Я тебя (не) забуду - Татьяна Юрьевна Никандрова
— Она похожа на пенопласт, — кривится.
— Ничего подобного! Ты просто не ел вкусно приготовленной брокколи!
— Ты права. Не ел.
— Приготовлю тебе как-нибудь.
— То есть мы теперь настолько близки? — его хрипловатый рокочущий смех пробуждает в душе что-то теплое.
— Ты видел меня без одежды, — ухмыляюсь. — Куда уж еще ближе?
— Но белье ты не сняла, — подмечает многозначительно.
— Я решила, что немного тайн не помешает.
Мы медленно перемещаемся в прохладной морской воде, перекидываясь остротами и подтрунивая друг над другом. Удивительно, но во время болтовни с Кириллом с меня действительно слетают маски. Я озвучиваю мысли, которые раньше держала при себе, громко смеюсь и даю волю эмоциям.
Будто рядом с ним старые паттерны поведения больше не работают.
Будто я меняюсь на каком-то клеточном уровне.
Иногда я шлепаю по воде, обдавая Кирилла брызгами. Иногда он подплывает почти вплотную и заглядывает мне в глаза. Хитро так, лукаво. Но, следуя своему обещанию, не дотрагивается. Не пересекает невидимых границ.
И эта его сдержанность, столь резко контрастирующая с воспоминаниями о недавнем безудержном поцелуе, натягивает нервы тугой тетивой. Делает момент настоящего неимоверно пикантным. Наполняет его предвкушением и дразнящими скрытыми смыслами.
Это напоминает о детстве. О томительном ожидании новогоднего подарка. Ты знаешь, что он появится лишь под утро, но все равно весь вечер поглядываешь под елку, грезя о предстоящем удовольствии.
Так и сейчас: я понимаю, что наш с Кириллом поцелуй непременно повторится. После страсти, едва не сваливший нас с ног, шансов на обратное попросту нет.
Но я не знаю, когда именно это случится, и не тороплю будущее.
Мне нравится заигрывать со временем. Нравится пребывать в сладостной эйфории предчувствия.
На сушу выбираемся, когда зубы начинают понемногу стучать от холода. Залезть обратно на покосившийся деревянный пирс без ступенек и прочих вспомогательных атрибутов — задача не из легких, но благодаря регулярным тренировками в зале я все же справляюсь с ней. Хоть и не с первого раза.
Одеваемся молча, искоса поглядывая друг на друга.
Первым делом отжимаю волосы и прикрываю грудь тканью топа. Затем стряхиваю капли, застывшие на бедрах и ягодицах, и просовываю ноги в юбку. Ткань неохотно скользит по влажному телу, но в конце концов мне удается одеться.
Хотя, говоря по правде, мой миниатюрный наряд сложно считать полноценной одеждой. Все, что нужно, он, конечно, прикрывает, но от прохладных дуновений ветра совсем не спасает. Поэтому я в считанные секунды покрываюсь мурашками.
— Надень, — Кирилл, уже обувшийся и облачившийся в джинсы, протягивает мне свою футболку.
— Не нужно, — дергаю головой, отчего-то смутившись.
— Надень, — повторяет с нажимом. — Ты вся дрожишь.
— Это от воды, — поясняю. — Мне просто нужно обсохнуть…
Усмехается. Делает еще один шаг навстречу. А потом просто вкладывает теплую ткань в мои слегка подрагивающие пальцы. Мягко, но в то же время без права на отказ.
— Вернешь, когда согреешься.
— А ты? — царапаю взглядом причудливые чернильные узоры на его рельефной груди.
— Мне не холодно. Ты же видишь.
Он и впрямь выглядит расслабленным. Будто не провел в ночном море добрых двадцать минут.
Вздохнув, решаю, что идея с футболкой не так уж дурна. По крайней мере, действительно поможет мне согреться. Поэтому, немного помедлив, я просовываю голову в ворот.
И едва не задыхаюсь от обилия нахлынувших запахов и образов.
Верхние ноты — это парфюм. Шоколад, ваниль, амбра. Немного имбиря. Капля красного перца.
Дальше — сердцевина. Базовый слой, передающий суть. Феромоны. Мускусный аромат мужской кожи. Запах арбузной жвачки, дорожной пыли, бензина. Отголоски кальянного табака. Мокрая древесина. Металл. Озон.
Кирилл пахнет уверенностью и надежностью. Пахнет страстью. Пахнет, как море после шторма. Как перламутровый рассвет. Как дым тлеющего костра. Как моя самая дикая фантазия…
Прикусываю губу, дабы скрыть обуявшее меня волнение, и натягиваю футболку. Она для меня как платье — достает до середины бедра. И что немаловажно — правда дарит тепло.
— Что дальше? — роняю я, сгребая с пирса босоножки. — Вернемся на фестиваль?
Кирилл осматривает меня с головы до ног. Пристально. Удовлетворенно. Будто ему чертовски нравится то, что он видит.
А затем снимает невидимую соринку у меня с плеча и, наклонившись к моему уху, вкрадчиво произносит:
— У меня есть идея получше.
Глава 16
Кирилл
— Это газ, под ним — тормоз. Вот тут, на левой рукояти, находится сцепление. А под левой ногой — рычаг переключения передач, — инструктирую я. — Все ясно?
— Да, — с готовностью кивает Влада, гордо восседая на моем байке. — Так я поехала?
— Подожди, — смеюсь. — Разве ты знаешь, как трогаться?
— Да это в общем-то логично, — пожимает плечами. — Выжимаю сцепление, включаю первую передачу — и вперед.
А она смышленая. И совсем не из пугливых.
— Да, но тут есть один важный момент. Нужно поймать точку проскальзывания сцепления и плавно отпустить рычаг, чтобы мотоцикл не заглох и тронулся без рывка.
— Ты объясняешь элементарные вещи, — она закатывает глаза. — Вообще-то перед тобой водитель со стажем.
— Ты водишь автомобиль, — со скепсисом вздергиваю бровь. — На автоматической коробке передач.
— И что? Училась-то я на механике.
Дальше спорить не вижу смысла. Раз Влада уверена в своих силах, то пусть дерзает. Теорию я объяснил, дальше — дело практики.
Делаю шаг назад и жестом указываю на дорогу. Дескать, ну давай, вперед.
Она по-прежнему в моей футболке. Эффектная. Решительная. С шальным блеском в малахитовых глазах.
Откидывает длинные смоляные волосы за спину и чуть крепче стискивает пальцами руль. Настраивается. Примеряется к габаритам.
Обычно девчонки боятся мотоциклов, но Влада не из робкого десятка. Хотя изначально я просто в шутку предложил. Мол, хочешь, дам покататься? А она возьми и согласись. На полном, между прочим, серьезе.
Теперь остается надеяться, что она все поняла правильно и не угробит мой байк. Ну и