уверен, что перестаю дышать, когда она качается на моем пальце.

— Бейли. — Я стону ее имя и вытаскиваю, чтобы распределить ее влагу по ее клитору. Ее ноги дрожат по обе стороны от моей талии, когда я это делаю. — Блядь.

Ее губы снова приземляются на мою грудь, и одна рука сжимает мое плечо, а другая опирается над моей головой на каркас кровати.

Я снова надавливаю, на этот раз сильнее, и чувствую, как она сжимает мой палец.

— Ты, черт возьми, вся мокрая.

Она снова кивает.

Один палец внутри нее, остальные исследуют между ее ног. Губы, клитор, скользящие вверх и вниз по ее щели.

— Если это слишком, ты мне скажешь?

— Да, да. — Она напевает слова, горячо и прерывисто дыша мне на кожу. — Сделай это снова.

— Сделай что? — бормочу я ей на ухо, пока она извивается надо мной.

— Трахни меня пальцем. — Ее слова томные, совсем не застенчивые.

— Вот так? — Я скольжу внутрь и наружу, задавая ровный и мучительный темп.

Она поднимает голову, чтобы заглянуть через плечо. Без сомнения, пытаясь увидеть, как ее тело прилегает к моему, как я обхватил ее сзади рукой.

— Да, вот так.

Мои мышцы горят, но мне все равно. Это ничто по сравнению с тем, как пульсирует мой член от ощущения, что Бейли вся такая тесная и мокрая, скачет на моих пальцах.

— А как насчет этого? — Я замедляю движения и добавляю второй палец, чтобы присоединиться к первому, играя с ее входом, прежде чем окунуться в ее скользкое тепло. Нежный поворот моей руки заставляет ее вскрикнуть, и ее голова снова опускается на мою грудь.

— Тебе это нравится, Бейли? Два пальца лучше, чем один? — Я толкаюсь дальше, подстегиваемый ее жадными мяукающими звуками.

Мягкое «Да» срывается с ее влажных губ, прежде чем она проводит ими по моим ключицам, вверх по шее — все еще избегая моего лица.

— Только внутрь и наружу? Или с поворотом? Я хочу знать—. Мое самое большое желание — узнать абсолютно все, что сводит ее с ума. Мы можем узнать это вместе.

— Поворот. — Она стала односложной, и я получаю извращенное удовольствие, крадя ее удовольствие и ее слова.

Я работаю пальцами внутрь и наружу, медленно вращая, ее влажность волнуется вокруг меня.

Ее тело дрожит.

Ее бедра вращаются.

Ее тело пульсирует.

Наше дыхание становится резким и прерывистым.

— Посмотри на меня, Бейли. Ты кончишь для меня, Бейли? Как я тебе и говорил?

— Даааа, — шипит она, теперь сопротивляясь мне, когда она отстраняется достаточно, чтобы встретиться со мной глазами.

Я несколько раз сильно толкаюсь, получая удовольствие от ее гортанных звуков.

Затем я вытаскиваю, скользя вперед и назад по ее клитору. Требуется всего несколько раз, пока она не разобьется.

— Блядь! Бо! — Она дергает меня за волосы, и ее зубы сжимают мою шею. Мокрые внутренние поверхности ее бедер раздвигаются, когда она падает на меня, грудь к груди. Ее колени подгибаются, и она теряет опору на моих простынях, тонкие ноги скользят, зажимая мои бока.

Ее киска пульсирует и скользит по краю моего члена. Вниз по вене, прямо к основанию, где она останавливается, пытаясь отдышаться, когда моя полная, круглая головка прижата к ее пупку.

Худшая ебаная дразнилка.

Это искушение настолько чертовски сильное, что я хватаю ртом воздух и высвобождаюсь из ее мягкого, нуждающегося тела.

Наконец-то оторвавшись от кровати, я встаю и провожу руками по волосам, мне нужно отойти от нее, чтобы не зайти дальше, чем я только что сделал.

Слишком чертовски далеко.

Я обещал ей, что не буду ее трахать. Я обещал помочь ей сделать все лучше.

И я имел это в виду.

Она молода и мила, и у нее вся жизнь впереди. Я последнее, что ей нужно, чтобы усложнить ее ситуацию.

Это соглашение? Это славная ставка. И она заслуживает лучшего.

Мне следовало остановиться.

Бейли: Возьми сегодня выходной. Ложись спать пораньше. Я в порядке.

Бо: Нет, спасибо.

Бейли: Серьёзно, ты не можешь засиживаться со мной допоздна, а потом просыпаться на час позже, занимаясь своими делами.

Бо: Моими делами?

Бейли: 2:11

Бо: Бейли, ты занимаешься своими делами, а я буду заниматься своими. А мои включают в себя посидеть в баре, чтобы ты не была одна.

Нож разрезает лайм, и новая волна боли гудит по моим венам, когда цитрусовый сок попадает в мой порез бумагой. Но я даже не вздрагиваю.

Я чувствую взгляд Бо на себе с того места, где он сидит в конце бара, и я уверена, что если я покажу хоть каплю боли, он позвонит по номеру 911, чтобы меня доставили в ближайшую больницу. Сейчас у нас могут быть напряженные отношения, но он все еще здесь, охраняя меня, как немецкая овчарка, готовый броситься на мою защиту.

Я также не забываю о том, что Гэри наблюдает за нами, пьяный интерес на всем его лице.

Моя голова качается, когда я вспоминаю разговор с Бо на следующее утро... что бы это ни было. Утром, когда я проснулась одна в его постели и отправилась на его поиски.

— Мне жаль, что я воспользовался тобой.

Это были его первые слова, когда я нашла его на кухне.

Мои глаза вылезли из орбит от засоса, который я оставила у него на шее — тот, который все еще там сегодня, хотя он стал более желтым и менее фиолетовым. Я не знала, что от него ожидать в тот момент. Потому что накануне вечером он посмотрел на меня сверху вниз, положив руки на голову, с самой запутанной смесью похоти и ярости на лице. Затем он ушел, не сказав ни слова, и мое сердце упало.

Я