Я попала в злую свекровь - Екатерина Вострова

От этих слов мне стало немного легче. Значит, Михаила всё-таки не застали врасплох. Он сам много дней готовился к приезду моего отца, приказал следить за дорогами и держал дружину поблизости. Конечно, он вряд ли ожидал, что нападение начнётся именно сейчас, когда предполагаемый предводитель этого нападения сидит в доме, но хотя бы к самим неприятностям муж оказался готов. Я только сейчас заметила, что всё это время сжимала пальцы так сильно, что ногти впились в ладонь, и заставила себя разжать руку.

Двое дружинников пошли впереди, ещё двое остались за нами. Дуняша тоже дёрнулась следом, но я остановила её.

– Останься здесь, – распорядилась я. – И дверь закрой.

– Да, матушка-княгиня, – испуганно ответила служанка и тут же попятилась обратно в комнату.

Мы быстро пошли по коридору. Снаружи уже отчётливо слышались крики, иногда доносился звон оружия, но пока всё это казалось достаточно далёким. И всё равно от каждого особенно громкого удара я невольно напрягала плечи. На повороте коридора, где окна выходили прямо во двор, я замедлила шаг.

Внизу было полно дружинников. Главные ворота стояли закрытыми, поперёк них лежал тяжёлый деревянный брус, на стенах стояли люди с луками. Михаил действительно всё предусмотрел. При виде закрытых ворот я вдохнула чуть глубже: дом пока неприступен.

– Эти идиоты решили брать княжеский терем двумя десятками людей? – с раздражением произнёс отец, тоже остановившись у окна. – Я их сюда не посылал.

– Очень надеюсь, что это правда, – Голос прозвучал куда спокойнее, чем я себя чувствовала.

Мстислав хотел что-то ответить, но тут со стороны хозяйственного двора раздался крик, все разом повернули головы.

– Хозяйственные ворота! Там прорвались! – донеслось со двора.

Между лопаток неприятно засвербело. Ближний к нам дружинник выругался, а затем коротко бросил, обращаясь к отцу:

– Идёмте, князь.

Второй уже подтолкнул Мстислава в сторону коридора. Отец недовольно дёрнул плечом.

– Руки убрал, – процедил он, но спорить не стал и, зло выдохнув пошёл дальше.

Мы миновали следующий коридор. Шум, ещё недавно доносившийся только со двора, теперь звучал совсем рядом. У меня вспотели ладони, и пришлось несколько раз вытереть их о юбку. Чем ближе становились крики, тем меньше мне нравилась мысль, что мы идём именно в ту сторону. Мы как раз дошли до открытого перехода, соединявшего гостевую часть с внутренними покоями, когда рядом что-то свистнуло. Я даже не сразу поняла, что произошло. Дружинник, шедший первым, дёрнулся и осел на колени. Из его плеча торчала стрела.

– Назад! – крикнул второй мужчина, разворачиваясь к нам.

Ударила еще одна стрела. Дружинник позади меня вскрикнул и врезался спиной в стену, схватившись за бок. Я замерла всего на секунду, а потом Мстислав схватил меня за руку и буквально втолкнул в ближайшую комнату. Двое оставшихся дружинников затащили туда раненых и захлопнули дверь.

Сердце колотилось где-то почти в горле, несколько первых вдохов получились короткими и рваными. Пришлось заставить себя сосредоточиться на раненом, а не на том, что происходит снаружи.

Я опустилась рядом с мужчиной, которому стрела попала в плечо. Он был бледный, но в сознании и уже пытался сам ухватиться за древко.

– Не трогай! – сказала я, перехватывая его руку. – Хуже сделаешь.

Пальцы у меня дрожали, и я сильнее сжала его запястье, чтобы он этого не заметил.

– К воротам! – прокричал кто-то за дверью. – Быстрее! Остальные за мной!

Отец выругался.

– Я сейчас выйду и закончу это безобразие. – Мстислав резко направился к выходу, но один из дружинников тут же перегородил ему дорогу.

– Отойдите, князь, – сказал он. – Михаил Ростиславич велел вам оставаться с княгиней. Мне приказано вас не выпускать.

– Уйди с дороги, – предупредил отец.

– Не могу, князь.

Я только открыла рот, собираясь поддержать дружинника и напомнить отцу, что за дверью вообще-то стреляют, но не успела. В следующую секунду Мстислав схватил его за руку, рванул на себя и со всего размаху впечатал плечом в косяк. Дружинник не ожидал нападения и только успел коротко выругаться, прежде чем отец ударил его ещё раз. Мужчина тяжело осел на пол. Второй из уцелевших бросился к Мстиславу.

– Князь!

Он успел ухватить отца за плечо, но Мстислав резко развернулся и ударил его в лицо. Тот отшатнулся, зацепился ногой за лавку, а отец тут же добавил ещё один удар. Дружинник рухнул рядом с первым.

Раненый у стены попытался подняться, но едва опёрся рукой о пол, как скривился и снова осел назад. Второй, тот, у которого стрела торчала из плеча, дёрнулся следом, однако я сама удержала его за руку.

– Да лежи ты! – рявкнула я и тут же повернулась к отцу. – Ты что творишь?!

Отец уже наклонился к одному из тех, что был без сознания, и вытащил его меч из ножен.

– Исправляю то, что устроили от моего имени, – ответил он.

– Ты только что избил людей, которые нас защищали! – возмущённо сказала я, бросаясь следом. – Если сейчас выйдешь с мечом, то как это, по-твоему, будет выглядеть со стороны?

– Я разберусь, – отрезал отец.

Я сердито скрипнула зубами. Мужчины в моей новой семье очень уж любили сначала «разбираться», а потом уже выяснять, что именно произошло. И ведь самое страшное, что я прекрасно понимала: оставить его одного тоже нельзя. Если Михаил увидит вооружённого Мстислава среди нападающих, объясниться будет почти невозможно. От одной этой мысли живот неприятно свело.

– Я иду с тобой, – сказала я.

– Ярослава...

– Ты уже двух моих дружинников уложил. – перебила я. – Так что нет уж, я с тобой.

Отец недобро посмотрел на меня, но спорить дальше не стал. Я быстро повернулась к раненым:

– Никуда не лезьте, – бросила им.

Мстислав вышел в коридор, а я следом.

Нам пришлось спускаться по